Пространство - Джеймс С. А. Кори

Медина. Координация поставок во все колонии была ему не по силам — это работа с полной загрузкой по меньшей мере для десятка человек, а он один на один с передатчиком. Но погружение в работу промежуточного хаба для тысячи далёких систем давало смутное чувство надежды на будущее.

Он был прав. Это ниша.

Обеспечить планирование. Выживание. Позаботиться о том, чтобы один из миллиона изменяющихся параметров, о которых он до сих пор даже не задумывался, внезапно не разрушил все планы. Что-то всегда остаётся в тени. Появляется то, чего ты не заметил. Хотелось надеяться, что произойдёт нечто, не замеченное Марко Инаросом.

— Ну и надолго это окно, или всплеск, или что мы там пробиваем? — спросил Амос.

Время уже почти вышло. Теперь вопрос только в том, как скоро ждать Инароса после того, как они пройдут через врата. Если он прекратит тормозной импульс и пройдёт быстро, это может сбить тайминг. Если «Джамбаттиста» пройдет через врата Аркадии чересчур поздно, может оказаться, что быстро и тихо исчезнет именно он. Если же слишком рано — кривые графика Наоми успеют сойти на нет, и Вольный флот беспрепятственно войдёт в медленную зону.

Они вернулись на «Росинант». Алекс и Бобби в кабине, готовые к сражению, если оно начнётся. Наоми и Холден пристёгнуты к креслам на командной палубе. Болтающийся в воздухе Амос явился, скорее, ради компании, чем по делу. Они еще не разошлись по боевым постам. Если до этого дойдет, возможно, сегодня Холден последний раз видит Амоса во плоти. Он старался об этом не думать.

— Может, всё займёт минут пять, — сказала Наоми. — Отчасти это будет зависеть от массы и энергии их кораблей. Если нам повезёт... Или десять?

— Совсем немного, — ласково ухмыльнулся Амос, держащийся за лестницу, чтобы не уплывать. — Вы там как?

— Лучше некуда, — сказал Алекс.

— Как думаете, если трюк Наоми не выгорит, мы сумеем с ними справиться? — спросил Амос.

— Со всеми, возможно, и нет, — отозвалась Бобби. — Но с несколькими — точно.

Из лифта появилась улыбающаяся Кларисса. Она провела в невесомости уже достаточно времени и теперь вполне уверенно двигалась вдоль стены, цепляясь за поручни, словно родилась астером. Добравшись до Холдена, она протянула ему захваченную с камбуза грушу.

— Ты сказал, что не мог заснуть. Я подумала, тебе не помешает немного кофе.

Холден взял кофе, улыбка Клариссы стала чуточку шире. Груша нагрелась в её руке. Возможно, она не отравлена. Наверное, больше Кларисса никогда никого не отравит. Ему понадобилось небольшое усилие, чтобы сделать глоток.

Станция Медина в руках бойцов АВП с «Джамбаттисты», но проку в этом немного. Большая часть их ОТО и торпед потрачены на защиту от Холдена. Остатки куда меньше необходимого для того, чтобы отбиться от Инароса. «Роси» ждал, почти укрывшись за синей станцией, в центре медленной зоны. Если Холден сейчас наведёт камеры корабля на станцию, то увидит остатки рельсовых пушек так ясно, как если бы стоял среди них.

— Из Лаконии ничего? — спросил он.

— У нас нет ретранслятора с дальней стороны этих врат, а что подсмотришь через эту замочную скважину? — сказала Наоми. — Никаких признаков. Ни следа двигателей.

«Роси» выдал сигнал. Холден открыл сообщение.

— Есть что, кэп? — спросил Амос.

— Приближающиеся корабли слегка изменили скорость. Прибудут немедленно.

— И рано, — сказала Наоми, словно превозмогая боль. «Роси» запустил таймер обратного отсчёта, оценив время ожидания прохода врага сквозь кольцо в двадцать минут. Холден заливал комок в горле клариссиным кофе.

Кларисса подтянулась к креслу Наоми и нахмурилась. Наоми взглянула снизу вверх, утёрла глаза. Подхваченная потоком регенератора слезинка поплыла по воздуху.

— Всё будет хорошо, — сказала Наоми. — Это из-за того, что мой сын на одном из тех кораблей.

Глаза Клариссы тоже заблестели, она накрыла ладонью руку Наоми.

— Знаю. Если я буду нужна, ты знаешь, где меня найти.

— Всё нормально, Персик, — подал голос Амос. — Мы с капитаном всё обсудили. Порядок, — он радостно показал Холдену поднятые вверх большие пальцы.

Таймер отщёлкивал секунды. Холден сделал глубокий вдох и открыл канал связи с «Джамбаттистой».

— Итак. Это капитан Холден с «Росинанта». Пожалуйста, начинайте проход. Мне нужно, чтобы вы прошли сквозь врата, — он проверил таймер, — через восемнадцать минут.

— Пока, ребята! — ответил капитан «Джамбаттисты». — Увидимся.

Соединение разорвалось. «Джамбаттиста» выдал на экран сообщение о старте на ускорении. Холден навёл на него фокус. Одинокая яркая точка в темноте. Шлейф двигателя шире, чем положено ледовозу. Хотелось верить, что в его цвете есть что-то необычное, как будто повышающая выброс энергии настройка, сделанная Наоми, стала для него видимой, но это только игра воображения. На экране появился новый отсчёт. Время ожидания прохода «Джамбаттисты» через кольцо Аркадии изменилось с семнадцати минут на шестнадцать. Прибытие Вольного флота через врата Солнечной системы, если они не сменили курс, — через девятнадцать. Восемнадцать.

Холден напрягся, задышал неровно, и сделал ещё глоток кофе. Открыл второе окно, датчики врат Солнечной системы. Вольный флот им ещё не виден. Пока. Немного другой угол обзора.

— Рельсовая пушка готова на случай, если они пройдут?

— Да, сэр, — с готовностью подтвердила Бобби.

— Что ж, — сказал Амос. — Нам с Персиком лучше бы пристегнуться. Ну, так. На всякий.

Кларисса в последний раз тронула плечо Наоми и бросилась за Амосом к лифту на инженерную палубу. Холден сделал последний большой глоток и отложил в сторону грушу. Он хотел, чтобы всё закончилось. И чтобы этот момент длился вечно, если он в последний раз видит Наоми. И Алекса, и Амоса. И Бобби. Черт возьми, даже Клариссу. Невозможно пробыть на «Роси» так долго и не измениться. Чтобы он не стал твоим домом.

Наоми откашлялась, и Холден решил, что она хочет с ним поговорить.

— «Джамбаттиста», — сказала она. — Это «Росинант». Я не вижу, чтобы ваша внутренняя энергонагрузка выбилась за пределы нормы.

— Пердона, — отвечал женский голос. — Сейчас поправлю.

— Благодарю, «Джамбаттиста». — Наоми разорвала соединение и улыбнулась Холдену. Ужас ситуации проступал только в морщинке возле её губ, но ему всё равно было больно смотреть. — Любители. Можно подумать, никогда не делали такого раньше.

Он засмеялся, а вслед за ним и она. Таймер отстукивал время. «Джамбаттиста» достиг нуля. Яркий шлейф двигателя погас за изгибом кольца Аркадии в глубине неведомого пространства.