"Фантастика 2026-135". Компиляция. Книги 1-23 - Елизавета Владимировна Соболянская

батарейка, её нужно менять каждый день, на рисунке показано как, я дам вам коробочку с ними. Одну и ту же сетку нельзя надевать разным детям, всего их у вас будет две, они пронумерованы. Через неделю я заеду и заберу результаты измерений, дальнейшие наши действия будут зависеть от этих результатов.

— Вроде бы всё понятно, куда я могу позвонить, если будут серьёзные вопросы?

— Это телефон академика Анатолия Ивановича Белова, если его не будет, можете оставить сообщение секретарю.

Попрощавшись, Витя отправился в Москву. Те устройства, которые он оставил в Загорске, были действительно сильно усовершенствованными энцефалографами, и были нужны для определения расположения нейронной сети, распознающей язык в широком смысле слова, и только после этого можно будет приступить к попытке записи процессов, происходящих в самой нейронной сети.

За неделю, прошедшую до повторного визита в Загорск, Витя разработал два варианта электродов для съёма данных с нейронной сети живого мозга и отправился в школу-интернат. Разумеется, ни о каких миллионах электродов речь не шла, он предполагал, что вполне хватит десятков, максимум сотен единиц. Во время встречи с воспитателем Антониной Сергеевной Витя получил от неё обе сетки с записанными на микросхемы долговременной памяти результатами и просьбу передать на время перчатку с ультразвуковым локатором для старших детей. Отдав перчатку, отправился обратно обдумывать результаты и готовить новую серию экспериментов.

В конце октября 1969 года закончился заключённый год назад договор с разработчиками БЭСМ-6 на разработку архитектуры сверхЭВМ. После изучения представленной документации обеими сторонами был подписан акт сдачи приёмки выполненных работ и академик Белов предложил заключить договор сопровождения сроком на 3 года за смешные деньги. К удивлению Вити без долгих проволочек договор был заключён. Позже Анатолий Иванович объяснил, что разработчики искренне уверены, что ЭВМ с такими параметрами создать невозможно и деньги по договору сопровождения будут ими получены автоматически.

После получения полной документации на архитектуру, систему команд и прочего для будущей сверхЭВМ техноконструктор вплотную приступил к её разработке. При её разработке он столкнулся с рядом новых проблем, которых не было при создании первой микроЭВМ, например, отдельная арифметическая АЛУ, производящая операции над дробными числами, использовала табличные значения функций, что-то, вроде таблиц Брадиса, только с гораздо большим числом функций и несравнимо более высокой точностью. Пришлось составлять небольшие программы, которые вычисляли и формировали такие таблицы, это была одна из простейших задач. Основное время занимала разработка аппаратной части всех АЛУ, долговременной памяти, нормально функционирующая оперативная память была отлажена ещё в начале года.

К концу 1969 года было получено достаточное количество данных из школы-интерната в Загорске. Во время своих рабочих визитов Витя, по просьбе Антонины Сергеевны, передал ей ещё одну перчатку летучую мышь, но под левую руку, и коробку батареек к ней. Увидел он и новенького, мальчика Вову, которого ещё не начинали обучать. Зрелище было тягостным, ребёнок стоял на месте, слегка раскачиваясь из стороны в сторону, из-за сенсорного голода никаких побуждений как-то действовать у него не было. Витя стал лучше понимать, почему у старших детей пользуются такой популярностью разработанные им перчатки, это не только возможность получить дистанционно информацию об окружающем мире, но и одно из немногих доступных развлечений. Понаблюдал и за тем, как использовал перчатку подросток лет 14–15, он делал ею быстрые ощупывающие движения, чтобы, по-видимому, очертить контуры находящегося на расстоянии предмета.

Зачем попросили вторую перчатку под левую руку, понятно, кто-то из воспитанников хочет попробовать ориентироваться, используя ультразвуковой локатор на обеих руках, мысль, кстати, интересная, Вите самому любопытно, что произойдёт. Кстати, в жидкой среде ультразвук распространяется ничуть не хуже, чем в газовой, можно ли также, как это делает слепоглухонемой подросток, оконтурить предмет, в смысле орган, в теле человека. Интересно, занимается ли у нас кто-нибудь подобным, по идее, применение ультразвука не должно быть таким вредным, как рентгена. У матери в нынешней больнице такого прибора точно нет, и в прошлой не было. Мимолётная мысль заняться этим и сделать для матери подобное устройство была отброшена под давлением сложных текущих задач, к тому же, наверняка, потребуется какое-нибудь разрешение, он в этом совершенно не разбирается.

Для решения глобальной проблемы создания принципиально иначе программируемых электронно-вычислительных машин перед техноконструктором стояло по меньшей две очень сложных задачи, завершение разработки сверхЭВМ, точнее, как он рассчитывал, её неразумной части, и создание модели нейронной сети, аналогичной человеческой, но на совершенно другой элементной базе. Хотя исходные данные для воплощения второй части у Вити уже были, он решил сначала закончить первую. Свободного времени не было ни на что, товарищи по комнате общежития воспринимали своего сидящего или лежащего с отрешённым видом однокурсника почти как предмет мебели.

В январе нового, 1970 года, Витя узнал от Анатолия Ивановича, что их лаборатории был выделен лимит валюты, и она уже кем-то потрачена на закупку образцов американских микросхем. Сообщивший об этом заведующему лабораторией чиновник был очень доволен и разговаривал так, как будто делал большое одолжение. Услышав в ответ безразличные слова, что за сделанное, конечно, спасибо, но больше так делать не нужно, был крепко раздосадован.

Академик по этому поводу ещё заметил, что сейчас он даже рад, что к ним направили по распределению довольно большое количество вчерашних выпускников, а не опытных работников. У выпускников нет стереотипа, что все американские разработки в этой области лучше наших, наоборот, они видят, что то, что делаем мы, на голову превосходит зарубежные изделия. И в этом главная польза от закупленных за валюту микросхем.

Видя, что Витя полностью увяз в разработке сверхмашины, он, тем не менее, передал просьбу технологов организовать рабочую встречу в связи с установленной им в МГИС (многоканальный генератор импульсных сигналов) микросхемой управления. Витя, конечно, согласился и встреча была назначена на завтрашнее утро.

Во время встречи выяснилось, что наибольший интерес вызвала, во-первых, сама концепция размещения АЛУ, памяти, таймеров и портов ввода/вывода в одной микросхеме, которая после разработки им первой версии микроЭВМ казалась Вите очевидной, во-вторых, микросхема долговременной памяти, она породила у технологов настоящий ажиотаж. После долгих обсуждений, по первому пункту решили провести патентный поиск и, если возможно, запатентовать идею управляющей микросхемы.

По второму пункту, микросхеме долговременной памяти конденсаторного типа (ПДК) Вите пришлось делать целый доклад с чертежами и объяснением принципа работы. Он также объяснил, что одной из технологических трудностей является создание очень тонкого слоя диэлектрика между зоной канала и подзатвором, так он назвал затвор, который, собственно, и обеспечивал хранение информации. На прямой вопрос, как удалось это сделать в данной конкретной микросхеме, ответил, что это