Фантастика 2026-61 - Марина Сергеевна Комарова

— О, а у вас колобок? А почему он лысый и похож на деда? — подошёл он к британской кучерявой девочке, — У него щетина! Фу, какой кошмар.

— Я… он… ну… ам… — она аж заблеяла, — У меня колобок… это не колобок…

— Это мой друг Олег! Он жук. Можно он поиграет с вашим колобком?

— Ну… я бы… я бы…

Олег видит круглое — Олег катит круглое. Весь в хозяина. Вот и бедного колобка он начал терроризировать и катать по классу.

Йор же с интересом за всеми наблюдала. Она же почти не видела мир! Только дом, бабушкину дачу, да и пару раз на задания её брал. А тут — другие товарищи по фамильярничеству, старый друг Олег и всякое интересное! Вот она мордочкой и водила.

— Йор, стой! Не лезь! — потянул я руки, но было поздно.

Класс был в форме Колизея — с каждым рядом парты были всё выше. И мы сидели позади хозяйки Принцессы. И Йор решила, что сейчас, ну вот именно СЕЙЧАС она непременно полетит.

Ну и ушаталась прямо на них сверху.

БАХ!

— МИАААААУ! — заверещал пучеглазый котяра, подлетел и начал бегать по потолку и стенам!

— Принцесса, стой!

От поднявшейся суеты Олег бросил колобка, расправил крылья и, как сраный вертолёт, начал везде летать. Твою мать, он ещё и невидимым стал!

*Бр-р-бз-бз-бз*, — что-то огромное летало по классу, а где, нахрен, неизвестно!

Ящерица услышала жужжание крыльев и машинально тоже полетела. Все понеслись, полетели, запрыгали! Упала люстра, треснула доска! Верещащий «Принцесс» прыгнул со стены на стену, но влетел в невидимого Олега! О нет, внимание, пилот контужен! Пилот контужен!

*Вжуааааау*, — вертолёт начал стремительно наклоняться.

Бабах! Авария! Он разбил башкой окно!

Ну и конечно, в этот момент в класс возвращается Абхей. Видит сломанные парты, упавшую люстру, ползущую по шкафам Йор, застрявшего рогом в окне Олега. Не хватает только пожара и трупа.

Ой-ой. Блин, что за балаган! Мне стрёмно! Это же из-за моей Йор!

— ТИХО! — рявкнул я, вкладывая Эфир.

Услышав голос, выделяющий знакомую мощную энергетику, все фамильяры моментально застыли. Скорее даже поджались, словно услышав яростный крик хозяина! Ну, кроме Олега — он просто застрял.

И от этого почему-то Абхей застыл ещё больше.

— Ши… Михаэль… кхм… Кайзер. Можете подойти? — нервно он сказал.

— Оукей, — пожимаю плечами, — Йор — никого не есть!

Я выхожу из-за парты, спускаюсь к остаткам доски и выхожу из кабинета. Индийский дед нервно потирает какие-то бусы и постоянно оглядывается.

— Что такое, учитель? — спрашиваю.

— У-учитель? О нет-нет, я просто… — он видит идущего ученика, — З-за мной, пожалуйста.

Он проводит меня чуть дальше по коридору, даже открывая мне дверь, чтобы я первый зашёл. Меня всё это крайне смущает, но что он мне сделает, верно? Так что я просто иду на поводу судьбы, желая узнать, что она мне там предлагает. Если что — откажусь.

Ну и… что-ж, смущался я по делу. Правда, думал, с причиной не угадал.

Ведь стоило мне зайти в пустой класс, услышать закрытие двери, как я поворачиваюсь и…

Абхей уже стоял на коленях, приложив руки к голове в молитве.

— Ом Намах Шивайя! — прошептал он, не смея поднимать головы, — Господин мой Шива! Я преклоняюсь перед вами! Прошу, выслушайте своего верного слугу, внемлите его просьбе!

— О как… зачёт нам поставишь?..

— Всё что вам угодно! Мои руки — ваши руки!

— Ну договорились.

Эм…

Блин, невовремя ты решил сюда же зачислиться, Абхей, с учётом, что я НЕ Шива, а ложное поклонение ведёт к статусу Анафемы.

Но с другоооой стороны…

* * *

Примерно в это же время. Небеса. Королевство Справедливости.

— Госпожа, с того времени мне не довелось повидаться с Каритас, но знаю, что она уже вернулась. Позвольте поинтересоваться, в здравии ли она и увенчалось ли успехом воссоединение? — трёхметровый архангел подошёл к столь же высокой женщине с завязанными глазами.

— Да, Каритас вернулась… — задумчиво ответила Юстиция.

Но тут повисло несколько томительных секунд, которые Михаил прерывать не смел. Что-то творится на уме его госпожи, и он не будет вмешиваться.

Юстиция поворачивается.

— Меня кое-что беспокоит, Михаил. Дай мне слово, что о нашем диалоге никто не узнает.

— Вы можете не требовать моих слов, госпожа. Я молча исполню, что прикажите, — склонил голову воин света.

Справедливость кивнула, хмуро отворачиваясь к окну своего здания суда.

— Что ты думаешь о Михаэле? — спросила она.

— Своенравный. Странный даже по меркам людей. Но… — он хмурится, смотря куда-то вдаль, подбирая мысли, — Неведомо по какой причине, он совершенно отличается от прошлого воплощения. Его искренне беспокоит человеческая судьба, он искренне желает помогать, пусть и… слегка радикальными методами. Я правда… пытаюсь найти в нём изъяны, — эти слова даются ему тяжело, — Копаюсь, присматриваюсь. Я намеренно ищу в нём плохое. Его нет. Просто нет. Это хороший человек, за которым ты искренне хочешь идти.

— Ясно, — вздыхает она, всё так же продолжая смотреть на тренирующихся подданых.

Вновь повисло молчание. На уме у Юстиции явно что-то было, в чём она сомневалась и не хотела делиться. Но это Михаил, и кому как не ему доверить тайны?

— Каритас не помирилась с сестрой, — сказала она.

— Понятно… — с нескрываемой досадой ответил Михаил.

— Но они восстановили контакт. Такие ссоры не исчезают за день и за разговор. Но… да, лёд тронулся. Предстоит долгий путь, но теперь это возможно.

— Понятно, — и из досады и печали на лице Михаила проросла улыбка.

Наверное, в том числе она посвящена и его подопечному, Михаэлю. Архангел при всей своей строгости, непоколебимости и воинственности — действительно уважал и любил добрых людей.

Наверное, он искренне хотел, чтобы Михаэль оправдал ожидания.

— Но почему вы хмуры, госпожа? — но тут архангел замечает лицо Справедливости, — Что не так с этой вестью?

— Потому что у Михаэля получилось.

— Разве это плохо?

— Это очень хорошо. Проблема в том… — тихо произнесла она, наконец отворачиваясь от окна, — Что это просто невозможно

Михаил непонимающе хмурится.

— Ты ведь знаешь, что есть Грех и Добродетель?

— Безусловно, — кивает он.

Что Грехи, что Добродетели — это не концепции и не явления. Они существа с этой