Фантастика 2026-64 - Антон Романович Агафонов

Подарить эту девушку царевичу подсказали старшины рода. Она свалилась им на плечи как снег на голову, и никто не знал, что с нею делать.

Тогдашний глава рода Ураз-бай решил присоединиться к русскому войску в военной компании 1651 года. Тогда персидский шах Аббас II решил подвинуть русские крепости на Кавказе. Его войска осадили крепость «Терки». Военные действия длились два года и закончились перемирием. Дядя рассчитывал вернуться с богатым дуваном, но вернулся изрядно пощипанный. Правда привел полон, пару десяток черкешенок. И важного пленника. Молодой парень был сыном Дагестанского вали (наместника) и должен был окупить все расходы на неудачный поход. Поначалу его отец не соглашался заплатить триста золотых монет за отпрыска-неудачника. Но через год согласился, но на иных условиях. За сына от готов заплатить сто пятьдесят монет золотом. А также согласился выдать свою любимую дочь за главу рода. Ураз-бай был очень падок на лесть и выражение ему благолепия. А тут возможность породнится с самим вали огромного Дагестана. Да ему будут завидовать все башкирские князья.

Но дальше дела пошли у него не так хорошо. И всевышний рано прибрал его к себе. А когда прибыли послы от персидского вельможи, старшины не знали, что делать. Держать аманата глупо, когда предлагают деньги. А вот девушку с тремя служанками просто посадили под замок. По прибытию старшего брата на него и свалилась нежданная ноша. Служанок быстро определи, продав желающим. А вот что делать с любимой дочерью самого Дагестанского вали. Если отнестись к ней как к обычной наложнице, то тот может и обидится.

А когда скоропостижно скончался и старший брат, эту проблему повесили на шею Бекзяну. Девушка ему понравилась своею необычностью. Но старшины подсказали подарить её русскому царевичу.

Так Симин и попала в далёкие холодные края.

Девушка родилась от прихоти важного сановника и наложницы из тёплой Лукании. Матушка рассказывала девочке, о тех краях. Об обычаях той области, что притаилась между древней провинцией Рима и Грецией.

Отец признал дочь и даже воспитал вместе с дочерями от официальных жён. В принципе он по-своему любил и девушку, и её мать. Ну настолько, насколько мог любить правитель огромной шахской провинции, имеющий гарем из сотни жён и наложниц. Но Симин ни в чём не нуждалась и в совершенстве владела кроме родного ещё арабским, греческим и родным языком матери — итальянским. Девушка разбиралась в древней и современной поэзии. Читала поэмы Гомера и труды Аристотеля. Она понимала, что её удел оказаться в гареме у одного из приближённых отца. Она никогда не задумывалась над отношениями между мужчиной и женщиной. Просто перед нею всегда стоял пример матери, которая ещё девчонкой была влюблена в соседского парня, и родители даже сговорились о свадьбе. Но налёт пиратов всё изменил:

— Доченька, тебе нужно будет смириться с твоим положение. Если сумеешь ублажить своего господина, это развяжет тебе руки и ты сможешь занять определённое положение.

Специальные женщины обучали девушку, как доставить мужчине удовольствие и продлить его наслаждение. Девушку, вместе с другими, учили премудростям этой древней науки. Тренировались друг на дружке и на специальных деревянных пособиях. Симин делала всё автоматически, понимая, что всё равно не отстанут.

Но когда она оказывалась одна, то её разум оставался свободен. Он улетал в другой мир, где оживали прекрасные герои «Илиады». Равные богам люди были красивы и внешне и в душе. И любовь между ними была прекрасная.

Как Симин плакала, когда читала бессмертные строчки о великой любви Париса и Елены. И смерть главного героя потрясла девушку. Как бы она хотела очутиться на месте Елены.

Когда отец пригласил дочь к себе, она решила, что всё. Сейчас он сообщит ей ужасную весть о том, что выдаёт её замуж.

Действительность оказалась ещё хуже. Её отсылают к диким степнякам, у которых томится в плену ей старший брат. Просто продают как ненужный предмет.

Первым желанием девушки было покончить с собой, бросившись в бурную реку. Отговорила мама, она баюкала дочь на коленях всю ночь. Шептала ласковые слова и успокаивала, уговаривала. На прощание она одела дочери на шею простой деревянный христианский крестик на кожаном шнурке и перекрестила дочь:

— Пусть бог поможет тебе, моя малышка. А я буду каждый день ему молится. Пусть он даст тебе свободу и любовь.

Мама заплакала и Симин решила, что попробует побороться за свою жизнь. Ради мамы она сразу не сдастся.

Дальнейший путь запомнился девушке плохо. Её со служанками везли в тележке. Разрешали только два раза в день размять ноги.

Потом еще хуже, по приезду их заперли в ужасном месте. Это было круглое сооружение из плотной серой ткани. Там пахло кислым молоком и всё буквально кишело насекомыми. На утро все чесались от их укусов.

Вскоре девушка осталась одна, служанок увели. Поесть приносила пожилая женщина. Она же выводила девушку до ветра. Мыться ей не давали, только ставили тазик с тряпицей. Ею девушка и омывалась.

А когда уже наступили холода всё изменилось. Симин тщательно вымыли и переодели в богатые одежды, которые она везла с собой. Насколько она поняла, её перевезут опять в другое место.

Через три недели утомительного путешествия девушка с любопытством вглядывалась в удивительную картину. Она могла в щель между досками видеть происходящее сбоку от неё. Прямо на равнине вдруг показался дивный дворец. Он был очень странный и так не похож на всё то, что она видела раньше. Никаких ажурных башенок, наоборот прямые линии и низкий силуэт. Зато окна просто громадные. В целом дворец производил законченное впечатление. А ещё перед ним был разбит настоящий парк.

К сожалению, повозка свернула в стороне и девушку поняла, что наконец-то приехали. Её путь похоже закончился.

Когда ударили морозы и осенняя слякоть уступила место подмёрзшей грунтовке, я отдал приказ выступать. Нас ждёт Москва, на сей раз я беру в путь обеих сестёр. Анна поначалу ехать отказалась, но я смог её уговорить. Жена само собой со мной. Выехали утром, у нас солидное сопровождение. Почти полный эскадрон кавалерии сопровождает четыре экипажа. В одном мы, в остальных свитские и слуги. Пока едем, я развлекаю дам новой забавой. Это старый добрый «морской бой», я расчертил лист на квадратики и показал условия игры. Сначала шло туго, потом дамы увлеклись и уже без меня азартно палили