Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова

А что там дальше? Я знала «Устав» практически наизусть, все эти формулы, которые хоть и оказались полезны, но от главной беды все же не уберегли. Я плохо помнила только первые несколько абзацев, но там и не было ничего важного.

– Вот что тебе необходимо предпринять…

Мои губы снова и снова повторяли эти слова, словно они сами были заклинанием. Я не могла отвести взгляд от танатоса, расположившегося прямо над нами. Такой огромный, смертельный, недосягаемый, безупречный… Словно он пришел к нам не из того мира, из которого обычно приходят бестии, а ведь по сути, он был просто одной из этих тварей.

И вдруг в памяти точно вспыхнул яркий луч. Первый абзац книги, оставленной Кристером Ригером, всплыл перед глазами. Я увидела ясно каждое слово. И поняла, в чем заключалась ошибка. Крис не хотел никого ввести в заблуждение и действительно оставил четкие инструкции. Просто не подумал о том, что те вещи, которые кажутся очевидными ему, могут не показаться такими его преемнику.

– «Вот что тебе необходимо предпринять, когда магия пробудится. Тьма разрастется и опустится на землю. И тьмой этой будут бестии большие и малые. И самые грозные среди них танатосы», – повторила я слово в слово то, что было написано.

Танатосы – бестии. Огромные и жуткие, почти неуязвимые. Но если я могу подчинить бестий, то я смогу попробовать подчинить и танатосов. Вот только формулы подчинения Крис мне не оставил. И сейчас, мысленно пролистывая страницы, я вспомнила последнее предложение, на которое раньше не обращала внимания. «Твое сердце подскажiт, как заклясть тьму, верь себе и своiму сердцу». Мне казалось, что это просто красивое пожелание от основателя Академии. Красивое, но пустое. Но сейчас поняла – «Устав» не содержал ни одной лишней строчки. Лаконичный и сухой, он содержал только нужную информацию, которая пригодится в бою. С чего бы Кристер стал тратить слова попусту? Что, если это надо понимать в буквальном смысле?

Сердце подскажет, как заклясть тьму… Как подчинить танатосов? Ведь это они – тьма. Сердце подскажет… Значит ли это, что я сама должна составить формулу подчинения? Но как? Я не умею…

– Ран, я, кажется, поняла! – крикнула я, оборачиваясь. И вскрикнула, зажимая ладонью рот.

Красные отсветы, латающие прорехи в щите, – были его кровью. Ран стоял, раскинув руки, и его кровь, подчиняясь магии водной стихии, делала защитный купол практически непроницаемым.

– Ран, нет!

Я кинулась к нему, забыв обо всем на свете. О танатосе, что навис над нами, о смертельной битве, что кипит вокруг, о времени, которого осталось так мало. Обхватила руками рану, не давая крови сочиться, и щит почти сразу рухнул, но я подхватила его, стянула синими нитями своей магии, удержала над нами.

Ран провел по моей щеке кончиками пальцев. Столько нежности и безысходности было в этом жесте.

– Отпусти, Корюшка. Иначе никак, ты ведь понимаешь.

– Нет, Ран!

Я затрясла головой, не желая смиряться, но уже понимая, что сама я тоже долго не удержу щит. И не смогу использовать пятую стихию вместе с водной. А мне еще формулу подчинения составить нужно, а я не знаю как… И счет уже идет на секунды.

– Ран…

Я растеряла все слова, которые сейчас были так нужны. А Ран вдруг опустился передо мной на колени и теперь смотрел снизу вверх потемневшими глазами.

– Кора… Кора Флогис, если случится чудо и мы выживем, ты единственная, кого я бы хотел видеть рядом с собой до конца моих дней.

Он опустил руку в карман и вытащил колечко. То самое, которое ему просила передать мама. На мгновение меня обожгла ненависть такая сильная, что я едва не отпрянула, разжав пальцы. Ран понял. Уголки его губ дрогнули в мучительной усмешке.

– Я понимаю, – горько сказал он.

Ничего ты не понимаешь, глупый. Я и сама уже ничего не понимаю. Угли внутри меня вновь начали наполняться жаром. Мне было больно, но я не отпускала его раненой руки. Пусть жжет. Если мне больно, значит, я все еще жива.

– Раннитар Маринер, – прошептала я, – ты лучшее, что случилось в моей жизни. И если чуда не случится и мы не выживем, то…

Я почувствовала, что глаза наполняются влагой. Как давно я не плакала – с тех самых пор, когда подумала, что Ран меня предал. И вот теперь слезы полились сами собой. Они гасили тлеющие угли, и огонь ненависти утихал в моей душе, оставляя только любовь.

Я прижалась мокрой щекой к его щеке, поцеловала. Его губы были солеными от моих слез.

– Если мы не выживем, то я буду счастлива все те минуты, которые нам остались, – тихо сказала я. – Я люблю тебя, Ран.

– Я люблю тебя, Кора.

Я почувствовала, как защитный купол над нашими головами дрогнул, чувствуя приближение огромного тела. Танатос начал снижаться.

– Все, Кора, отпускай.

– Нет, не могу…

– Ты должна, моя рыбка. Сейчас.

Его голос стал жестким и требовательным. Мой любимый наставник, как я могу тебя ослушаться. Я закусила губу и разжала ладони. Сначала одну. Потом другую. Алые всполохи заполнили небо.

Ран попытался подняться на ноги, но не смог. Сил у него почти совсем не осталось.

– Я, пожалуй, так постою, – попробовал по– шутить он.

Только огромным усилием воли я смогла заставить себя отвернуться и поднять глаза на танатоса.

Что же мне делать с тобой? Как тебя подчинить? Ты такой огромный и мощный, а я такая маленькая и слабая. Я просто… По старой памяти я чуть было не подумала – пустышка. Но это не так.

Весь долгий путь, который я прошла, вдруг пронесся перед внутренним взором за короткие мгновения. В начале года, когда я только прибыла в Академию, я была испуганной, несчастной и одинокой. Не верила, что у меня хоть что-то может получиться. Не умела держать в руках меч. Не надеялась найди друзей.

И вот я стою сейчас в центре поля. Кора Флогис. Великий маг. Обладательница пяти стихий. Судьба нашего мира зависит от меня. И я получила свою силу не даром, я заслужила ее, я совершила все возможное и даже немножко невозможное для того, чтобы стать тем, кем стала. Теперь, оглядываясь назад, зная, что меня ожидает, я бы, пожалуй, не нашла в себе сил повторить это. Но сделанного не воротишь.

Мне показалось, что все вокруг замерло, затихло. Эти секунды должны решить исход битвы. Есть ли у нас надежда? Или же я оказалась никчемной преемницей?

– Я не боюсь тебя! – крикнула я танатосу, протягивая руки