"Фантастика 2026-132". Компиляция. Книги 1-21 - Сергей Анатольевич Панченко

– Это я написала, – пояснила ягга, – можно было бы сказать, что это просто приманка для такой, как ты, но я верю, что это правда.

Малыш смотрел, как на шкурах медленно умирает его родная мать.

– Мой хороший мальчик, – зачмокала над младенцем седая ягга, – ты сделаешь свою маму по-настоящему великой. Правда, сынок?

Глава 55

Тигры и обезьяна

В юности Даниил как-то услышал от отца китайскую поговорку: когда два тигра бьются между собой в долине, выигрывает обезьяна, сидящая на дереве. Обезьян и тигров юный князь видел не раз, в заезжих зверинцах, но там они сидели на цепях и в клетках. Отец, князь Роман Галицкий, предложил сыну подумать над этой поговоркой. Молодой Даниил думал целый вечер, он всегда серьезно относился к поручениям отца, зная, что тот просто так ничего не делает. Роман Галицкий поднял свое княжество практически из руин. Недавно отгремела целая череда войн с Белым королевством, города и поселения переходили из рук в руки по нескольку раз, некоторые города буквально сровняли с землей. В эту тяжелую годину главой рода стал молодой Роман Даниилович, на тот момент князю было всего девятнадцать лет. Никто не верил, что Роман сможет добиться успеха, но земли были собраны железной рукой в течение всего двух лет. Юный князь сразу проявил себя решительным и жестким правителем. Ходили слухи, что Роман Даниилович был жесток, но Даниил знал, что это не так, отец никогда не проявлял суровости сверх нужной меры. Кара, которую он обрушивал на своих врагов, никогда не доставляла ему удовольствия, но он не колебался в тех случаях, когда возмездие или упреждающий удар были необходимы.

В то утро галицкий князь сидел в своих палатах, на троне, который был создан мастерами Звенигорода, с подлокотниками в виде вставших на дыбы львов, символов княжества.

– Ну как, подумал над мудростью восточной?

– Подумал, отец.

– Тогда излагай.

– Восточная мудрость не о зверях, она о людях.

– Это и так понятно, все мудрые выражения, даже если для наглядности в них используются звери или птицы, – всегда о людях. Что думаешь об обезьяне? И что – о тиграх?

– Поначалу, отец, позиция обезьяны показалась мне наилучшей. Тигры ранят себя, заняты схваткой, а обезьяна не страдает. Она даже может, пока идет свара, утащить добычу у тигров.

– Поначалу?

– Да. Так может показаться людям глупым, тем, кто не умеет смотреть в самую суть. Животное обезьяна рождена обезьяной, но у людей не так. Почему-то все хотят быть именно тиграми, и только тех, у кого не выходит, сажают на дерево и назначают обезьянами.

– Интересно. Но ведь тигр может и проиграть, и даже умереть.

– Верно, тигр может потерпеть поражение, а может и победить. Обезьяна проиграет при любом исходе. Ведь тигры дерутся не просто так, они бьются за право съесть эту самую обезьяну.

– Значит, чтобы победить, надо быть тигром? Обезьяна победить не может?

– Нет, побеждают только тигры.

Отец тогда лишь улыбнулся, не сказав, прав оказался Даниил или нет.

Спустя годы Даниил немного изменил свое мнение, он видел уже несколько раз, как побеждают те, кто выжидает, не вмешиваясь в схватку. Позиция обезьяны стала казаться гораздо привлекательнее. Не так давно, уже в зрелом возрасте, Даниил осознал, что побеждать можно, только будучи третьим тигром, который смотрит со скалы, но никак не обезьяной. С другой стороны, галицкий князь понимал, что в присутствии третьего тигра никто драться не станет, тигры начинают драку только тогда, когда рядом нет никого, кроме обезьян. Также с годами и мудростью к Даниилу пришло понимание, что у тигра нет выбора, драться ему или нет, на дерево может залезть только обезьяна, тигр вынужден встречать соперника лицом к лицу. Сейчас он как раз выступал в роли такого тигра, только что одолевшего своего соперника, и остальные обезьяны ползли к нему в страхе за свою жизнь.

Остальные князья уже прислали свои войска, но так просто отделаться им он не позволит, теперь им придется еще и заплатить за все расходы, что он понес в этой схватке. И заплатят, никуда не денутся. Только положение победителя Даниила не радовало. Галицкий князь откинул полу кафтана, обнажив красную от крови рану. Прошло уже около месяца с самоубийственной атаки Святогора, но рана не заживала. Богатырское сердце вырабатывало много крови, никто не слышал о богатырях, погибших от потери крови, но обычно раны заживали. Его же рана не заживала вовсе, так и продолжала кровоточить. В последнюю неделю Даниил стал чувствовать слабость, тихим ужасом пришло к нему понимание, что теряет он крови больше, чем появляется в его богатырском теле. Ходила легенда, что Сварог выковал меч-кладенец и отдал его Святогору, остальные кладенцы ковал уже Перун, пытаясь повторить успех собрата, но так и не смог. Похоже, в легенде были какие-то отголоски правды, потому как объяснение произошедшему было только одно – волшебство. Когда самые лучшие лекари бессильны, приходится обращаться к тому, кто знает про волшебство больше других.

Еруслан буквально втолкнул Баюна в княжеский шатер, вроде бы и мягко, но кот обиженно мявкнул. Даниил любил посылать за Баюном богатырей: чудовищу надо было показывать свою власть и силу.

– Вам что-то нужно, князь? – вздохнул Баюн, понимая, что возмущаться ему не позволят.

– Да, кое-что, – неопределенно ответил Даниил, – что ты знаешь про волшебное исцеление ран?

– То же, что и все, – Баюн с удивлением и интересом уставился на хозяина шатра, – живая вода исцеляет любые раны.

Про живую воду знали действительно все, беда была в том, что живой воды не осталось уже ни у кого. Семь сотен лет назад Святогор завалил источник мертвой воды в Черной горе, но кто мог предположить, что вместе с мертвой водой исчезнет и живая? Ее и раньше было немного: раз в год всего пять капель появлялось в источнике. Святогор собирал эту воду и относил царю, давая тому небывалую власть. Пузырек с живой или мертвой водой ценился куда выше золота, галицкие князья получили свой пузырек с мертвой водой, когда их земли воссоединились с Русью, как дорогой дар. Даниил уже пустил слухи по всему миру, что готов уплатить любую цену за несколько капель живой воды, но никто так и не объявился.

– Это все?

– Даже не знаю, – задумался кот, – молодильные яблоки, возможно, лечат. Или они только молодость продлевают?

Даниил с грустью посмотрел на огрызок молодильного яблока на своем столе: к сожалению, они не излечивали раны.

– Не лечат,