Фантастика 2026-154 - Луций Корнелий

полтора метра и длиной метров в шесть, покрывали мощные хитиновые пластины темно— багровой расцветки. Под ними виднелась белая скользкая плоть. Тупая голова, прикрытая мощным округлым щитком, заканчивалась челюстями с множеством подвижных пластинок и ножек. Все это должно было работать, как чертова мясорубка.

Тварь разметала костер и рвалась вперед. Копья скользили по панцирю, а если и попадали между пластин, то вязли в туше, не причиняя серьезного вреда. Болты не могли уйти достаточно глубоко. На камни монстру было чхать абсолютно. Крепкая броня и вязкое упругое мясо гасили любые дробящие атаки. Однако ловкостью тварь не блистала. Возникала надежда, что удастся раздергать тварину по кусочкам. Ньялевцы ринулись с пути чудовища. КПВ думал на тему: «Куда тебя пиздануть то…», Грани долбанул по одной из многочисленных ног, но развить успех не успел. Панцирь чудовища раскрылся посредине тела, высвобождая шесть длинных хлыстообразных отростков. Ими существо начало беспорядочно молотить все вокруг. Ньялевцы попали под раздачу. Посыпались как кегли при страйке.

— А вот и Джонни!

КПВ понял, что на театре военных действий пришло время для его роли.

Каждый хлыст был толщиной примерно с поливочный шлаг. Росли они из одной точки. Именно туда со всей возможной силой и дурью рыцарь рубанул секирой полэкса. Хлысты изогнулись в конвульсивной пляске. Один из них безжизненно обвис. Однако уцелевшие хлестнули в сторону КПВ. Рыцаря мотнуло назад, и он устоял лишь благодаря полэксу. А удары продолжали сыпаться.

«Ёб твою, как он меня квасит…»

Сжаться, выставить броню, опереться на древко. Силы в ударах было достаточно, но не хватало жёсткости и веса. На кирасе оставались лишь поверхностные царапины и небольшие замятины. Атаковать КПВ не мог, но этого и не требовалось. Функцию танка он выполнил на пять с плюсом. Заагрил и выжил. Один за другим хлысты обмякали под ударами людей и гнома. Барон срубил аж два ударами своего черного меча, правда чуть не выпустил кромсало из рук.

«Баланс у него пиздец говно». — жаловался Барон. — «Тяжёлый ещё к тому же».

«Так зачем ты его носишь?» — спрашивал КПВ.

«Дорог мне как память».

Тварь пыталась вертеться, но удары сыпались со всех сторон. Грани работал как заправский расчленитель, отрубая уже третью конечность. КПВ успел за это время лишь одну повредить, а затем…

— Назад блядь! — заорал он со всех возможных децибел и сам тут же принялись исполнять свой совет, заодно прихватив Барона.

КПВ заметил, как в бледном мясе твари начало пульсировать нечто черное, а само чудище странно подергивалось. Вспомнились боссы из Дарк Соулс. Зарядка супер-атаки, мать ее. И КПВ угадал.

Из пасти чудовища и десятков сопл по всей тушке забили фонтаны черной жидкости. Раздался отчаянный визг. КПВ ощутил, как левую ногу в районе икры обожгло огнем. Запах кислоты ударил в нос.

«Сууука…»

Боль именно жгла, да так, что судорога ногу сводила. КПВ прохромал ещё шага три через силу и обернулся.

Тварь медленно ползла в сторону воды, кренясь на бок. Три тела корчились в черной жиже. Из-за крупного камня вылетел Грани, с размаху подрубив очередную конечность чудища. Оно выпустило ещё немного кислоты, но то были уже едва бившие на полметра жалкие струйки.

«Ага. Мана то закончилась».

КПВ взревел что-то совершенно нечленораздельное и попер в новую атаку. Ногу будто над углями держали, но Кириллов старался взобраться на гребень адреналиновой войны, разозлиться, забыть о боли.

Он подхромал под собственные завывания к башке чудища.

«Ну шо, идолище поганое…» — подумал он, разворачивая полэкс клювом.

«Ни богов, ни господ, сука!»

Клюв вошел в пасть, дробя челюстные пластинки. Следующий удар туда где блестели черные россыпи чёрных зенок. Тварь завалилась на бок, издавая какофонию на уровне работающего цеха.

Люди и гном нанесли в общей сумме ещё, наверное, сотню ударов, прежде чем существо затихло.

— Бля…

И тут КПВ ощутил-таки боль. Он отхромал в сторону, подальше от луж кислоты. Плюхнулся на камни и принялся сдирать с себя броню и штаны. Подошвы берцев дымились от хождения по кислоте.

«Как бы им кирдык не наступил… Бляяяя…»

Наконец КПВ добрался до ожога. Третья степень, к гадалке не ходи. Дыра в коже, мясо уже видно. Края почернели-посинели. Рана размером с половину купюры, но выглядит крайней херово.

«Мля!»

— Капитан! — позвал он Барона, снимавшего дымящиеся сапоги. — Ты говорил, у нас медик есть. Хочу вот на прием записаться.

— Ты вне очереди по острой боли. А медик прямо тут. Эол!

«Вы серьезно?»

КПВ немного охренел. Он ждал иномирного врача с московским образованием, а ему предлагают аборигена-белкоеда. Эльф опустился к ране, бесцеремонно потрогал края длинными пальцами.

— Млять, доктор… — сквозь волны боли выговорил КПВ. — Можно полегче.

— Вероятно, ты не умрешь. — обнадежил Эол. — Но рану надобно хорошенько вычистить.

Последнее он произнес с каким— то нехорошим намеком.

— Пойдем к кораблю. Мне нужны мои инструменты.

КПВ с трудом поднялся, опираясь на полэкс.

— Давай руку и бери его под левую, Барон. — заявил, подходящий к нему Крысобой.

— Да я сам…

— Хоре из себя Рэмбо строить. — ответил Марк. — Пошли.

— Ладно-ладно. Остальные как?

— У ньялевцев три двухсотых. — ответил Марк. — И ещё двое неплохо ранены. Переломы от хлыстов. У нас только ты.

— Чел, ты очень вовремя заорал! — усмехнулся Барон. — Прозевай мы ульту и накрыло бы всех.

— А что Ньяль… — КПВ осекся. Краем глаза он увидел, как калека с помощью Морглена заходит в пещеру. — Чё он там придумал… Ох, хрен с ним. Барон, а Эол медик то нормальный?

— Очень даже. Понимаешь, он старый нолдор. И ему уже шестой косарь годков. К этому возрасту эльфы обычно посвящают все время тренировкам, мастерению всякого и медицине. Их хирургия