"Фантастика 2026-163". Компиляция. Книги 1-22 - Алексей Иванович Ефимов

Иван смотрел насуплено, да и остальное племя отнюдь счастливым не казалось, — не дать, ни взять, малые дети, которых родители в первый раз оставили в садике… Смешно — вроде бы, должно быть наоборот, но именно земляне ощущали себя тут старшими. Льяти смотрел особенно недовольно — понятно, ему-то похоже, хотелось пойти с ними, да только вот Иннка крепко держала его под локоть — видать, считала, что её парень будет полезнее в хозяйстве, да и вообще, так ведь и забыть можно, как он выглядит… Жаль, проводник им не помешал бы — пошла бы Иннка вместе с ним, все проблемы бы решились, ну да что теперь…

Борька тоже смотрел недовольно, — ему не давал покоя недостроенный дом. Иван клялся и божился, что дом Виксены закончат, — да только сделают ли всё правильно? Ну да им там и жить — пусть постараются…

— Товарищи Виксены! — начала Аглая. — Мы благодарны вам за приют и за помощь, которую вы нам оказали. Однако, мы должны идти дальше. Нас ждут другие племена, которые мы должны объединить ради общего дела возвращения домой… — она говорила и дальше, но Димка уже не слушал.

Он думал о том, многие ли здесь захотят вернуться — и найдутся ли такие вообще…

Глава 8: Жестокий урок

Песня, что хором поётся,

Не подведёт никого.

Солнце сквозь тучи пробьётся,

Если мы верим в него!

Верность, отвага и честь

В сердце у каждого есть!

Значит, никто и нигде

Друга не бросит в беде.

Надо и словом, и делом

Спорить с преградой любой!

Быть справедливым и смелым,

Чтобы гордились тобой!

Тот, кто мечту повстречает,

Счастлив на все времена!

В жизни всегда выручает

Дружба, и только она!

День, как обычно, выдался жаркий, вернее, пёстрый. На редких полянках пекло солнце, а вот под тенистым пологом леса царила приятная, почти неощутимая прохлада. Димка шагал по берегу ручья, не забывая посматривать по сторонам. Как-никак, тут земли зловредных Квинсов. Хотя «земли» — это, конечно, звучит здесь смешно, никаких пограничников с собаками тут нет, даже сами племена толком не знают, где кончается их земля и начинается соседняя. На самом-то деле, докуда ты за час-другой от селения дошел — то и твоё, а остальное — ничейное. Местные, правда, так не думали, и стычки при встрече разных отрядов слыли делом совершенно обычным — ради решения важнейшего вопроса «кто тут чужак». Теперь это казалось мальчишке немного смешным — земли ж тут немеряно, на всех хватит… Нет, и дома бывало, что гостей в чужом дворе встречали неприветливо, и это возмущало гостей до глубины души — но то ж соседний двор, а тут лес, поди пойми, где тут кончается твоё и начинается чужое!..

— Ну вот скажи, зачем мы сорвались? — в тысячный, уже, наверное, раз спросила Машка. — Так хорошо устроились, я вот с Иннкой подружилась уже. А теперь снова непонятно куда топать…

Димка вздохнул и поправил рюкзак. Идти было, в общем, легко, лес тут напоминал ботанический сад в Сочи — не такой ухоженный, конечно, но и не те дикие джунгли, в которые их выбросило. Да и заблудится тут трудно: топай себе вдоль ручья, и всё. Уже сегодня к вечеру они должны быть у этих самых Куниц, а ещё дней через пять, — если повезет — на берегу Моря Птиц. К Волкам, правда, они сразу не попадут. В устье этой речки, — которую Иван без особых изысков назвал Быстрой, — жили Горгульи. Назвали их так, правда, не за страховидный внешний вид, и даже не за вредность характера, а всего лишь за то, что они поклонялись местной рыбе-горгулье — свирепой метровой тварюге с преострыми зубами и мордой, пугающе похожей на человеческое лицо. Её рисунки Димка видел, — по правде говоря, куда больше она походила на морскую черепаху, а разве бывают свирепые черепахи? Сама мысль об этом казалась смешной, — сразу вспоминалась Тортилла из детской сказки «Буратино». Однако ж, Горгульи поклонялись этой черепахорыбе, считая её своим покровителем, — и даже прародителем — из-за чего Иван говорил, что они «люди зело дикие». Это тоже звучало смешно, — но над вождем смеяться не хотелось. Хотя Аглая и называла его «живым ископаемым», но за глаза. Парень он серьёзный, да и взгляды его Димке особо дремучими не казались…

— Нет, ты мне ответь, — потребовала Машка, не ради ответа, конечно, а просто так, чтобы не молчать — на неё это находило иногда. — Виксены-то хоть приличные люди, — а Куницы эти вовсе дикие, как Иван говорит. А уж Горгульи — и подавно. Вот придумали же — рыбе поклоняться!..

— Не нравится, — топай назад, — буркнул Димка. Болтовня девчонки уже начала его раздражать.

Машка гневно вскинула голову.

— Ещё чего! Я одна по этому лесу не пойду, я не дура!

Димка вновь вздохнул, посматривая по сторонам. Увы, каждый взгляд говорил, что тут — не Земля. В породах растений он разбирался не очень, но здешние мухоловки, например, совсем не походили на земные — толстенный, в человеческий рост, стебель с единственным огромным, переливающимся красно-синим сердцевидным листом, покрытым одуряюще пахнущим сиропом. Местные насекомые прилипали к нему… и растворялись, так вот мухоловка питалась. Смотрелось это гадко, к тому же, изнанка листа и сам стебель поросли чем-то вроде длинных сине-зеленых волос. Бр-р-р, мерзость! Всё же, в тропических растениях есть что-то жутковатое, и мальчишка тосковал по родным сосновым лесам, где хуже медведя точно ничего не встретишь…

— А если я ногу подверну, — кто мне поможет? — спросила Машка. — А если…

Димка ещё раз мотнул головой. Лес здесь был густой, с пышным подлеском, так что расслабляться не стоило. Змееволков тут, вроде бы, и нет, но вот скорпионовы мыши — или, как их тут называют, рити — всё же встречаются. Хотя эти зловредные крылатые ящерицы едят, в основном, простых мышей и ящериц поменьше, на хвостах у них натуральные жала, и если стаей налетят — то так зажалят, что вдвое распухнешь…

Что-то промелькнуло в зарослях, и мальчишка резко повернул голову. Нет, ничего, только ветки качаются… Птица какая-то, наверное. Тут их полно, весь лес кишит просто… большая такая птица, с тетерева, не меньше…

Димка поёжился. У него вдруг появилось четкое и неприятное ощущение, что за ними следят. И уж