Фантастика 2026-64 - Антон Романович Агафонов

Мне только стоило затронуть нужную тему, как Станислав не в меру возбудился. Я даже, если честно, заподозрил недоброе. Но оказалось, обычная конкуренция. Выяснилось, что у моего собеседника есть конкурирующая фирма. Её владелец некий Клаус Шнитке, немчин. Сей господин пользуется тем, что пан Станислав глубоко порядочный человек и не гонится за количеством в ущерб качеству. И поэтому этот не совсем хороший человек активно демпингует, продавая недорого зелья сомнительного происхождения.

Ну, здесь мне только остаётся улыбнуться ушлому литвину. «Кисть, понимаешь у них не та. А у нас что ни гроб, то огурчик. Да в нём жить можно». Решил, понимаешь, товарищ моими руками придавить здоровую конкуренцию. И, пожалуй, я ему помогу. Дело в том, что он говорит про интересующего меня человека. Тогда, когда я собирался подыскать способного парня или девушку и обучить их элементарным азам медицины и зельеварения для собственного пользования, мне предлагают уже почти готовое.

Клаус Шнитке лет пять назад пригрел сына своей кухарки. Та скончалась от лихоманки, а пацан начал побираться с голоду. Вот немец и прибрал его. Все эти годы паренёк ишачил на аптекаря. И сейчас вполне мог бы его заменить. Да вот немец не собирался платить семнадцатилетнему юноши. Тот работал исключительно за еду и кров. А жадность надо наказывать.

Я поручил Дмитрию Зубову заняться этим вопросом. Всё подтвердилось, аптекарь не заключил ряд с парнем и в принципе тот наставнику ничем не обязан. Ходил молодой паренёк в одежде, ставшей ему уже явно тесной. Засматривался на дочь пекаря, но шансов заинтересовать её родителей пожалуй не имел. Так что предложение моего конюшего нашло живой отклик в его душе и парнишку привели ко мне.

Типично славянская внешность, вихрастая всклокоченная шевелюра соломенного цвета. Глаза серые, крупные кисти выглядывают из штопанной рубахи. Думаю, через годика три он войдёт в силу и станет довольно крупным. А сейчас этот худой, мосластый парень с длинной шеей переминается в двух метрах от меня и мнёт свой картуз. Между нами стоит Пахом, он всегда так делает, когда я встречаюсь с незнакомым человеком.

— Ну, как величают тебя? — парень завис, побледнел, — ну имя то у тебя есть?

— А как же, Тимошкой мамка звала.

— Стало быть Тимофей, достойное имя. Скажи-ка мне, давно работаешь на немца Клауса.

Блин, опять зависание. Даже лоб покрылся испариной. Что же он такой зашуганный.

— Так с двенадцати лет и работаю, как мать померла. Спасибо Клаусу Христофоровичу, не выкинул на улицу.

— Ну да, ну да. А что делать умеешь? Чему наставник тебя выучил?

— Ну, поначалу всё больше растирал травку сушёную и корешки всякие. Потом научился и мази, снадобья всякие делать. Иногда езжу с хозяином, скупаем травы разные. Бывает остаюсь в лавке вместо него, когда занедужит.

Взгляд наивный и заметно, что парень замордован.

— А что, не бьёт хозяин то?

— Не, — активно замотал тот головой, а потом добавил, — ну так, бывает. Так для пользы дела ведь.

— Ясно, а что платит хозяин?

— Ну, в праздник даёт несколько копеек. Одежду опять-таки покупает.

— А грамоте учён, читать умеешь?

— А как же. И счёту тоже, без этого в нашем деле никак.

Парнишка совсем извёлся, никак не возьмёт в толк, зачем его притащили во дворец. Он не знает точно, кто я такой. Вот этим и воспользуемся.

— Я второй сын нашего государя, царевич Иван. Ищу толкового парня для обучения медицине. Готов попробовать тебя в этом деле. Как смотришь на это?

Ничего толком добиться от парня не получилось, он просто закаменел. Тогда я доверил Мите решить этот вопрос и поселить парнишку во дворце. Если он так хорош, как говорил Станислав, то буду делать из него придворного лекаря.

В течении двух дней вопрос с немцем удалось решить положительно. Даже не стал интересоваться, сколько Дмитрий отстегнул тому аптекарю. Подозреваю, что просто поставил в известность и всё. А кому тот жаловаться побежит и на что? Переманили ученика, так надо было принять его официально и платить копеечку.

А Тимофей в итоге присоединился к моей команде. Но учитывая, что он постарше нас и неплохо обучен, назначил его временно в помощь Анне. Они продолжают учить моих юногвардейцев. А вот Станиславу я дал задание вместе с Тимохой подготовить для меня природную аптечку на все случаи жизни. Тем более, что от Ивана Никитича пошёл нормальный продукт. Можно создавать травяные настойки на основе спирта.

Глава 8

Отношения с близкими родственниками вроде стронулись с мёртвой точки. Чаще всего я общался с малой. Татьянка всеми фибрами своей девчоночьей души стремилась в мои покои. Здесь всегда интересно, а вот среди её мамок сплошная тоска.

Анна хоть и помогает мне, но держит дистанцию. Но думаю, со временем приучу и её. А вот старшая Ирина по-прежнему при встрече только обозначает кивок. Говорит со мной только при острой необходимости. С братцем она ведёт себя иначе, оба частенько уединяются и подолгу беседуют. Чувствуется, что они духовно близки.

Вообще Алексей светлый мальчик, и не только внешне. Мягкий и добродушный характер заставлял окружающих тянуться к нему. Меня он любил и охотно принимал в своих покоях. А мне в свою очередь чрезвычайно важно сохранять с ним особые братские отношения. А ещё лучше бы добиться особого влияния на него. Парень внушаем, вот только в мои девять лет это невозможно. А через несколько лет однозначно буду стараться попасть в его ближний круг, чтобы контролировать чужое влияние.

При этом Алексей был очень набожен. По понедельникам, средам и пятницам во время постов он вообще ничего не ел и не пил. С девяти лет поёт в церковном хоре и очень даже неплохо, слышал не раз. Случались у него вспышки гнева, но отходил брат быстро и часто жалел о нанесённой обиде.

А когда Алексей уговорил батюшку взять меня с собой на охоту, я был счастлив безумно. Это означало следующую ступень свободы. До сих пор я практически не покидал Кремль. Выезжали на улицы города, но не более.

В это утро встал рано, боялся, что про меня забудут. После традиционных занятий — утренней молитвы, зарядки и завтрака, я уже начал томиться. Учитывая середину весны, я оделся соответственно в тёмно-синий кафтан, пошитый специально