Пространство - Джеймс С. А. Кори

Красавчик наклонил голову.

- Имена опасны, койо, - сказал он.

Бобби ткнула пальцем в себя, затем обернулась к остальным:

- Капитан Бобби Дрейпер. Алекс Камаль. Кларисса Мао. Амос Бёртон. А теперь говори, что ты за хер?

Красавчик нахмурился, откинул голову, будто вспоминая песенку, обрывки которой вертелись в голове. Такой взгляд она уже встречала, и не понимала, как они могут помочь друг другу. По крайней мере, пока.

- Саба, - наконец сказал мужчина, - и для начала хватит.

- Не спешишь ты раскрывать карты, Саба, - сказала Бобби.

- Не заинтересован в том, чтобы быть под властью властей, - сказал он. - У меня есть для этого причины.

- Ну, я на Лаконию не работаю, так что мы можем прекратить пороть эту чушь, а?

- Не уверен, что мы можем, - сказал Саба. Его ручной терминал чирикнул, но был проигнорирован. Этого звука Бобби не слышала с начала усиления мер безопасности. Как интересно, что у него рабочий терминал. Шансы на то, что они пришли в правильное место, в её личной оценке возросли.

- Слышал, хотите связаться с подпольем, ​​- сказал Саба. - Удивляюсь вот, зачем. Хотите поторговаться с новым боссом?

- Нет - сказала Бобби.

- А что тогда? Хотите начать говорить нам, что делать?

Бобби улыбнулась одними губами. Либо они сейчас договорятся, либо польется кровь. Она надеялась на первое, но выбор был не за ней.

- Мы видели, как чертов идиот пытался убить губернатора. И если это ваш обычный уровень, тогда да, я была бы рада помочь с организацией. Кто-то же должен.

Саба воспринял это прохладно.

- Астеры выживали под пятой угнетателей поколениями. Думаете, можете чему-то нас научить?

- Определенно, - сказала Бобби. - Потому что, похоже, некоторые из вас, мудаков, конкретно заржавели.

Оливковые щеки Сабы потемнели ещё сильней. Он встал, и шагнул вперед. Бобби тоже шагнула ему навстречу. Если сейчас она даст слабину, её никогда не воспримут всерьез. Чириканье ручного терминала раздалось словно из другой вселенной.

- Что? - давила Бобби, не давая сбавить темп. - Что, союзники не нужны, да? И поддержка не нужна, да? Прямо целые вы, против Империи Лаконии? Я видела, как всё шло до сих пор, и...

- Саба!

Новый голос раздался позади неё. Она не хотела поворачиваться к трем астерам спиной, но допустить, чтобы кто-то неизвестный болтался за спиной, не могла тоже.

- Саба! - снова сказал голос. Молодой. Возбужденный. Бобби бросила взгляд через плечо. Девушка в зеленом комбинезоне, улыбается так, будто только что получила подарок.

- Que, Нанда? - спросил Саба.

- Нашла кое-кого, - сказала девушка. - Взгляни.

И из-за спины девушки, в комнату вошли Холден и Наоми, щурясь на неприятный свет.

- Привет! - сказал Холден, а затем: О, Бобби. Замечательно. А я и не знал, как тебя разыскивать.

Саба присвиснул.

- Джеймс хренов Холден. Ты не поверишь, сколько я слышал о тебе.

- Только хорошее, надеюсь? - сказал Холден, продолжая идти вперед, и не обращая внимания на напряженность в комнате. Или решив её проигнорировать. С ним всегда было трудно сказать. - Уже познакомились с моей старой командой?

- Твоей командой? - спросил Саба. Он посмотрел на Бобби, словно увидев её впервые. И засмеялся. - Ну я так понял, да. А раз так, тогда... Добро пожаловать в подполье.

Она улыбнулась, но что-то неприятно кольнуло у неё в животе. Джеймс хренов Холден, думала Бобби. Три волшебных слова, и вот, кто-то другой теперь за главного.

Глава 19

Драммер

Изображение было зернистым, сигнал в звуковом канале - чуть ли не слабее помех. Полдюжины слоев шифрования, наложенных и отфильтрованных, оставили артефакты, сплющив аудиоспектр, и превратив видео в подобие тактической подсветки. Сердце Драммер всё-равно смягчилось, ведь в центре этого - безошибочно - был Саба. Мешочки у него под глазами проявлялись, когда он уставал, но его улыбка светилась.

- Ты даже не представляешь, как здорово было получить твое сообщение, Ками, - сказал он. - Сердце мое вдали от меня, это ты. И нет никого лучше нас двоих, чтобы быть там, где мы соединимся.

- Я тоже тебя люблю, - сказала она экрану, но только потому, что в ее кабинете больше никого не было.

Тайные связи Авасаралы проявились даже быстрее, чем надеялась Драммер. Честно говоря, шокировало то, что они вообще проявились. Она была уверена, что старушка преувеличивает свои силы, претендуя на влияние, которое уже давно отняли отставка и возраст. Но вот, перед ней доказательство, что Крисьен Авасарала кто угодно, но не трепло. Саба вгрызся в толщу Медины, как клещ, и установил связь со всеми оперативными структурами союза, на которые мог выйти безопасно. И под союзом, он чаще всего имел в виду АВП.

По мере продвижения по отчету, она делала пометки, помогавшие ей запоминать. Шестьдесят восемь человек на Медине брошены в раздельные клетки, в рядах по три вверх, и восемь вдоль. Дилетантская попытка убийства, и дальнейшие репрессии. Саба мог даже не говорить, что эти поводы будут использованы для вербовки новых членов подполья. Это очевидно. Дальше они соберут разведданные, и создадут инфраструктуру. Прекрасно, что есть сеть Авасаралы, но организация схронов с провизией, слепые зоны, недоступные безопасникам, вирусы, внедренные в сеть врага - всё это станет частью подготовки к следующей волне. И ещё предстояло понять, что именно станет следующей волной.

Драммер кивала в такт словам, обдумывая подтекст. Линия связи под серьезным шифрованием, лаконианцы организовали её через свой эсминец, пристыкованный к Медине; Приказы и сообщения поступают в комнату дешифровки на станции, и передаются дальше курьерами, сети корабля и станции разделены физически; Способа внедриться в систему, и собрать разведданные - нет; Ещё надо раздобыть исходный код прошивок[13K22] для антенн и повторителей; Возможно, у контактов Авасаралы в Коалиции Земли и Марса, есть действующие эксплойты[13K23], и она сможет передать их Сабе. Треть всех сил Лаконии, большая часть солдат, задействована на контрольно-пропускных пунктах в известных общественных коридорах, и у людей Сабы есть время для создания лазеек и слепых зон. Если репрессии ослабнут, им потребуется новая провокация, чтобы снова занять врага проверками и контролем перемещений. Пусть Лакония играет свой спектакль, а