Фантастика 2026-116 - Андрей Андреевич Красников

— Я говорил сегодня с принцем Ларком. Просил усилить охрану. Объяснил, какова вероятность, что он сейчас в самом центре опасной интриги.

— Дайте угадаю, — Грент устало откинулся на спинку кресла. — Его высочество обещал, что к раненому не пролетит и муха, а насчет собственной безопасности предпочел не паниковать зря?

— Примерно так. Сказал, что верит своей гвардии, что нет никакого смысла убивать его именно сейчас и что мы с вами — два старых параноика.

— В последнем он прав.

— Должен же хоть кто-то…

Начальник полиции и начальник Тайной Канцелярии рассмеялись, выпили по бокалу вина.

— Теперь о магах, — начал Фенно-Дераль. — Не сказал бы, что там тоже полный тупик, но вашей гостье вряд ли стоит надеяться на скорое возвращение. И на возвращение вообще. Я взял в разработку служку, о котором вы говорили. Долго колоть не пришлось, бедняга, кажется, мечтал о возможности выговориться.

— И?

— Вам понравится, Варрен. Это такая, знаете ли, сияющая иллюстрация человеческой глупости… — виконт невесело усмехнулся, покачал головой. — Некий ритуал в Чародейном саду действительно имел место, и проводил его Страунгер лично, собственной наиученейшей персоной. Дальше начинаются неожиданности. Ни вашей девицы, ни дьявола, о котором болтают в университете, ни кого-либо еще господин магистр и думать не думал сюда тащить. Он, представьте, и не знает о столь неожиданном результате собственного эксперимента. Предполагалось, что ритуал пробьет канал в то самое гипотетическое «замирье», в котором скапливаются запасы магической энергии, и направит оную энергию в хранилище гильдии.

— Что ж, канал он, очевидно, пробил…

— Да, и почувствовал, как в этот канал уходит его собственная энергия. Причем уходит, как в прорву, обвально и неконтролируемо. Вместо ожидаемой дармовщинки. Страунгер запаниковал и сбросил свой край канала на первого же человека, случайно оказавшегося рядом.

— Вот так просто?

— Да, вот так просто, — виконт потер бровь и скривился. — Полагаю, именно это послужило причиной словоохотливости бедняги подмастерья: он стоял рядом, развернись Страунгер чуть сильнее, и лежать бы в нашем морге именно ему. Он, разумеется, всегда знал, что господин магистр ни в медяк ломаный его не ставит, но когда твою жизнь едва не сбросили, как битую карту…

На несколько мгновений в кабинете повисла тишина.

— Прекрасно, — вздохнул граф. — Что ж, по крайней мере, неведомый чужой мир и его страшное оружие, сметающее с лица земли целые города, мы можем исключить из наших раскладов. Слава богу. Значит, обыкновенная жадность, недовольство ограничительным эдиктом… Возможно, энергию планировалось тут же пустить в дело, учитывая странные сроки отъезда Клалии. Если так, нас можно поздравить, мы прошляпили попытку государственного переворота. Два старых параноика.

— Да уж, — мрачно согласился Грент. — И то, что мы сейчас так много знаем, не наша заслуга, а всего лишь невероятное везение. Счастливое стечение обстоятельств. Барышня, подмастерье этот…

— Вы, разумеется, поработали с ним на предмет дальнейшего сотрудничества?

— Конечно. Он был не слишком рад: трусоват малый. Но согласился. Говорит, Страунгер с того самого дня не просыхает, а книгу с описанием ритуала велел сжечь.

— Что?!

— Вот то самое, — зло ухмыльнулся Грент. — Сияющие вершины глупости. Не сам сжег, а приказал подмастерью. Так что оная книга теперь у меня, при желании можете ознакомиться. Личность убитого выяснили, маг из глухой провинции, приехал в столицу пробиваться в жизни. Ну, вы понимаете, невероятный талант, помноженный на столь же невероятные амбиции… Дома не ждут, здесь близких друзей завести не успел, так что хватиться его некому. А девица ваша вне подозрений, неучтенный побочный эффект, и знаем о ней мы с вами и… кто еще?

— Ланкен и доктор Заккенталь. За Ланкена, разумеется, я ручаюсь, с доктором надо будет поработать, но, думаю, там все будет просто. — Граф кивнул на стол, где поверх бумаг лежало досье на толстячка-лекаря. — У него старушка-мать, необычайно милая жена и три красавицы-дочери, в которых он души не чает.

— Таким образом, в руках у нас с вами… хм, простите, Варрен, у вас в руках, оказался кладезь довольно бессистемной информации о чужом и недосягаемом мире. Возможно, бесполезный, а возможно — бесценный. И что вы собираетесь делать?

— Беседовать, много и обо всем. Систематизировать по мере сил. Хорошо бы как-то свести ее с Ларком, пусть расспросит о делах военных. Ему это будет интересно. И еще я хочу, — граф усмехнулся, — предложить барышне работу. Раз уж она столь рьяная поборница права дамы обеспечивать себе жизнь без помощи мужа.

— Вот как? — Грент задумчиво повертел в руках бокал. — Вы уже решили, какую именно?

— Пока нет. То есть, мысль-то у меня есть. Но для начала следует узнать барышню поближе. Я хочу, Грент, — фор Циррент азартно подался вперед, — хочу, чтобы эта девушка стала всецело моим человеком.

— Что ж, желаю вам удачи, — кивнул Грент. — При правильном подходе эта девица может стать весьма ценным приобретением. Если понадобится моя помощь, обращайтесь в любое время.

Глава 15, в которой граф фор Циррент ничего не обещает, а Женя не плачет

Легко сказать — «правильный подход». Граф фор Циррент не стал бы начальником Тайной Канцелярии, не умей он подбирать ключики к самым разным людям, но чем можно взять барышню Женю, он пока не представлял. У каждого человека есть слабые места: шлейф поступков, предосудительных или просто опрометчивых, родственники, враги и друзья, желания, амбиции, привязанности…

Слабые места барышни Жени остались в ее родном мире. Желание вернуться не годится в качестве крючка, ведь барышня нужна ему и тогда, когда она поймет, что вернуться не получится. Остается один, довольно трудный путь — опираться исключительно на личные качества.

Но для начала следует решить несколько сугубо практических проблем. Раз уж барышне придется здесь задержаться, нужно подумать о том, как объяснить ее присутствие в доме фор Циррента. Кроме того, будет правильным помочь ей обзавестись собственным гардеробом, выделить собственную комнату… спросить, в конце концов, не нужно ли чего, мало ли в девичьем обиходе мелочей, без которых несколько дней можно обойтись, но дальше их отсутствие становится ощутимым и весьма досадным.

Вздохнув, фор Циррент отправился разбираться с девичьими потребностями.

— Простите, что потревожил, — довольно смешно извиняться, входя в собственную библиотеку, но гостья явно была увлечена книгой. Сам граф не терпел, когда его отвлекали от чтения. Хотя что там у нее за чтение, детский букварь…

Девушка подняла голову:

— Новости?

В ее глазах явственно читалась надежда, и на мгновение фор Цирренту стало больно от тех слов, которые он должен был сейчас сказать.

— Новости, но их не назовешь хорошими. Вам вряд