"Фантастика 2026-1" Компиляция. Книги 1-22 - Станислав Кемпф

Мало что способно потрясти сильнее, чем мечта, которую жестоко отняли — а потом позволили ей сбыться. Мигнули и погасли так и не просмотренные цифры: «…9998 очков». Лиза торопливо сняла шлем, сдвинула крышку капсулы и выскочила из тренажёра.

А потом что есть силы ущипнула себя.

Резкая боль подсказала, что ей не приснилось.

— Ты чего это, Романова? — послышался приторный до противного голосок. — Побила наконец своего кумира? Так загордилась, что вообще никого вокруг не замечает!

Лиза оглянулась.

В дверях тренажёрной стояла Луиза, королева её класса со своей свитой. Дочь директора школы. Источник всех неприятностей начиная с первого учебного дня. Сколько же крови ей попортила эта недалёкая девица…

Елизавета Романова смотрела на свою мучительницу и улыбалась. Завтра в этой школе её уже не будет. Завтра её ждёт посадка на шаттл и перелёт на станцию. А эти… Эти останутся здесь. Им никто не предложит учёбу в Академии.

Всё, что она делала до сих пор, все эти бесконечные часы в тренажёрке, всё её упорство — всё оправдалось.

Краб сбежал из ведра. И его уже не достать и не сдёрнуть обратно, на самое дно.

— Да у неё улыбка до ушей! — подхватила одна из подпевал. — Наверное, Ведьмак ей руку и сердце предложил!

— Бери выше! Романовы наконец нашли свою потерянную наследницу!

— Ой, Лизонька, когда тебя сделают принцессой, ты же нас не забудешь?

— Забуду.

Елизавета пошла прямо на них. Что-то, видимо, было такое в её взгляде, что девицы невольно расступились, пропуская её.

— Эй! — полетело в спину. — Романова, ты чего, совсем берега потеряла⁈ Напомнить тебе, где твоё место⁈

Лиза оглянулась, прежде чем навсегда покинуть школьный коридор.

— Моё место? — переспросила она, и улыбнулась Луизе. — Не нужно. Я его знаю. Оно там, куда тебе никогда не забраться. Счастливо оставаться, девочки.

В гробовой тишине за ней захлопнулась дверь.

Глава 5

Утро началось с разборок.

Для разнообразия — не со мной. Вместе со всем классом я с интересом наблюдал, как Бриан и Алвизо, как ни в чём не бывало, попытались подсесть к Винсенту. Тот поднялся, багровея от гнева, и прорычал:

— Вон отсюда!

— Босс, ты чего? — попытался включить дурачка Алвизо. — Из-за такой ерунды обиделся?

— Ну, перепили мы вчера, с кем не бывает, — подхватил Бриан. — И надо было Пьера поддержать же, всё-таки дуэль до смерти, не ерунда какая-нибудь.

— Перепили? — тихо переспросил Винсент. — Вы такие же модификанты, как все аристо, не надо мне заливать, что пара коктейлей снесла вам крышу… Не думайте, что я забуду вам ваши слова и ваше предательство.

Его взгляд метнулся к кому-то ещё. Я проследил за ним и обнаружил какого-то парня, очень старавшегося сделаться незаметным. У него плохо получилось.

— Самая обыкновенная куриная жопа, да? — спросил Винс.

Парень слегка побледнел.

А он затейник, оказывается. Что я пропустил, пока дрых в кокпите «Палача»? Надо будет попросить у АЛа запись. Ладно, третий просто брякнул что-то не подумав. А эти двое, выходит, поддержали Пьера — и этим предали своего сюзерена?

Упс…

— Это наши места, — Алвизо демонстративно уселся в привычное кресло. — Будем сидеть, где всегда сидели. И что ты нам сделаешь? Сам пересядешь?

— Я вызвал вас на дуэль, — напомнил наследник Реалов.

— Не передумал ещё? — Бриан усмехнулся. — Может, решился на бой до смерти?

Несколько секунд казалось, что Винсент всерьёз рассматривает эту идею. И я его вполне понимал. Если он сам не пойдёт на такой шаг, я это сделаю сам. Неадекватов и потенциальных предателей надо убирать из Академии. И лучше самым радикальным способом. Ну, кроме того, третьего, которому Винс припомнил какую-то куриную задницу. Убивать за оскорбление — это как-то немного чересчур.

— Звучит очень соблазнительно, — сказал он наконец. — Но нет. До поломки антенны.

Судя по всему, проштрафившиеся вассалы приняли его слова за мягкотелость и слабость. Да, собственно, и я на секунду подумал о том же. Это я — сирота без роду и племени, у меня за спиной нет строгого отца, который не погладит меня по голове за испорченные отношения с кланами вассалов. Мне всё можно, какой с меня спрос?

А вот принц связан по рукам и ногам тысячами условий, которые ему нужно учитывать, прежде чем принимать решение. Убить этих наглецов он не может. Папа не поймёт. Максимум — скинуть на своё нынешнее место, пусть посидят в самом низу топа. Конечно, они оттуда довольно быстро выберутся, не за красивые глазки же им нынешние места дали? Но укол по самолюбию болезненный…

— Принимается.

Алвизо совсем расслабился, на лице появилась наглая ухмылка. Бриан и тот, третий, подтвердили согласие.

— Только потом не жалуйся, — добавил Алвизо. — И не бегай к папочке ябедничать, как тебя обидели.

Ой дурааааак…

Если Винсент и собирался ограничиться назидательным пинком из топа, то теперь он точно передумал.

— Напоминаю на случай, если вы забыли. Проигравший покидает Академию. Навсегда.

А он хорош… И предателей вон, и проблем внутри фракции не будет. Если бы не изъяны в характере, он очень пригодился бы. Ну, может быть, ещё получится переломить?

С другой стороны, я его перевоспитывать не нанимался, своих проблем хватает…

Но что, если именно его не хватит для победы?

Хотя…

«Напоминаю»?

То есть это уже обсуждалось?

Я задумался и пропустил остальное. Опомнился, когда появился преподаватель. Я бы и его, наверное, не заметил, но…

Он пришёл не один.

Впервые в жизни у меня так замерло сердце, когда я увидел, кого к нам привели. Вот уж у кого, как и у Микаэлы, была совершенно естественная красота. Только, в отличие от жгучей и яркой латиноамериканки, совсем другая, не такая броская, но…

Я не мог отвести взгляда от худенькой ладной фигурки, от больших голубых глаз, от рыжеватых волос, забранных в два хвостика… Святые небеса, она приладила к ним маленькие бантики! От умиления можно было умереть на месте.

В жизни не видел никого более скромного и обаятельного одновременно. И никакие уроки Царя этого дать не смогли бы. Даже самая талантливая из его учениц не сыграла бы ничего подобного.

— Знакомьтесь. Елизавета Александровна Романова, — представил нам новенькую препод.

Романова⁈

Похоже, я был не одинок в своём изумлении. Александра так распиналась