Патруль оранжевого сектора – 2 - Янина Наперсток

Наконец одна из дверей привела не в новый коридор, а в просторную комнату. В отличие от кабинета главы похитителей, декорирована она была вполне по-домашнему. Хотя нет, скорее — по-гостиничному. Уютно, но обезличенно. Зато огромные панорамные окна, как на родной Эрере!

Оставшись в одиночестве, палеонтолог внимательно осмотрелся: в правой части комнаты располагалась двуспальная кровать с тумбочками. Там же вдоль стены шли дверцы, по всей видимости, скрытого шкафа. Посредине помещения находилась длинная стойка, которую, судя по всему, предполагалось использовать и как кухонный, и как письменный стол, и над ней же крепился свернутый экран для вывода изображений с терминала. В оставшейся половине разместился огромный диван и небольшой чайный столик.

Почему-то, несоизмеримо с ситуацией, страшно захотелось есть. Петр прошел и пооткрывал все ящики. Те, что отпирались без ключа, не скрывали ни холодильника, ни буфета, ни какого-либо запаса продуктов. Парень подошел к окнам и тут же отшатнулся. На Эрере-то как на Эрере, только там не принято строить жилые здания со спальнями… где-то в небе. Петр окинул комнату взглядом вторично. Нет, совершенно точно он раньше в ней не был. Могло ли произойти такое, что между похищением в «Сан Паласе» и прибытием сюда происходило еще что-то, чего он не помнит? Все-таки тучный обратился к нему по имени… Голова болела, и это сильно усложняло мыслительный процесс.

Парень вернулся к двери и с надеждой дернул за ручку. Чуда не произошло — заперта. Тогда Петр постучал и попросил… отпустить его в кафе. Должно же оно быть в таком здоровом здании? А ничего лучше в голову больше не пришло. В ответ — тишина.

Похищенный вернулся к дивану и сел. Сколько его, интересно, собираются морить голодом? И главное, зачем Петр им нужен⁈ Что там пробормотал тучный — «будущий зять»⁈ Зять не фиг взять. А может… есть? Вдруг им с Игнатом обломилось какое-нибудь гигантское наследство от неизвестного дядюшки, ранее затерявшегося в глубинах космоса? Мафия же о нем прознала и решила женить, чтобы наследство, так сказать, «законно» изъять. А он потом в брачную ночь «нечаянно» выпадет из окна. Трупы же ни на что не претендуют?

В этот момент входная дверь неожиданно открылась, и долговязый тощий официант, зачем-то одетый в высокий поварской колпак, вкатил тележку, накрытую белоснежной скатертью и уставленную блюдами настолько, что для еды их бы пришлось снимать на другой стол. Хм… Это его так, что ли, пытаются задобрить и усыпить бдительность? Юноша оставил тележку около Петра, а сам отошел, встал чуть левее двери и замер, как часовой. Вот даже поесть спокойно не дадут!

Но стоило Петру чуть придвинуться к тележке, как скатерть поднялась, и из-под нее высунулось милое девичье лицо со стрижкой каре.

— Откати! Не видишь, что вылезать неудобно? — прошипела гостья недовольно.

Парень оторопело сдвинул столик на колесах, и девушка с грациозностью ассистентки фокусника, появляющейся из распиленного ящика, выбралась наружу. Она была невысокая и затянутая в узкий глянцевый комбинезон по последней клубной моде, что подчеркивало ее округлости. Которые, впрочем, и без подчеркиваний выступали очень выразительно.

— Ты как, дурик, здесь оказался? — задала она второй вопрос опешившему Петру, и, видимо, по-своему поняв его молчание, пояснила: — Камеру закрывает голова Энзо, поверь — проверено. Так что нас не видят, — а потом запустила руку за пазуху и извлекла оттуда небольшой диск, — и не слышат. Эта штука создает звуковые помехи. Так что ты здесь делаешь?

— Меня похитили из отеля «Сан Палас», — ответил Петр, выходя из ступора.

— Отеля? А что ты там делал⁈ Мы же договорились: я тебя вывожу до космопорта, запрыгиваешь в патрульный катер и тю-тю? — возмутилась брюнетка.

Пазл в голове палеонтолога наконец-то начал складываться.

— Простите, вы, вероятно, думаете, что я Игнат…

— Чего это вдруг? Я знаю, что ты Петр!

— Нет, я в том смысле, что он — это не я.

Девушка посмотрела на Петра чуть внимательнее:

— Не думала, что тебя папин бультерьер так сильно приложил. Мне вообще никакой муж не нужен, а уж со съехавшей крышей и подавно. Хотя… Ну-ка, встань и пройдись!

Парень выполнил пожелание.

— Черт! — шокировано вскрикнула гостья, плюхаясь на диван. — Ты и правда не он!

— Игнат мой брат-близнец, — терпеливо пояснил Петр, в надежде, что теперь-то они смогут нормально пообщаться, и он для себя все прояснит.

— Да уж! Женихи плодятся, как грибы после дождя! И что мне с тобой делать? Отец теперь везде понатыкал охраны. До свадьбы глаз не спустят.

Петр промолчал. Идей не было.

— Короче, какие я вижу варианты, — снова заговорила девушка, загибая первый палец, — мы женимся, ты меня забираешь на корабль и высадишь где-нибудь поближе к Сохо. Сразу развестись нельзя, а то по твою душу папа пришлет кого-нибудь. Но через годок-другой, думаю, нормально. Он контроль уже ослабит и не заметит… Второй вариант — ты ему расскажешь, что ты — не ты, приведешь брата, и меня окольцуют с ним. Отцу так-то все равно — родственники видели только твое лицо, а не документы. Ну и третий — ты отказываешься и завтра встретишь рассвет на дне Гудзона.

— Простите, где? — переспросил Петр, который никак не мог поверить, что все происходящее — правда, а не плод его воспаленного после удара мозга.

— Да есть тут у нас небольшой залив…

— Человечество расселилось по космосу, а ничего оригинального так придумать и не может, — вздохнул парень.

— Я, вообще-то, хоть и не оригинальных, но целых три идеи высказала, а ты только критикуешь! — обиделась собеседница и поджала губки.

В общем-то, она была хорошенькая, и ее напор Петру даже понравился. И в отличие от брата, парень был полностью свободен и… не чужд духу авантюризма:

— Ладно, я женюсь на тебе.

— Отлично! — оживилась девушка. — Разумеется — все фиктивно. Только скажи отцу, что в вашем роду не примут невестку без образования, так что после свадьбы — ты меня сразу в институт. И учти — если он меня не отпустит, я сделаю так, что и ты останешься. Так что будь убедительнее! Арриведерчи!

После этой тирады брюнетка переставила с тележки на чайный столик несколько накрытых крышкой блюд и, ловко согнувшись, нырнула в свое убежище под скатерть. Официант у входа сразу словно