Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

были сильно продвинуться, ведь война — двигатель прогресса, и новые способы убийств развиваются так же, как и методы спасения. Мой второй пункт назначения. Думаю, старику такой подарок пригодится.

Академия ниндзя, где учатся молодые шиноби. Уверен в её полезности. Пока было время, почему бы не перешерстить свитки и книги в академии? Историю полезно учить, чтобы следующие поколения не ошибались, особенно интересны события прошлых войн…

Различные архивы, которые были разбросаны по Конохе и забыты многими молодыми шиноби из-за ненадобности. Зачем-то они стояли и обслуживались, но использовались как склады.

И, конечно же, Корень. Войти на их территорию заставило меня вспотеть, но проникнуть получилось. Интересно, что ждёт меня в этих мрачных лабиринтах? Пункт какой-то там — найти интересные данные экспериментов. Возможно, старик заинтересуется тем, что я найду здесь. Всё же он любит всё новое и неизведанное.

И, конечно, различные места, в которых я должен был побывать ради любопытства. Хоть мне и было под семьдесят, чувство интереса внутри меня не угасло. Так что, когда я вкушал вкусный обед в недавно открывшемся заведении под названием «Рамен Ичираку», заметил красные волосы, которые стремительно бежали в сторону Учих. Оу-оу, какие люди!

Оставив деньги, которые за десятилетия не изменились, я побежал следом, преследуя блондинку и красноволосую фурию, что обжигала всех проходящих своей якки. Ух, знакомое чувство. Помнится, одно создание так же било, только посильнее и более явно.

О, вспомнил, Минато говорил, что меня ищет эта девочка. Конечно-конечно. Как я мог забыть? С этими поисками проклятого камня я забыл, что нужно поговорить с родственницей. Единственная в Конохе, кому по-настоящему можно было доверять, хоть и с оговорками.

— Кушина Узумаки! — крикнул я. Она резко обернулась, как и блондинка. Хм-м, знакомое личико. — Я Оками Узумаки, хочешь поговорить?

Глаза Кушины сверкнули опасным блеском, а блондинка устало выдохнула. Чего это она?

---

— Так ты говоришь, что твой отец — Узумаки, успел спастись, а мать — Учиха, что сбежала из клана?

Этот вопрос задавала Цунаде Сенджу, «Легендарная неудачница».

— Всё верно. — Я важно кивнул, глотнув чая. Мы переместились с оживлённой улицы в беседку в парке и уже минут пять разговаривали. Кушина завалила меня вопросами, и было видно, как она расстроилась, узнав, что я — единственный выживший из клана. Отец по легенде умер, передав мне свои знания и пожелав, чтобы его сынок стал шиноби Конохи. Вот я и прибыл, а в Роуране оказался непонятно как, ведь до этого мы были неподалёку. Я играл в амнезию, на что Цунаде заявила, что может помочь, но я отказался.

— Но как это возможно? Это звучит слишком фантастически… — Цунаде на мою быстро созданную легенду не верила, но что-то доказать обратное тоже не смогла.

— И что теперь?.. — Кушина, глядя на стол, тихо проговорила.

— Не знаю, Кушина-чан. Я тут осмотрелся, и мне всё нравится, но, возможно, уйду увидеть мир… Пока до конца не понимаю, нравится мне деревня или нет. Если хочешь, мы могли бы ещё раз встретиться и обсудить Узушио…

— Понятно. — Видя, как загрустила Кушина, я раздумывал, стоит ли давать надежду этому милому созданию. Всё-таки здесь Узушио разрушен, и вся эта деревня — лишь одна тюрьма для этой девушки без родных и близких. Мнением джинчуурики здесь мало интересовались, что удивительно, и было видно, что она не знает, что делать. Родственник есть, но и он хочет уйти, а она не может. Даже заполучив счастье в виде Минато, она умерла на руках с новорождённым ребёнком и не смогла даже на миг насладиться материнством. Мне было её жаль, но стоит ли давать ей надежду на то, что где-то в другом мире есть то, что она называла родиной?

Устало вздохнув, я заметил, что это начало превращаться в привычку, и активировал Шаринган.

— Что ты дела… — Цунаде, успев привстать, так же быстро упала без сознания. Кушина, мгновенно вытащив кунай и уже собиравшись пустить его в меня, застыла столбом. Фуин-печать парализовала девушку, а символы расползлись от стен беседки, пола и столешницы. Та, ошарашенная, широко раскрыла глаза. М-да. Мито, похоже, не смогла обучить её до конца. Или это всё из-за мирного времени? Не ожидая от меня таких действий, обе куноичи просто не успели среагировать на атаку. Будь я врагом, их бы ждала незавидная участь.

— Давай поговорим, Кушина, откровенно.

Затянуть в иллюзию джинчуурики было довольно идиотским решением. Так что я решил просто поговорить.

— Я не из этого мира. Да-да, звучит бредом, но послушай, Кушина. — Видя её глаза, которые начали становиться красными и более узкими, я вскинул руки и проговорил то, что её ошеломит. Сбить её лучше сейчас, чем потом бегать от лисёнка. — Я жених Мито Узумаки!

— Что?! — Печать, что сдерживала её, вспыхнула и рассыпалась светом. М-да. Заметка: сдержать джинчуурики печатью паралича получится на несколько секунд, так и запишу.

— Садись, поговорим нормально.

---

**Взгляд со стороны**

Резиденция Хокаге охранялась очень плотно, ведь это всё же главный управляющий аппарат, в котором сидели важные люди для деревни. Защита была создана не для Хокаге, ведь такому шиноби охрана не требовалась, но были и другие в малоэтажном здании, кто нуждался в плотном контроле и защите. АНБУ внимательно следили за всеми ниндзя, что проходили внутри здания, и, когда Хокаге взял с собой несколько десятков групп шиноби и распустил всех работников, внимание спало, и несколько шиноби из АНБУ расслабились.

Это было большой ошибкой. Никто из тех, кто находился в тот день, не заметил одинокой фигуры, которая появилась после того, как Хокаге отбыл к Учихам. Неприметный старик со сгорбленной спиной прошёлся через дорогу и вошёл в здание. Белые одеяния были словно у трупа, и он имел такой бледный оттенок кожи, что заметившие его обратили на это внимание.

Первая двойка АНБУ, что скрывалась у входа, не успела даже подать сигнал, как уснула. Гендзюцу забрало их сознание, и они вырубились на несколько часов, видя красочные сны.

Последующие группы АНБУ, что скрывались в резиденции, также не успевали что-либо сделать. Их маскировка, созданная на основе печатей Узумаки, нанесённых на броню, и личные навыки ничего не смогли противопоставить старику, что, не изменяя шага, медленно забирался всё