"Фантастика 2026-1" Компиляция. Книги 1-22 - Станислав Кемпф

— А потом этот пожар… Они пытались спасти швейную мастерскую. И Рафаэль не смог выбраться. Все дотла сгорело. Так ты и остался без отца, Луис. Я тогда тебе молочко носила, помнишь?

Я кивнул.

— А уж Инэс, благослови Господи, её душу… — перекрестилась она, — растила тебя, хоть сама и не оправилась от ожогов. Но ты вырос сильным. И добрым. Таким, как они.

То есть мать еще жила, что и спасло Луиса от сиротского приюта. Да, судьба парню досталась не из легких. В горле почему-то встал ком.

Внезапно дверь спортзала распахнулась. А вот и хозяин пришел, сеньор Сагарра. Что он сделает? Выгонит всех на улицу? Мокрая рубашка прилипла к телу, волосы слиплись от дождя. Он посветил фонариком на сидящих на матах людей, а затем его взгляд остановился на мне.

— Что здесь происходит? — прогремел его голос.

* * *

— Альсидес, слава богу, ты пришел! — Патрисия шагнула вперёд. — Луис позвал нас укрыться от непогоды.

Тренер неожиданно улыбнулся:

— И правильно сделал, — кивнул он. — Мы с племянником как раз шли, чтобы открыть зал и собрать тех, кому негде ночевать. Рафаэль! — крикнул он на улицу. — Заходи, нечего там мокнуть!

— Извините, сеньор Сагарра, — сказал я. — Мы взяли ваш чай и печенье. Я верну.

— Не болтай глупостей, Луис. Всё правильно.

И тут из-за его спины появился… племянник? А жизнь, как известно, любит подбрасывать сюрпризы. В Гаване живёт миллион двести тысяч человек — вдвое больше, чем в довоенной Одессе. И при этом судьба ухитрилась снова свести меня с главарём тех засранцев, которые недавно изо всех сил пытались испортить мне жизнь.

Он меня узнал. Свет фонарика Сагарры метался, то выхватывая из темноты его лицо, то снова пряча, но взгляда хватило.

Пока тренер с тётей Патрисией обсуждали что-то про ночлег, парень кивнул мне в сторону, мол, выйдем.

— Привет, — сказал он спокойно.

— Ола, — буркнул я.

— Что такой бледный? Боишься? — ломающимся юношеским баском произнёс Рафаэль. — Раз ты занимаешься у дяди, можешь ходить спокойно, «Орлы» тебя не тронут.

— «Орлы»? — переспросил я.

— Моя команда, — с гордостью пояснил он.

Детство у него явно ещё в полном разгаре. «Орлы»… Туда же его… Наверняка у них ещё и звания есть. Хотя, глядишь, чуть подрастёт — и начнёт грабить взрослых. Не моё дело: есть у него семья, пусть они переживают, чтобы кровиночка не загремела в тюрьму.

— Луис, ты же у Альвареса в аптеке работаешь? — спросил Сагарра.

— Да.

— Там окно разбито. Мы проходили, я заметил.

— Спасибо, — вздохнул я. — Пойду, посмотрю, что можно сделать.

А ведь и правда… Почему я сразу об аптеке не подумал? Там ночевать куда удобнее, чем на земляном полу в спортзале.

* * *

Я попрощался со всеми и направился к аптеке, прижимая к груди свёрток с вещами. Ветер снова усилился, и я уже мечтал, как окажусь внутри, в сухом тепле: разденусь, вытрусь насухо… Становилось всё прохладнее. Понимаю, на улице больше двадцати градусов, но меня пробирало до костей.

Если стекло действительно разбито, придётся сперва собрать осколки, чем-то закрыть проём, вытереть натёкшую воду… Что загадывать, скоро всё увижу и так.

Проник я с черного входа. Так привычнее, да и обходить здание не надо. Смешно, конечно, рассуждать о сэкономленном десятке метров, но что есть, то есть.

Первым делом я занялся собой. Поставил на спиртовку джезву с водой — чтоб время зря не терять, потом разделся и вытерся насухо ветошью. Налил в мензурку спирт, долил сверху раствор глюкозы и выпил. Надо было чуть больше разбавить, у меня дыхание даже перехватило. Зато в животе сразу разлилось тепло. Можно бы повторить, но на голодный желудок быстро опьянею, а тут ещё дел невпроворот.

Погрыз сухарики из запасов Альвареса. Ему вряд ли сейчас до них дело, а мне хоть чем-то подкрепиться. Потом натянул аптекарский халат. Меня, конечно, можно в него дважды обернуть, но он сухой. А теперь пора за уборку приняться.

Сначала собрал осколки стекла. Хорошо, что это было не витринное, а обычное оконное — и то накопилось прилично. Всё же порезал указательный палец на левой руке, тот самый, где недавно ноготь сломал. Пришлось прерваться, залить йодом, перебинтовать. Испачкал халат кровью, но сразу подумал, что теперь это не так уж и важно.

Наступила очередь окна. Тут бы фанерой для уверенности забить, но у меня нет инструмента, чтобы выпилить кусок нужных размеров. Да и самой фанеры тоже нет, кстати. Вытащу гвоздики, на которых держалось стекло, и прибью ими картон, сложенный в несколько слоев. Хватит срам прикрыть. Надо будет — займусь этим завтра. Но не сейчас.

И тут в дверь постучали.

* * *

Я выглянул в окно — у дверей стояли двое полицейских. В нашем районе они появлялись редко, а уж в такую погоду и подавно. Оба мокрые до нитки, фуражки поблёскивали каплями дождя. Сегодня сухих на улице вообще вряд ли встретишь.

Я взял ключ и отпер дверь. Прятать мне нечего, ничего противозаконного я не совершал. Вряд ли они пришли разузнать о несчастье с сеньором Альваресом — прошло слишком мало времени. Скорее всего, заметили свет и решили проверить, не шарудят ли здесь мародёры. Смешное слово, кстати, по-испански — merodeador. Если не знать, можно подумать, что речь о матадоре с корриды.

— Здравствуйте, сеньоры, — сказал я, открыв дверь. — Заходите, пожалуйста.

Когда ты живешь в самом низу пищевой цепочки, то вежливым надо быть со всеми. Это твоя защита и твоё оружие.

— Ты что здесь делаешь? — грубовато спросил первый вошедший. Капрал, наверное, на плечах два уголка нашиты.

— Я живу здесь неподалеку, сеньор полицейский. Пришел проверить, всё ли в порядке. Сеньор Альварес, хозяин аптеки, доверяет мне ключ. Увидел разбитое окно, убираю. Завтра вызовем стекольщика.

Я почти не заикался, так, для порядку, чтобы беглость речи не изображать.

— А заодно и хозяйского спиртика прихватил, да, малый? — с усмешкой сказал второй, лет тридцати пяти, с обвисшими усами. — Запах свежий, я сразу почуял! — и он хрипло засмеялся.

— Давайте и вас угощу, сеньоры, — предложил я. — Чтобы не продрогли. Вот только с закуской туговато, извините.

— Ты наливай, не стесняйся! — оживился капрал, потирая руки. — Мы найдем чем