"Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 - Александра Шервинская

тёплой поддержкой (Люси, я тебя люблю!), истёк срок подготовки «чудо-заклинания» Зерефа. Вот только готовил он его с учётом магических потоков, которые, во-первых, на некоторое время были полностью отрезаны Сферой Феи, во-вторых, пусть и незначительно, но сместились с течением этого времени, а потому…

– БУХ! – немного подкопчённая тушка оставила в лесу небольшую просеку и остановилась неподалёку от нас. Выглядел Чёрный Маг отвратительно – ожоги по всему телу, размочаленные в кашу руки, но… секунда, другая – и на нём вообще ни царапинки, даже плащ восстановил.

– Это было больно, – колдун задумчиво почесал подбородок и потянулся к плееру… который приказал долго жить.

Горестный вопль огласил округу.

– Карма… – кажется, я таки познал Дзэн – тревоги и заботы этого мира отошли на второй план. И нет, попавшаяся мне на глаза Венди, сразу же схваченная и подвергнутая обнимашкам, тут ни при чём (ага, конечно).

– Отморозок ненормальный! – поприветствовал меня Макарыч. – У тебя совесть есть? Между прочим, у меня слабое сердце. Ты сам говорил! Мне нельзя так волноваться! А ты… ты… ты вообще меня слушаешь?

– Ась?

– Шпаньё, – Дреяр горестно вздохнул и вновь зачерпнул из бочонка с пивом (когда успел притащить?!). – Как же я хочу в отпуск…

– Я, конечно, извиняюсь… но это вообще кто, и как эта девочка оказалась на острове? – Эльфман, немного смущаясь, указал на… притаившуюся в сторонке златовласку, что, широко распахнув глаза, наблюдала за нами с неподдельным любопытством.

– Это Мэвис. Она со мной, – лаконично просвещаю народ. На что-то большее моральных сил не было, тем более у меня в руках уже была Венди, с боков подпирали самые очаровательные девушки в мире, и мне было банально слишком хорошо, чтобы отвлекаться.

– Мэвис? – Зереф полыхнул в эмоциях страхом и опасением поверить в услышанное и повернулся в нужную сторону. Мгновение – и он увидел мелкую… а та увидела, что он её увидел.

Немая сцена.

– Эм… – основательница Фей почему-то запаниковала так, что меня чуть из реальности не выбило, причём паника эта была очень выразительного окраса, какового я, мягко говоря, не ожидал от этой парочки, после чего сглотнула и втянула голову в плечи, заморгав как-то очень жалобно. – Привет…

– Привет… – эхом откликнулся чернокнижник и заторможенно побрёл в её сторону, не разбирая дороги, отчего слегка спотыкался. Меня же начало просто корёжить накатывающими волнами эмоционального шторма.

– Ты…

– Я…

Произнесли одновременно, причём на слове «я» тёмный маг замер на половине шага. Опять молчат и боятся шевельнутся, а вот плащик у Зерефа начал нездорово подрагивать…

Ещё шаг вперёд.

– Я хо…

– Ну…

Опять одновременно, и опять замерли.

– Мы здесь лишние, – напрягаю мышцы и, поднявшись на ноги, стараюсь поскорее увести зрителей с поляны. Как ни удивительно, но девушки не сопротивляются, хотя сцена интригующая, и это мягко говоря. Ведь о том, что Мэвис была ученицей Зерефа и весьма сильной тёмной, я рассказать банально не успел, так что в их понимании сейчас сошлись Величайший Светлый и Величайший Тёмный… Которые, по всем признакам, друг друга хорошо знают!

Но Феи прониклись важностью момента, и даже Мастер, рефлекторно прихватив бочонок, поспешил удалиться, заодно сграбастав увеличенной рукой тормозов, вроде Нацу, Гажила и Грея, так что те даже пикнуть не успели.

– И… что это было? – первой задала вопрос Ур, нервно косясь на кусты, за которыми осталась поляна и два… легендарных мага. Один из которых, вроде как, должен быть мёртв. – Я что-то не поняла или по условиям экзамена нужно было найти именно её могилу?

– Кого? – не понял Эльфман.

– Первого Мастера – Мэвис…

– А это была она? – осторожно поднял палец Бикслоу.

– Ну, Сефирот сказал, что она с ним… – мелко подрагивая и сжимая на груди непонятно откуда взявшуюся книгу, заметила Леви.

– А она не слишком молода? – продолжил эстафету Фрид.

– Ну Сефирот же сказал…

– Пенсия, пенсия, хочу на пенсию… – ритмично доносилось из-под ближайшего крупного дерева. – Спать, пить и ничего не знать… Ничего не видеть!

– Да блин! Объясните вы наконец, чё произошло? Чё все такие припухшие?! Нам тоже интересно! – взревел припадочным носорогом Нацу, от обилия негодования выпуская язычки пламени изо рта.

– Смысл? Ты всё равно забудешь.

– Чё сказал, ледышка?!

– Что слышал, уголёк!

– А ну заткнулись оба! – рявкнула, как шестнадцати дюймовое орудие, Эльза, чья пятая точка секундой ранее взволнованно покачивалась, торча из кустов. – Тут такое… – и голова девушки опять спряталась в листве, явно подсматривая за событиями на оставленной поляне.

– Э-Эльза, ты уверена? – нервно подняла руку Люси, то ли пытаясь обратить на себя внимание спины Скарлетт, то ли не решаясь двинуться вперёд и оттащить подругу.

– Люси, тут такие чувства, такой накал! – с придыханием прошептали кусты голосом валькирии, отчего и так притворяющийся ветошью в сторонке Джерар совсем сник и постарался стать ещё более незаметным, фонтанируя в эмоциях растерянностью и стыдом.

– Джувия тоже так хочет… – жалобно ответил соседний куст. – Так… Трогательно! Джувии их жаааалко! – в голосе уже натурально текли слёзы, а может, и не только в голосе, но куст всё закрывал. Мне даже стало интересно, что она видит?

Стоящая рядом Мира переглянулась с Хартфилией, бросила короткий взгляд на меня, на остальных и, глубоко вздохнув носом, сделала шаг вперёд.

– Лисанна, ну-ка помоги мне.

Короткая борьба закончилась полной победой клана Штраусов, но не успел я даже вздохнуть и настроиться на длительную релаксацию с Венди на руках, как девушки обо мне вспомнили. А вспомнив, тут же развили бурную деятельность по оказанию первой медицинской помощи. То, что она уже не требовалась, никого не волновало, меня заставили лечь, отпустить «дочку» (хнык-хнык) и не шевелиться, пока та меня лечит. Как-то незаметно рядом появилась и Мелди, тоже включившаяся в процесс своей магией чувств, с прицелом на уменьшение болевых ощущений. Ур, снабдив «санитаров» запасом льда, взяла на себя руководство бедламом, гильдией Хвост Феи именуемым, и быстро всех запрягла строить лагерь и готовить пожрать. Мастера она, по всей видимости, пожалела и оставила в покое, определив к страдальцу Гилдартса в качестве моральной поддержки, от него всё одно в делах созидания толку не было.

В задних же рядах Леви начала проводить разъяснительную работу для несведущих, кто