"Фантастика 2025-27". Компиляция. Книги 1-25 - Андрей Соболев

– Пиво? – спросил тип, после того, как они сели. – Или эль?

– Эль, – сказала Мэгги, – темный. И пусть его подогреют. На улице сыро, я продрогла.

Незнакомец кивнул и подозвал официанта. Себе он заказал виски, выдержанный ирландский Бушмилс, что опять-таки подтвердило догадку Мэгги – точно не из бедных. Официант обернулся скоро. Некоторое время Мэгги, прикрыв глаза от удовольствия, потягивала теплый, горьковатый напиток. Замечательный эль! От него в желудке становилось тепло, а в голове будто поселялся туман. От этого на душе становилось спокойно и легко. Допив эль, она с сожалением поставила пустую кружку на дубовую столешницу.

– Еще? – предложил незнакомец. Мэгги заметила, что свой виски он только пригубил.

– Нет, – покачала она головой. – Давайте поговорим, раз вы этого желали. Кстати, как мне к вам обращаться?

– Зовите меня Майклом.

– И все? Просто Майкл?

– Этого достаточно. Итак, миссис Галлахер, есть возможность исцелить вашу дочь. Как уже сказал, совершенно бесплатно.

– Это невозможно, – покачала головой Мэгги. – Полли показывали лучшим лондонским врачам, – она сморщилась. Именно на «лучших» ушли семейные сбережения. – Они в один голос заявили, что туберкулез в настоящее время неизлечим. Можно отвезти девочку в санаторий в Швейцарию, но гарантий нет. К тому же санаторий мне не по карману. Или хотите сказать, что врачи ошибаются?

– Нет, – ответил Майкл. – Они правы, но частично. Никто в Британии, а также во Франции, в Швейцарии и других странах не лечит детский туберкулез. За исключением одного государства. Вот! – он достал из внутреннего кармана сложенную газету и положил ее перед Мэгги. Статья на рыхлом бумажном листе была обведена красным карандашом.

– Я не знаю этого языка, – сказала Мэгги, бросив взгляд на текст. – Буквы незнакомые.

– Это кириллица, газета русская. Вот перевод.

Майкл положил на стол листок с рукописным текстом. Мэгги взяла его и поднесла к свету рожка.

«…Вчера в клинике Бергера для чахоточных детей состоялось радостное событие: выписка полностью исцеленных маленьких пациентов. По такому случаю руководство клиники устроило небольшое торжество, на котором присутствовали родители и другие родственники детей. Они от всего сердца благодарили врачей и сестер милосердия, которые вернули им дорогих чад здоровыми. В ответной речи г-н Бергер заявил, что благодарить нужно не их, а лейб-хирурга Ея Императорского Величества князя Мещерского, который, применив необычные методы лечения, добился столь блестящего результата. Подробности этой методики оратор не раскрыл, сказав, что они уникальны и повторить их другим, к сожалению, невозможно. В то же время он обнадежил присутствующих, сообщив, что русским ученым удалось создать лекарство, которое, как показали испытания, благотворно воздействует на больных чахоткой и, вполне возможно, что этот бич, уносящий в могилу тысячи людей, будет окончательно побежден в скором времени.

Сам князь, к сожалению, на торжестве не присутствовал. Г-н Бергер объяснил это занятостью врача, который с утра до вечера оперирует раненых русских солдат и офицеров, которых везут с фронта. В то же время он успокоил присутствовавших заверением, что лечить детей в его клинике князь продолжит, добавив, что занимается тот этим бескорыстно, не требуя за исцеление даже малой платы. Единственным условием лейб-хирурга было помещение в клинику всех больных детей – как состоятельных, так и недостаточных родителей…»

Далее текст перевода обрывался, хотя статья, как заметила Мэгги, была больше. Она вопросительно посмотрела на Майкла.

– Дальше не интересно, – пояснил тот. – Автор славит князя, царствующий дом, лично императрицу. Что действительно важно, я перевел.

– Это князь сможет вылечить Полли?

– Как и других детей.

– Мне придется везти дочь в Россию?

– Нет, миссис Галлахер, этого не нужно. Более того, не желательно.

– Почему?

Вместо ответа Майкл пристально посмотрел на нее.

– Понимаю, – догадалась Мэгги. – За исцеление дочери мне придется заплатить. Только чем? От денег вы отказались, к тому же у меня их нет. Сомневаюсь, что я интересую вас, как женщина. Чего вы хотите?

– Услуги.

– Какой?

– Для начала я задам вам вопрос. На что вы готовы ради исцеления дочери?

– На все! – твердо сказала Мэгги.

– Даже на убийство?

– От меня потребуют кого-то убить?

– Возможно.

– Тогда нет.

– А говорили, что готовы на все, – укорил ее Майкл.

– Если я кого-то убью, меня повесят, – сказала Мэгги. – Кто тогда позаботится о Полли? Родственников, которые могли бы взять ее к себе, у нас нет. Малышку сдадут в приют, где все будут издеваться над ней, как над дочерью убийцы. Лучше смерть.

– Вас беспокоит только это? – спросил Майкл.

– Да! – сказала Мэгги.

– Тогда не о чем беспокоиться. Суд над вами не входит в наши планы. Ведь вы скажете, кто вас нанял, а это нежелательно. Не волнуйтесь, вам не придется стрелять, резать или подливать кому-то яд в суп. Все проще. После акции вас вывезут из Британии в другую страну. Там подарят дом и выделят ежегодную ренту в тысячу фунтов.

«Тысячу! – изумилась Мэгги. – Это почти в двадцать раз больше, чем я получаю на службе».

– Щедрое предложение, – сказала, покачав головой. – Слишком щедрое для бедной горничной. Дешевле убить.

– Понимаю ваши сомнения, – кивнул Майкл. – Поэтому постараюсь их развеять. Вы сможете взять недельный отпуск на службе?

– Да, – сказала Мэгги, подумав.

– Займитесь этим. На службе скажете, что повезете дочку к французским врачам, тем более что это правда. Вы отправитесь в Париж, где поселитесь в отеле «Шаванель» на Елисейских полях…

– Извините, сэр! – перебила его Мэгги. – Я слыхала об этом отеле. Вы знаете, сколько там стоит номер?

– Пусть это вас не беспокоит. Я дам вам пятьсот фунтов прямо сейчас, Майкл достал из кармана пухлый конверт и положил его на стол, – это на начальные расходы. Приоденьтесь сами, купите нарядную одежду дочери. Вы не должны вызвать недоумения в «Шаванель» своим видом. В отеле вас будут ждать. Полли обследуют в лучшей клинике Парижа, после чего ею займется князь. Результат лечения опять же подтвердит французский врач, причем, вы можете выбрать его сами. При желанию можно показать Полли и британскому врачу, но я бы не рекомендовал – привлечет излишнее внимание. Врач обязательно захочет узнать, как вам удалось исцелить дочь.

Мэгги задумалась. Предложение было невероятно щедрым. Да что там – просто сказочным. И хотя весь ее жизненный опыт прямо вопил, что соглашаться нельзя, все та же безумная надежда, которая полыхнула в ней на улице, заставила осторожность замолчать. Но она все же не удержалась.

– Кого мне придется убить?

– Узнаете в Париже.

– И все же?

– Это очень плохой человек, миссис Галлахер. По его вине погибли десятки невинных людей, в том числе женщины и дети, – лицо Майкла на миг исказила гримаса, и это дало