"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

— А японец знает толк в разговорах, — хихикнула Лора. — Чайная церемония по-русски от японских мастеров!

— Ну, дорогие гости, теперь можете рассказать друг другу все, что вас гложет, — он налил каждому чаю, поклонился и направился на выход. Но перед этим он включил какую-то медитативную музыку и зажег ароматические палочки. Воняли, они, почему-то полынью.

После этого он еще раз поклонился и вышел.

— Эм… — покрутил кружку в руках Нахимов. — Ну и как мы тут оказались?

— Я сам не понял, что сейчас произошло.

Асая Рей каким-то чудом завлек нас в свои японские сети благодушия, а мы и повелись.

Минут десять мы сидели и молчали, пока мне это в край не надоело. Да еще и чай остыл.

— Петр Борисович, я не хочу, чтобы Света провалялась в больничной кровати до конца своих дней. Впредь, больше не делайте того, что сделали сегодня.

— Так я же подумал, что бы лапаешь мою дочь! — всплеснул руками адмирал.

— Хреновое у вас обо мне мнение, раз думаете, что я на такое способен!

— Нет… Я не это имел в виду… — попытался оправдаться Нахимов. — Просто, понимаешь, эмоции взыграли. Не могу я сидеть сложа руки, когда слышу, как Светочка кричит от боли.

— Она ничего не чувствовала в тот раз, — ответил я словами Лоры. — То, что вы слышали крик, это проклятье. Оно разумно и может применять любые методы, чтобы обезопасить себя. Вот и в этот раз, оно решило, что вы придете на помощь. А вы поддались и вырвали меня из ее головы. Поздравляю.

И я иронично показал большой палец.

— Ты сказал, что тебе нужен телесный контакт, и чем больше, тем лучше, — завел он старую пластинку.

— Не волнуйтесь, я не буду с ней ничего делать. Мне надо обеспечить максимальный контакт с телом. Никаких пошлостей!

На последнем я сделал акцент, чтобы он понимал, что у меня нет таких планов.

Сейчас в голове Нахимова происходила битва двух противоборствующих сторон. Здравого смысла и отцовской любви.

— Ладно, прости, я больше не буду вмешиваться, — опустил он глаза в чашку. — Что ты узнал?

Вот, другое дело! Но телефон в кармане предательски нарушил нашу практически дружескую обстановку.

— О, извиняюсь, — сказал я и принял вызов.

— Миша, тут к тебе какие-то люди, — судя по Надиному голосу, ничего серьезного не случилось, но что-то ее озадачило. — Говорят, что ты их приглашал работать у тебя.

— Что? Кого? Я?

Такого поворота событий я не ожидал.

— Говорят, что они из Северной Империи.

Тут я начал о чем-то догадываться.

— А у одного из них фамилия не Перестукин часом? — уточнил я.

— Есть такой.

— Тогда пусть подождут меня на лужайке. И скажи Марусе покормить их, а то вдруг они бомжами приехали…

— А ты скоро?

— Думаю, да. Если не будут отвлекать, — намекнул я, что пора бы заканчивать разговор, а то Надя могла спокойно рассказывать про мои же дела еще час.

Я положил трубку. Хорошо, что мы с Нахимовым кое-как да договорились.

— Простите, Петр Борисович, но дела не терпят отлагательств, — я быстро встал и пошел к выходу.

— Миша, что дальше будешь делать со Светой?.. — смущенно спросил Нахимов.

— Пока мне надо все проанализировать. Боюсь, что в данный момент моих сил не хватит. Буду прокачиваться. А пока как вы смотрите на то, чтобы забрать ее из лазарета и перенести ко мне в дом?

— Я подумаю…

В этот раз он не стал рубить с плеча и поступил дипломатически.

На входе встретил Асая Рея и поблагодарил за столь душевную обстановку. Тот засиял и пробормотал что-то в стиле «проще простого».

Теперь надо разобраться с этими новоприбывшими беженцами.

— Вот уж не думал, что они реально пересекут Северный Пояс и найдут меня, — вздохнул я, выходя за ворота института.

Вызвал Данилу и в ожидании машины написал Маше. Она отшутилась, что отец скоро бомбанет и вечером ждет меня в гости.

И опять звонок.

Я все начинаю задумываться о том, чтобы отключать противную звонилку, когда мне не хочется ни с кем разговаривать.

Номер неизвестен.

— Слушаю.

— Михаил, здравствуй, — услышал я знакомый голос Котельникова.

— Лора, отследи!

— Леня, здравствуй, — спокойно ответил я. — Как у тебя дела?

Но тут раздался приглушенный удар и мычание, будто били по ребрам.

— Услышал? — ответил незнакомый голос. Более грубый и веселый.

— Услышал.

— Мы добрые… Даже очень. Поэтому этот жандарм еще жив. Я даю тебе неделю, чтобы ты объявил войну князьям Леонтьеву и Меладзе. Если нет, то каждый день будешь получать посылку с частью тела твоего Котельникова. Рано или поздно ты соберешь его всего.

Кажется, он сам остался в восторге от своей шутки, поэтому и рассмеялся. Я же отставил трубку — ржал он слишком громко.

— Хорошо, — согласился я. — Только объявить войну? Никакого выкупа? Никаких других условий?

— Зачем? Ты же всего лишь граф без семьи! — фыркнул незнакомец. — Ты все понял?

— Да, неделя. Отлично.

Трубку тут же повесили.

Очень кстати приехал Данила. Теперь у меня есть время.

— Гони домой, — сказал я, садясь в машину.

Вот так значит? Князья решили спровоцировать меня. Боятся, что если объявят войну первыми, я могу и отказаться? А по закону, мой отказ будет вполне справедливым. Что ж с этого и надо было начинать.

С другой стороны, они подсуетились и сделали достаточно грамотный ход — чужими руками выкрали следователя и пытаются заставить меня объявить войну сразу двум князьям. А ведь в здравом уме никто и не подумает, что они спланировали эту операцию. Со стороны все будет выглядеть, как жертва ради спасения другого человека. Ну или как-то так.

В общем прямых доказательств причастности Меладзе и Леонтьева у меня не было. Но они мне и нахрен не нужны.

— Отследила? — спросил я у Лоры.

— Да.

Передо мной появилась карта. Как я и думал, они умудрились увезти его к себе на Сахалин. Далековато, но я давно хотел посетить этот остров. Так сказать, проверить будущие земли.

— Надо придумать план, — задумался я. — Нахрапом у нас не получится…

—