Миры Доставки 1-14 - Юрий Иванович

– Нам всем здесь несладко. Но вспомни: совсем недавно мы и мечтать не могли о такой насыщенной и интересной жизни. Так что лучше потерпеть еще немного…

Ее прервал настороженный голос Освальда:

– Кажется, к нам гости.

Вся группа угрюмо повернулась навстречу приближающимся к их столику Гайсу и Мерке.

В столовой повисла напряженная тишина. Прямо никто не смотрел, но почти все косили глазами и старались приблизиться к месту предстоящей встречи на расстояние слышимости. Чтобы как-то разрядить обстановку, бывший граф уселся за стол и обратился к Матеусу:

– Давайте организуем чемпионат по домино между нашими группами? – хотя губы его при этом подрагивали в вымученной улыбке, а голос основательно охрип. Усевшийся рядом с ним Мерка вообще молчал с каменным лицом.

Николай неопределенно хмыкнул, понимая, что отказываться от разговора будет глупо, и кивнул своим товарищам:

– Как раз наши мастера сыграют завершающую партию, а мы и обговорим условия.

Освальд, Розен, Крил и Грэг насупились, но возражать не стали. Они принялись сердито перемешивать костяшки, разобрали их и с громкими прибаутками повели игру:

– Пошел.

– Ходи!

– Дупля поддать?

– Век козлов бы не видать!

Сидевшие между ними Ларта и Бетти тоже не остались в стороне, а принялись живо и громко обсуждать, подсматривать, подсказывать и ругаться. Они устроили такой балаган, что всем остальным в столовой стало понятно: никто не услышит ни единого слова. Тем временем бывший лейтенант и наемная убийца вели со своими неприятелями странные переговоры.

– Зачем пришли?

– Дело есть.

– Совместных дел с такими, как вы, не ведем.

– А зря! – Гайс уже унял дрожь в губах и заговорил резко и отрывисто: – Я тоже мечтаю увидеть тебя лишь в одном состоянии. Но вопрос сейчас стоит жестко: никаких разногласий! Полная координация действий. Тотальная взаимопомощь и взаимовыручка. Только так мы сможем вырваться отсюда!

– Куда вырваться? – уточнила Гилана.

– Пока нам надо затаиться на одной из диких планет, – с жаром убеждал бывший граф. – Хотя бы на одной из таких, где мы не так давно побывали. Там нас никто не найдет.

Николай недоуменно вскинул брови:

– Я пока не спрашиваю, как мы до этой планеты доберемся. Скажи мне только, что будем делать, когда надоест прятаться?

– Прорвемся через Барьер. Ведь Мензари смог? Значит, и мы сумеем. Или применим ту же хитрость, что тот беженец, который нам в первый день рассказывал о своей жизни: прикинемся тихоходным астероидом.

– Он летел один, – напомнила Гилана. – Для большой группы понадобится колонизационный транспорт со всем комплексом жизнеобеспечения.

– А потом? – продолжил Матеус – В империи нас встретят, обрадуются и тут же, но уже основательно и с гарантией казнят повторно.

Мерка наконец решил вмешаться в разговор:

– Шансы у нас есть, и очень большие. Мы ведь гораздо лучше этого вонючего гиббона ориентируемся в своей империи. Обязательно уйдем и доберемся в центр Галактики. А уж там…

– Вот там и решим, что делать дальше, – многозначительно оборвал своего подручного Гайс – А пока надо немедленно согласовать наши действия и попытаться захватить челнок этих гиббонов.

– Каким образом? – Задавая этот вопрос, Николай с горечью осознавал, что теряет время на пустые разговоры. Никакая авантюра с захватом средств космического передвижения в здешних условиях не пройдет. Любой побег обречен на провал. Только вот как объяснить этому моральному отбросу общества, что в тысячу раз лучше дождаться окончания съемок, добраться до Кометного Серпантина и уже оттуда, продумав все детали, искать пути к окончательной свободе? Как? Ведь Гайс уже решил вырваться в любом случае и продолжал настаивать:

– Здесь нам оставаться нельзя! И сейчас самый благоприятный момент для побега. Все эти обезьяны перепились как скоты, и нам не составит труда переломать им хребты и поснимать с их плеч заросшие головы.

– Ты тоже выглядишь не совсем бритым, – напомнил Матеус своему коллеге по фильму, на что бывший граф зловеще оскалился:

– Ненавижу свою бороду! Вырвал бы по волоску! Но… терплю из последних сил. Потом постараюсь за все отомстить.

– Лучше всего подождать…

– Зачем? Другого такого шанса может не быть. Не хочу оставаться с этими уродами и одного лишнего дня!

– Кто бы говорил! – процедил Николай сквозь сжатые зубы. Но Гайс лишь отмахнулся:

– Между собой мы сами разберемся. А вот с этими гиббонами надо держать ухо востро и спасать друг друга. Не нравятся они мне – чужие, коварные, мерзкие и низменные. От некоторых расходятся прямо волны обмана и кровожадности…

– От тебя порой такое цунами катит… – вставила Гилана.

Бывший граф лишь досадливо поморщился, но тут же оживился:

– Именно поэтому я всегда различал в любой толпе самых кровожадных извращенцев. Не верите? А ведь у меня в помощниках и друзьях самые лучшие убийцы. И у них не дрогнет рука ни при каких обстоятельствах. Кроме того, я всех своих конкурентов убирал загодя и так далеко от себя, что меня никогда не могли заподозрить. И вот теперь я вам открою одну мою тайну: общаясь с любым живым существом, я могу чувствовать его эмоциональную ауру. И всегда прекрасно знаю, на что способно или что собирается сделать стоящее передо мной создание.

– Именно поэтому тебе гаибсы и не нравятся? – спросил Матеус с нескрываемым сарказмом.

– Да, именно поэтому. Они говорят совершенно не то, что думают.

Гилана предупреждающе сжала локоть Николая и спросила сама:

– А кто из гаибсов самый кровожадный?

– Дейк Мердок! – последовал решительный ответ.

– Но ведь он тебя просто обожает? – Полное вранье!

– Странно… А все остальные?

– Очень страшен Борис Кацки. Главный охранник, Горбатый. Некоторые операторы и помощники режиссера – по своей натуре это кровожадные маньяки.

Матеус покивал, как бы подводя итог: