Тайны наследства первых в роду - Евгения Владимировна Потапова

— Он был в отключке, а бить в таком состоянии эту тварь — руки только марать, — поморщился Тимоха, — Так ты с нами или как?

— У меня завтра два зачета, так что ничем не могу вам помочь, — вздохнул Илья, — Это вам хорошо — у тебя сессии уже нет, а у Вали всё автоматом, а мне сдавать всё нужно. Хотя я думаю завязать с учебой и пойти по родовым стопам.

— Народ принимать будешь? — поинтересовался Тимофей.

— Да, как мама, — кивнул Илья.

— Ты в курсе, что тебе этому тоже нужно учиться?

— Я прекрасно об этом знаю. Если я брошу академию, то у меня будет больше времени для учебы в магии.

— Все равно надо профессию иметь, а то вдруг дар пропадет и останешься на бобах, ничего не знаешь и не умеешь, — сказал Тимоха.

— Как пропадет, куда пропадет? Он разве может исчезнуть? — удивился Илья.

— Накосячишь где-нибудь, и бах — нет ничего.

— Такого не бывает.

— Все в жизни бывает. Так что подумай, какая профессия ближе к твоему дару, там и учись. В принципе, животных лечить тоже нужно, и способности твои пригодятся в процессе, и совершенствоваться будешь, - сказал Тимофей.

— Ладно, все, иди, сам разберусь, в любом случае мне сессию нужно сдать, — нахмурился Илья.

— Если надумаешь, то приходи. Мы будем на второй половине дома.

— Заодно к отцу загляните.

— Хорошо.

Валентина вместе с Тимофеем прошли на бабушкину половину дома.

— Эта дверь раньше всегда была закрыта, — сказал Тимофей, — с нашей стороны точно. Мама не хотела, чтобы бабка Неля тут шарахалась, пока их с отцом не было.

— А она тоже принимала, как и твоя мама?

— Да. Только мама в дом никого не тащила, соблюдала технику безопасности, а Неля принимала всех подряд на своей половине. Из принципа не желала себе делать отдельное помещение.

— А зачем? — Рядом появилась покойница.

Валентина от неожиданности вскрикнула.

— Чего орешь, как блаженная? — шарахнулась от нее бабка Неля. — Напугала меня, чуть не померла от страха.

— Ты и так уже померла, — хмыкнула Валя.

— Есть такое, — кивнула старушка. — Так зачем мне надо было в отдельном помещении народ принимать? А, внучек?

— Чтобы потом после твоих приемов по дому никто не бродил потусторонний.

— А они мне не мешали, — пожала она плечами.

- Ну да, а про нас ты не думала.

Тимофей заглянул к отцу в комнату. Тот что-то читал на планшете.

— Папа, привет. Ты как?

— Привет, сын. Валентина, здравствуй. Как вы? — разговаривал отец плохо, но старался выговаривать все слова.

— Нормально, — кивнул Тимоха. — Тебе что-нибудь нужно?

— Нет, спасибо, у меня всё есть. Я тут одним пальцем научился набирать сообщения на планшете и могу его послать Илье, если что-то понадобится, — сказал отец и улыбнулся.

Улыбка получилась кривой и на сторону.

— Если что, кричи, мы будем в соседней комнате.

— Хорошо, — кивнул отец.

Они прошли в кабинет бабы Нели.

— Она тут раньше принимала, — сказал Тимофей, — мама как-то не стала с ремонтом заморачиваться. Сказала, что если кто из нас женится, то сам здесь всё по-своему сделает. Правда, все ее записи собрала и на чердак запихнула.

- Некоторые она унесла к себе, — хмыкнула баба Неля, — особенно журналы с записями посетителей ей понравились.

— А тот самый ритуал в какой тетради находится? — спросила ее Валя.

— А я откуда знаю? Ищите. Сколько времени прошло с того времени, я же не обязана всё помнить, — проворчала старая.

— К маме в кабинет я не полезу, — нахмурился Тимоха.

— Тогда ищи в тех тетрадях, что на чердаке, может, и найдешь чего подходящего, — пожала она плечами и исчезла.

— Всю жизнь вредной старухой была, и после смерти такой же осталась. Ладно, Валя, ты пока тут посиди, а я на чердак сгоняю, - сказал Тимофей.

— Тебе помочь? — спросила она.

— Нет, я сам. Благо у нас есть вход из дома туда. Илюху позову, если что.

— Хорошо, — кивнула Валя.

Тимофей вышел из кабинета, а Валя осталась. Она сидела на небольшом неудобном кожаном диванчике и рассматривала убранство комнаты. Ничего особенного там не было, всё как обычно: большой деревянный стол, два стула, диванчик, книжный шкаф с разными книгами, и в углу находилась мойка, над которой висело зеркало.

— Как видишь, никакой магической атрибутики, — сказал Неля, наблюдая за Валентиной. — Я всю эту мишуру не любила. Смысл кому-то было доказывать с ее помощью, что я — это я. Здесь я людей принимала, здесь иногда работала. Хорошее помещение, мне оно нравилось.

Покойница тяжело вздохнула и подошла к окну.

— Как мне порой этого не хватает. Вот этой всей рутины, всё же нравилось мне всем этим заниматься.

— Ты же говорила, что бес заставлял делать гадости.

— Заставлял, — кивнула Неля, — но мои навыки, умения и опыт всё же приносили мне удовлетворение. Ведь чисто сработать тоже уметь надо, чтобы не заметили, не учуяли, не поняли. Всё надо было предусмотреть, всё рассчитать.

— Ну да, а потом Светлане ребусы разгадывать.

— Ну так это же хорошо, я работаю с заказчиками, а она с жертвами, - хмыкнула старуха.

— Как же конфликт интересов? — удивилась Валя.

— А нет никаких конфликтов. Я же умная женщина была, всё, что прилетало в обратку, всё летело в сторону клиентов, меня не касалось. Светка снимает, я подделываю, и ей, и мне деньги, семейный подряд, бизнес, — хихикнула Неля, — жаль, что Тимоха по моим стопам не пошел, а то бы с Ильей тоже семейный подряд организовали: этот калечит, а этот лечит.

Она закатилась громким смехом.

— А почему они отца никак не вылечат? — спросила Валя.

— А нельзя младшим лечить старших.

— Почему?

— Либо болячку на себя перетягивают, либо сверх нормы энергии отдают. Да и эмоционально очень тяжело, еще из-за этого энергетика страдает, - ответила Неля.

— А Светлана?

— Ты Светку видела? У нее четверо нахлебников на шее.

— Откуда четверо? Вроде Тимофей зарабатывает сам, - удивилась Валя.