Фантастика 2024-78 - Андрей Коткин

мере способствовало общение того с Котенком. Ребенок, чувствуя в мужчине искренность сразу потянулся к тому, стараясь как можно больше общаться и заодно увиливать от постоянных уроков требовательной мамы Тани. Сегодня прибыв из очередного патруля, Зубастый, чувствуя навалившуюся на него усталость, решил немного задержаться в баре. Скинуть навалившееся напряжение нахождение за забором, да и с друзьями нормально пообщаться в расслабленной обстановке, пропустив пару тройку рюмочек. Все одно, Настя, как всегда занята у нее там какие-то сложные переговоры, как она вообще с таким графиком живет, постоянно какая-то забота до темна, а встает чуть свет и на полигон бегом. Ну да ладно он в эти дела не собирается лезть. Это для него чуждо, ну не считает он себя семь пядей во лбу. Главное, что ему несказанно повезло пусть и с помощью подруг Насти и теперь у него все сладилось с любимой женщиной, а остальное это пустяки. Устроившись за свободным столиком с друзьями, они как один принялись любоваться снующими туда-сюда официантками в форменной одежде. Это по возвращению в Мирный хозяйки бара, красавицы Татьяны вновь введено такое. И хорошо, от взгляда на этих женщин душа огнем загорается, главное это удержать руки, а вслед за этим и тело поскольку можно за такое своеволие получить от охраны и угодить в стоп лист. Заказав пару бутылочек водки в хрустальных графинах и закуски к ней, мужчины вольготно развалились на креслах обсуждая прошедшее патрулирование.

— Не мужики, нормально откатались. Тварей в округе уменьшилось, прям чувствуется, проредили их ряды основательно. А то уже и к стабу стали подбираться того и гляди на постовых что в КПП дежурят начнут охоту устраивать.

Это балагурит Тракторист, механик водитель их экипажа. Он вообще по большей части молчит пока рюмку не опрокинет в себя. А после, едва хмельная жидкость полетит в желудок сразу становится другим человеком, не заткнуть. Курносый, прожевав закуску после принятия на грудь холодной водочки, подхватывает разговор.

— И не говори, жизнь налаживается. Вон у Кипишного снова автомастерская заработала. У него даже очередь образовалась. Рейдеры буквально засыпали заказами. Вон, глянь вокруг еще не самое топовое время, а бар уже практически забит бродягами. И все по большей части новые лица что в наш стаб переселяются с округи на постоянку.

Так неспешно, рюмка за рюмкой под хорошую закуску и протекала их беседа. Вспоминали старое, смешные случаи. Ржали до слез вспомнив как Курносый, как-то раз присел в кустах по нужде, а к ему подкрался пустышь и попытался схарчить. Мужчина так перепугался что как есть с голым задом не натянув штаны припустил прочь, мелко перебирая ногами в запутавшихся штанах на обозрение своих товарищей. Которые, разобрав что к чему просто повалились на землю от смеха. Опрокинув по следующей, вспомнили как сопровождая колонну попали под раздачу напоровшись на развитого рубера. Ох и страху натерпелись они тогда. Сейчас они смеются, а когда дело было так с трясущимися руками молотили в тварь из орудия как из пулемета. Наконец хорошо захмелев, товарищи, уставившись на Зубастого, спросили.

— Слушай, а что ты все помалкиваешь. Лучше расскажи, как ты умудрился такого зверя под себя загнать.

— Ага, поведай друзьям, как тот крокодил в постели крякает, когда ты ее дрючишь.

После такого, Зубастый смотря на своих хохочущих товарищей, почувствовал, как в душе закипает гнев. Вот так обсуждать его любимую женщину как шалаву из борделя. Собравшись, он проговорил.

— Слышь мужики, я понимаю, пьяные сейчас. Но давайте так, больше на эту тему ни слова.

Но хорошо принявший на грудь Механик, уже не затыкался.

— Ой да ладно нагонять тумана со своим крокодилом. Что хоть светит за то, что эту страхолюдину шпилишь? Не диво ты на эту страшилу просто так без корыстного интереса полез. Там же инфаркт миокарда можно заработать.

Его снова поддержал Курносый, раскрасневшийся от выпитого.

— Да не ломайся ты как целка. Интересно же. Никто ни разу такого ужаса себе на хер не натягивал.

Растерявшийся вначале Зубастый почувствовал, как его начинает переполнять злость. За что они так с ним, да ладно с ним, а Настя то им что сделала что они ее всяко разно поливают. Да они и не пересекались с того памятного рейда с ней. А потом и вовсе осознав вопрос про получение выгоды за отношения, он потерял над собой контроль. Это что выходит, он мужик в проститутки подался. Подскочив и едва не зарычав, Зубастый, бросился на своих друзей. С ходу от всей кипевшей злобой души, засадив по челюсти Трактористу он попытался рубануть Курносого. Но промахнулся, тот зараза умудрился вовремя отшатнуться. А дальше понеслась обычная пьяная драка пока их не разняли, скрутив. После, минут через пять их уже грузили в прибывший пикап патруля стаба с обидным пояснением для завтрашнего суда, это мелкие хулиганы, перебравшие в баре и устроивших дебош с дракой между собой. Но даже осознавая, что ему светит хороший штраф с поркой на площади, Зубастый все одно сожалел только об одном-не удалось как следует засадить по морде Курносому.

Суд пролетел как какой-то мутный невразумительный сон, на который Зубастый смотрел скорее не как обвиняемый, а как свидетель со стороны, невнятно отвечая на задаваемые вопросы судьей стаба Пухлым, с похмелья было не до них. Он даже пропустил сколько ему выписали штрафа за вчерашнее. В чувство его привела порка, полностью выбив из тела похмелье и муть вялости. Да какое там, он как не старался стойко перенести наказание, но не смог, от каждого удара, прилетевшего по спине плетью, принялся подвизгивать на разные лады в унисон своим теперь уже бывшим товарищам, получавшим свое наказание на соседних козлах.

В себя Зубастый пришел в постели, голый, лежа не животе. Рядом стояла Настя с каменным выражением лица обрабатывая ему исполосованную до мяса спину, вонючей мазью.

— Очнулся. Алкаш недоделанный. Да ладно бы чего достойного отчебучил. Нет, просто пьяная драка в баре с собутыльниками. Теперь позора на мою лысую голову не оберешься будут все в спину мне тыкать пальцем, твой то, вон, бухает беспробудно, нашла себе алкоголика.

Он попытался что-то сказать в свое оправдание, но был безапелляционно перебит бушующей Настей.

— Да ты помалкивай лучше, мало того, что тебя выпороли так еще и без двухмесячного жалования остался. Пухлый он такой, все отожмет, до споранчика, ничего не пропустит. Я сдуру по бабьи сунулась к нему переговорить за тебя, так выгнал прочь, наорав вдогонку что у нас суд свободен от центральной власти, и никто