"Фантастика 2026-111". Компиляция. Книги 1-38 - Сергей Витальевич Карелин

— Я свяжусь с ним, — стояла на своем Катя. — Не думаю, что он откажет своей сестрёнке.

— Буду признателен, — сказал я девушке.

— Это меньшее, что я могу сделать. Ты всё-таки мне жизнь спас.

— Я просто сделал то, что должен был, Катя, — развел руками. — Ты и Света ничего мне не должны.

— Это очень благородно с твоей стороны, Саша, — заметила Романова. — Но мой тебе совет: не отказывайся от награды, которую ты заслужил. Понятное дело, что денег с нас ты брать не станешь, — эх, а так хотелось, — но вот такие просьбы, как эта, почему нет? Если что-то нужно — обращайся.

— Постараюсь пользоваться подобного рода услугами пореже, — пообещал я. — Всё-таки мы с тобой в первую очередь друзья, — немного помолчав, добавил: — Думаю, ты уже догадалась, что я собираюсь делать с бандитами.

— Да, но вслух мы этого произносить не будем, — подмигнула девушка. — Прошу только, будь осторожнее.

— Не волнуйся, — коротко ответив, повернулся в сторону окна автомобиля.

Дальнейший путь до малой арены мы просидели молча. Странно, мандраж куда-то пропал. Похоже, что я потихоньку опять вхожу в состояние, когда каждый день моя жизнь висит на волоске. А вот Катя нет-нет да теребила конец своего платья. Видно, что ситуация с моей дуэлью тревожит ее сильнее, чем она хочет показать. Сделал вид, что не заметил ее тревоги. Если она хочет, чтобы все видели ее уверенность, пусть так оно и будет.

На арене нас уже ждал Златов, и стоило нам выйти из машины, он сразу повел меня в помещение для бойцов.

— Так, Саня, — начал парень, как только мы скрылись от посторонних глаз, — я поспрашивал отца о твоем противнике. Он действительно один из лучших мечников страны, но есть один нюанс, — на мой немой вопрос он сразу пояснил: — Он был им, а не является. Лет десять назад, когда был в форме и служил в Страже. После назначения на должность директора школы он подзабил на тренировки, решив подзаработать на безбедную старость.

— Вот почему записей не сохранилось, — кивнул я. — Дела давно минувших дней. Но не думаю, что он стал от этого менее опасным.

— Полностью с тобой согласен. Я думаю, что у него остался ещё порох в пороховницах, и он это непременно покажет. Терять должность директора ему явно не хочется.

— А тут самодовольный школьник, смерть которого поможет эту самую должность сохранить, — ухмыльнулся я и добавил: — Надеюсь, что ему не сообщили о происшествии в лесу, и он будет меня недооценивать.

— Будем верить, но готовься к худшему, — парень развернулся к выходу. — Пойду утрясать незначительные дела перед вашим выходом. А ты настраивайся, Санек, и знай, мы в тебя верим.

Переоделся и оставшееся время провел в медитации, настраиваясь на предстоящую схватку. Если есть такая возможность, почему бы не подготовить свое сознание к битве.

По пути на арену, Константин сообщил мне, что судьи не будет, так как дуэль насмерть, а использование Дара и артефактов контролируется барьером, который покрыл собой место проведения битвы.

Вышли на арену мы с Савельевым одновременно. За эти пару дней, что он провел в тюрьме, весь былой лоск и дороговизна с него слетели. Его костюм, что непременно был гораздо дороже моего, выглядел сейчас, как половая тряпка. Но Савельева это не слишком заботило, по его напыщенному лицу было видно, что для себя он в дуэли уже победил. Стоило нам подойти на расстоянии диалога, как на меня посыпались угрозы:

— Сашенька, голубчик, стоило тебе идти на такое, ради желания отомстить мне? — задал он вопрос. — Теперь твоя сестра достанется мне, вот только уже без брата. Но ничего, я оплачу твои похороны.

— А к-как же Кузнецов? — сделав вид, что дрогнул, спросил я: — О-он же наш опекун!

— С Виталькой я как-нибудь да разберусь, у меня достаточно рычагов давления на него.

— Вы как хотите, но Наташу не получите! — срывая голос, выкрикнул я и вынул меч из ножен показательно подрагивающими руками.

— Сашенька, исход этой битвы ясен. И Наташенька станет моей, — вот же извращенец старый.

Над ареной начался отсчет, по окончании которого мой противник лихо для его телосложения помчался в мою сторону. Я принял защитную стойку. В лоб на него не полезу, необходимо для начала оценить противника.

Звание одного из лучших мечников прошлого Савельев оправдывал сполна. От его первых ударов я с трудом смог уклониться, но даже так он меня задел. Первая кровь была пролита, и сейчас она стекала по моему подбородку. Целился противник мне в голову, хотел закончить наш бой по-быстрому. Но не тут-то было.

После пяти минут схватки, где я защищался, уклоняясь от вражеского меча или отбивая его, пытаясь привыкнуть к противнику, он начал что-то подозревать. И это неудивительно, ведь единственным его успехом стал порез на моей щеке.

Заметив смятение на лице бывшего директора школы, я атаковал. Простейший финт закончился раной на его руке. Вот что значит недооценивать своего противника и осознать его силу во время схватки.

Отскочив от меня, он проанализировал новые данные и стал более аккуратным. Теперь он не пытался атаковать меня бездумно, пытаясь задавить меня голой силой и мастерством. Савельев понял, что я оказался не таким простаком, каким хотел казаться. Это меня расстроило, ведь я хотел нанести куда более сильный ущерб, чем порез на руке, тем более не той, которой он держит свое оружие.

Решив не давать много времени своему противнику, я сам начал атаковать. Удар, финт, уклониться, отбить клинок противника. Мы так и плясали по всему кругу малой арены, пока мой враг не начал выдыхаться. Зажиточная жизнь без постоянных тренировок дала о себе знать. Сейчас он с жадностью хватал воздух, теряя уверенность в отражении моих атак. Глядишь, клинок скоро держать не сможет. Меня тоже нельзя назвать амбассадором здорового образа жизни, но постоянные тренировки и стычки позволили мне быть лучше моего противника.

Заметив усталость Савельева, решил поднажать. Это принесло свои результаты: на теле оппонента стали появляться новые раны. С каждой минутой схватки он все больше слабел из-за нарастающей усталости и кровопотери. Взревев раненным зверем, Савельев кинулся на меня в лобовую атаку, которая стала для него последней.

Разогнавшись, он хотел было насадить меня на свой меч. В самый последний момент я, слегка довернув корпус, сам сел на его клинок. Вот только если я подготовился к ранению, убрав внутренние органы с пути оружия, то он этого делать не стал. Мой новый меч пронзил бывшего директора в самое сердце.

С