Фантастика 2026-128 - Андрей Схемов

Фей быстро закивала, насильно запихала подружку в хибару, а затем крепко меня обняла, поцеловала в щёку и на прощание сказала:

— Спасибо, Ян, большое тебе спасибо.

— Не за что. — Ответил я

Но про себя добавил то, что не решился произнести вслух. Не за что благодарить того, кто собирался превратить тебя в кровавую пилюлю.

Глава 15

Утром я вернулся к Фей, нарушив данное себе же обещание. Вот только я не знал, тянуло меня к ней, потому что хотел убедиться, что всё с ними в порядке или причина моего интереса крылась в чём-то более загадочном. Однако, как бы то ни было, я не смог усидеть этим утром в убежище и вместо того, чтобы сконцентрироваться на культивации, о чём себе обещал, постоянно думал только о ней.

При свете дня трущобы вновь отличались от той унылой картины, которая предстала передо мной прошлым вечером, будто это действительно были совершенно разные миры. Люди, ещё не успевшие впасть в серую хмарь депрессии лениво выбирались на улочки и тянули своё бессмысленное существование. Мне даже показалось, будто на пути к дому Фей встретил одну случайно брошенную улыбку, так что может быть не так всё и ужасно. Или просто на моё восприятие влияло настроение.

Однако реальность ударила в лицо тогда, когда меньше её ожидал. Ещё на подходе повстречал несколько местных обитателей, которые то и дело указывали в сторону хибары Фей и о чём-то перешёптывались. Я перешёл на быстрый шаг, ощущая, как в груди просыпается тревога и спешно добрался до её дома лишь для того, чтобы увидеть перед собой распахнутую дверь.

Учитывая, что в трущобах жители не отличались особым гостеприимством и, если имели возможность, всегда закрывали двери на замок, то знак тревожный.

На пороге в нос сразу ударил металлический запах крови. Она пролилась здесь совсем недавно, судя по тому, как среагировали мои рецепторы. Я медленно выдохнул, приготовился к худшему и зашёл в хибару.

Внутри она казалась ещё меньше. Одна комната, разделённая на зоны лишь условно занавеской, кривой натянутой верёвкой и парой старых сундуков. В углу стоял низкий столик с чашками, одна из которых была опрокинута, оставив тёмное пятно на полу. Вместо кроватей рядом находились лежанки, застеленные тонкими одеялами, которые в свою очередь были неаккуратно сбиты в комки. Всё было перевёрнуто вверх дном и сдвинуто с места, словно почившие Лун и Вэй наведались сюда для визита с того света, для отомщения.

Я остановился.

Следы были слишком очевидными, чтобы их не заметить и слишком понятными, чтобы остались хоть какие-то сомнения. К тому же, в помещении находились все три девушки. Они сидели на полу, почти вплотную друг к другу, словно пытались удержаться в реальности, хватаясь за знакомые плечи и руки.

Фей я узнал не сразу. Она держала голову девушки на коленях, которая на первый взгляд просто спала и расчёсывала гребешком её смоляные волосы. Медленно, осторожно, будто боялась, что случайно наткнётся на катышек и придётся начинать заново. Её движения были плавными, повторяющимися, как у человека, который знает, чем занимался. Вот только взгляд девушки был абсолютно пуст. Она смотрела перед собой куда-то в бездну и кажется вообще не соображала, что происходило вокруг.

Рядом с ней сидела вторая, та самая, которую прошлой ночью спас от неминуемых побоев. В её руках была тряпка, и она снова и снова проводила по ногам убитой, стараясь стереть кровь и то, о чём мне даже не хотелось думать.

Прежде чем заговорить я внимательно осмотрел третью девушку, чьё лицо мне не было известно. Если бы не побледневшая кожа и медленный ручеек крови, засохший на её правом виске, можно было подумать, что она попросту спит. Однако руки девушки безвольно свисали, пальцы чуть подогнуты, как у куклы, а лицо… Лицо не выражало ничего кроме спокойствия, если не считать той застывшей, странной пустоты в глазах, которая появляется, когда на этом свете остается лишь пустая оболочка.

Я закрыл глаза и глубоко вдохнул воздух, что позволило составить картинку случившегося. Платье девушек были порваны на бёдрах, ноги покрывали множественные синяки и порезы, а то, как они сидели, стараясь перенести весь вес на одну сторону, не оставляло места для интерпретации.

Их изнасиловали… а одну, судя по всему, случайно убили в процессе.

— Фей. — Произнёс я почти шёпотом, стараясь привлечь внимание девушки.

Она мне не ответила и продолжила качаться на месте, смотреть куда в пустоту и расчёсывать волосы. Движение за движением. Я подошёл ближе, стараясь не испугать её, когда она очнётся и увидит, что на пороге очередной незнакомец, но этого не понадобилось. Она медленно подняла голову, посмотрела на меня большими карими глазами и едва заметно выдохнула:

— Ян, а что ты здесь делаешь?

Я присел перед ней на корточки и попытался взять её за руку. Вдруг Фей подпрыгнула на месте, отдёрнула от меня ладонь, словно боялась обжечься и вжала шею, будто маленький котёнок. Точно изнасиловали, теперь ещё долго не позволит к себе притронуться даже близким людям, которых у неё не осталось. Я отошёл на шаг назад, дав ей пространство и коротко спросил:

— Кто это сделал?

Она ответила не сразу. Фей опустила голову, провела кончиками пальцев по лицу убитой девушки и некоторое время смотрела на неё, словно ждала, что та проснётся. Когда этого не произошло, она взяла свою тряпочку и, смочив в ведре, принялась вытирать кровь с виска. Её губы были разбиты, под левым глазом назревал свежий синяк, а в моём присутствии Фей прижимала к себе бёдра, будто боялась, что с ней так же поступят и ещё раз.

— Где они? — Прошипел сквозь стиснутые зубы, догадываясь о ком шла речь.

— Где⁈ — Вдруг раздался голос её подруги. — Там где обычно. Пьют за десять дворов вдоль по дороге. Это бандиты из гильдии. Очень опасные люди.

— Да мне плевать кто они. Оставайтесь здесь. Я попрошу, чтобы кто-нибудь за вами присмотрел.

Это всё, что мне требовалось знать. Значит пройти десять дворов вдоль дороги. Чтож… Значит сейчас снова прольётся кровь.

Я вышел на улицу, схватил любопытную женщину, которая всё пыталась заглянуть внутрь и вложил ей в ладонь десять монет.

— Пригляди за девочками и сделай всё, что попросят. Если справишься, дам ещё двадцать, когда вернусь.

Она посмотрела на монеты в ладони, удивлённо приподняла брови такому заработку, за который надо было горбатиться сутки на тяжёлых