Фантастика 2026-45 - Татьяна Михаль

даже крепкий грог не помог избавиться от мгновенно возникшей простуды. Джон Доу, личный врач премьер-министра, настоятельно рекомендовал полный покой, но сэр Генри упрямо продолжил принимать важных посетителей в короткие промежутки облегчения от недомогания.

Палместрон никогда не был яркой звездой на политическом небосклоне, его карьера складывалась довольно непросто, но он умел делать выбор и редко ошибался. Особенно беспроигрышной оказалась ставка на партию вигов, что многим в свое время казалось безрассудством. Но сэр Генри умело держался выбранного курса. А что недоброжелатели? После удачи в Восточной войне они вынужденно прикусили языки. Один оглушительный успех, громкая виктория — и ты в фаворе у избирателей. Противодействие Российской империи стало кредо всей политической карьеры лорда Палместрона. И он сей избранной линии поведения не изменял до последнего дня своей жизни.

Секретарь вошел, когда премьер-министр сидел в постели и читал газету. Надо сказать, что знакомству с прессой сэр Генри уделял, как минимум час-полтора в день. И не допускал никакого секретаря к тому, чтобы делать ему выжимки из новостей. Только сам, только перебирать заголовки глазами, вылавливая в этом море мусора жемчужины ценной информации. Сейчас был период его второго премьерства, и своим привычкам сей государственный муж не изменял.

— Сэр Генри, к вам сэр Джон Рассел. Просит принять по срочному делу.

— Проси! — кивнул Палместрон. Он сам хотел переговорить с Расселом, с которым его связывали давние отношения: в правительстве Рассела Генри Палместрон был министром иностранных дел. В его теперешнем правительстве этот пост занимал сэр Джон.

Невысокий, какой-то скособоченный, с тяжелыми массивными надбровными дугами, не самого приятного вида джентльмен, Джон Рассел только в шестьдесят первом году получил титул графа и стал лордом. До этого его называли «сэром» или «лордом», но это было титулом учтивости (младший сын шестого герцога Бедфорда на звание лорда претендовать не мог). Надо казать, что к старости и Палместрон утратил даже какие-то признаки внешней привлекательности. Но пока еще ни он, ни его соратник по партии вигов не утратили живости ума и стремления упрочить положение Британии в мире.

— Прости, дорогой друг. Что вынужден побеспокоить тебя в столь сложную минуту. Получен ответ от императора Максимилиана на наш ультиматум. — начал разговор министр иностранных дел.

— О! сэр Джон, я не настолько плох и не нахожусь на смертном одре. Это мой личный врач перестраховывается и прописал мне постельный режим. Каков итог?

— Как вы и предполагали, сэр Генри, наш новоявленный император сразу же сдулся. Более того, он наложил на Германию обязательства не строить военные корабли класса линкор. Предложил серьезные самоограничения по тоннажу боевых единиц, которые не будут превосходить по водоизмещению фрегаты. Вообще он планирует строить только небольшие, но быстрые боевые корабли, предназначаемые для борьбы с контрабандистами. Фактически, весь флот будет подчинен пограничной страже.

— Это хорошие новости. А что по поводу сближения Германии и России?

— Летом этого года планируется частный визит кронпринца Людвига в Санкт-Петербург. Ходили слухи, что Александр хочет предложить ему брак с русской принцессой. Но у него нет подходящего возраста принцесс, кроме того, планы жениться на ганноверской принцессе Марии подтверждаются. Более того, брак будет заключен при восхождении Людвига на престол королевства Бавария. Хотя после счастливому супругу придется ждать совершеннолетия невесты.

— Значит, династического брака не будет? Это уже хорошо. Вам не кажется, сэр Джон, что приращение Германии Ганновером не самое благоприятное течение дел на континенте? Вы задумывались над этим вопросом?

— Несомненно, сэр Генри, более того, я задумывался над ним по поручению Его Величества. Фредерике, старшей дочери Георга V уже исполнилось четырнадцать. У нас же принц Альфред еще не определился с браком и вполне подходящая кандидатура для того, чтобы править страной, пусть и начнет с Ганновера.

— Кто будет решать вопрос с сыном Георга — Эрнстом Августом? — поинтересовался премьер-министр.

— Надежный человек, не связанный ничем с нашей страной. Кроме некоторых долговых обязательств.

— И помните, сэр Джон, никакого союза между Германией, Австрией и Россией быть не должно! Иначе все наши успехи в Восточной войне окажутся нивелированы ростом веса России в Старом Свете. Я знаю. что именно папа Римский выступает инициатором подобного союза. Если необходимо — меняйте понтифика! Но этого противоестественного союза мы не имеем права допустить!

— Приложу все усилия, сэр Генри!

Ответ министра иностранных дел Пальместрона удовлетворил.

* * *

Париж. Елисейский дворец

11 мая 1863 года

В правительстве Тьера в конце года опять перемены. На пост министра иностранных дел вновь попал один из «ястребов», стойкий сторонник союза Парижа и Лондона — Эдуар Дрюэн де Луис. Именно он был проводником политики Франции, которая привела его страну к триумфу в Восточной войне. Но его предшественник занял весьма осторожную позицию во время германского конфликта, не защитив притязания Франции на Рейнскую область железом и кровью. Ставя у руля министерства внешних сношений этого отъявленного ястреба, Тьер давал четко понять — времена бесхребетной Франции прошли! Правда, консультации с сэром Джоном Расселом дали понять, что сейчас поддержки в Рейнском вопросе от Лондона не будет. Британия опасалась, что Австрия и Россия окажут Германии помощь в случае конфликта с Парижем. «Сначала нам надо разрушить сердечное согласие германских государей, и только потом приступить к разделу так и не объединившейся до конца Германии». — таковы были слова из письма лондонского коллеги.

Тьер принимал своего министра в Елисейском дворце. Не так давно тут была резиденция Наполеона III, который при провозглашении себя императором перебрался в Тюильри. Елисейский же дворец стал местом резиденции премьер-министра, именно тут Тьер и проводил заседания правительства. Мари Жозеф Луи Адольф Тьер был самой противоречивой и самой значимой фигурой в политической жизни Франции середины этого века. Он был знаковой фигурой и во времена монархии, и республики. Не потерялся на фоне Наполеона III, тем более во время регентства стал играть весьма и весьма значимую роль в жизни страны. Его главной чертой характера была работоспособность (это если говорить о положительных качествах) и амбициозность, которая вскоре стала самой неудобной и отрицательной характеристикой сего политического деятеля. Кроме де Луиса на встрече присутствовал полковник Аристид Моро — человек, не занимающий сколь ни будь заметную должность, но личный друг Тьера и его негласный консультант по военным вопросам.

— Господа, вопрос Рейнской области, на мой взгляд, стоит крайне остро именно сейчас. Ваш предшественник, Тувенель, ничего не смог сделать на Венском конгрессе. Это стало главной причиной его отставки.