Империя праха - Филип К. Квантрелл

– Валанис… – с трепетом произнесла Рейна.

– Он и вправду на свободе, – мрачно ответила Фэйлен. – Кто еще смог бы обрушить с небес звезду Палдоры?

– Он сама смерть… – потерянно отозвалась принцесса.

Рядом с темным эльфом Эшер смог различить силуэт в белом.

– Алидир жив… – В горле пересохло от набившегося песка. Рейнджер потянулся к зачарованному мечу на спине и почувствовал, как мышцы протестуют даже против такого простого движения.

– Нет, – покачала головой Рейна. – Мы не можем биться с Валанисом, он слишком силен.

Огромная армия на фоне лишь подтверждала ее слова.

– Я уже попытался. – Натаниэль поднял меч. Стальной клинок был смят посередине, будто кто-то схватился за него рукой и сжал.

Рейна погладила его по щеке и улыбнулась.

– Какой же ты дурак, Натаниэль Голфри! Но храбрый дурак.

Из толпы позади раздался знакомый гномий рык.

– А вы че тут забыли?! – крикнул Доран, расталкивая толпу. – За стену! Быстро!

Они в последний раз обернулись на армию дикарей, карабкающуюся по камням и воротам. Валанис и Алидир так и стояли посреди пустыни. Даже без войска двое древних эльфов были слишком могущественны. Эшер окинул взглядом стены Карата: высокие, но есть ли смысл за ними прятаться? Валанис только что сорвал звезду с небес и обрушил Врата Сайлы. Разве Карат сможет от него защитить?

Все же их четверка смешалась с толпой и прошла в город, ведомая Дораном. Эшер чувствовал, как раны и синяки начинают требовать все больше внимания. Он уже хотел сдаться и прислониться к какой-нибудь стене, как заметил Глэйда и Тарена, склонившихся над Салимом. Глэйд смог добраться до города, и Эшер был рад его видеть, но вот Салим… Его уложили на сваленные мешки, и ткань под ним вся пропиталась кровью. Оливковая кожа сделалась болезненно-бледной – Эшер множество раз видел этот оттенок.

Салим умирал.

Тарен сидел на корточках, сжимая руку отца, прижавшись к ней лбом. Воинственный дух покинул его, осталось только отчаяние. Эшер легонько сжал его плечо, наблюдая, как уходит Салим. Поговорить бы с ним на прощание… Но такую роскошь, как мирная смерть, мало кто из рейнджеров мог себе позволить. Они жили движением, действием. Глядя, как умирает старый друг, Эшер подумал: стоило ли оно того? Могли они выбрать прожить жизнь иную, без сражений, без боли? Он думал, что знает ответ, и сделал единственное, что мог сделать в такой миг.

– Мне жаль… – пробормотал Эшер, зная, что слова тут не помогут.

Не дождавшись от отца нового вздоха, Тарен протянул руку и опустил ему веки.

– Он погиб с честью.

Эшер знал, что немногим так везет и ему самому повезет вряд ли. Между честью и выживанием он всегда выбирал выживание: видел в этом больше смысла.

На улицах царил хаос, повсюду бегали солдаты и местные жители. Кто-то готовился к бою, кто-то созывал свои семьи, собираясь бежать. Больше некому было командовать, некому было направлять людей.

– Эшер… – позвала Фэйлен, глядя в пространство, но он уже научился разбирать выражения ее якобы бесстрастного лица. Она чувствовала, что Валанис на подходе – его давящая аура уже дотянулась до Карата. Сам Эшер без кольца такого ощутить не мог.

Он обернулся к Тарену.

– Выведи всех из города. Эльф, который сюда придет, не то что Алидир и остальные – он куда хуже. Городские стены его не сдержат, тем более что за ним идут темнорожденные. – Он подождал ответа, но не дождался. – Тарен!

Юноша оскалился на него, как дикий зверь, но, заметив хаос вокруг, как-то обмяк. Его город рушился на глазах.

Эшер присел перед ним на корточки, крепко схватил за затылок.

– Сейчас не время для драки. – Он взглянул на Салима. – И не время для скорби. Надо бежать, Тарен.

Тарен поднялся быстрее него, огляделся, видимо, разыскивая своих сов.

– Предлагаешь бежать по Селкскому тракту в Велию? – спросил он.

Эшер обернулся к Глэйду.

– Каратской армии больше нет, она расколота. Тебе придется собрать новую. Если твой народ не переживет этого вторжения, некому будет заново отстраивать город.

Доран откашлялся.

– Эт если мы победим, конечно.

Эшер бросил на него мрачный взгляд, заставляя замолкнуть.

– Тарен, веди своих людей на север. Главное сейчас – выжить. Когда все закончится, вернетесь и начнете заново. Если останешься и будешь драться за эти кирпичи, некому уже будет назвать их домом. Вам нужно бежать…

Глэйд отер вспотевшую макушку.

– Сдается мне, ты с нами опять не собираешься.

Эшер взглянул на Рейну и остальных товарищей. Они знали, что им предстоит сделать.

– Ты че, вот так собрался идти? – вмешался Доран. – Ты ж до Полночи не дойдешь! Отдохнуть тебе надо!

– Мы отправимся с тобой, как и обещали. – Глэйд сжал безжизненное плечо Салима и поднялся.

– Нет, – отозвался Натаниэль. – Тарену нужна помощь, так лучше помогите ему. Местные должны уйти прежде, чем явятся дикари.

Глэйд и Доран вопросительно взглянули на Эшера. Тот кивнул. Рейнджеры пригодятся идущим в Велию, в Полночи их ждала лишь смертельная опасность. Смерть Бэйла и Салима и так давила на него.

– Стойте… а где Хадавад и Атария? – спросил Натаниэль.

Глэйд распахнул глаза, будто вспомнил важное.

– Атария увела его в переулок…

Все, кроме Тарена, до последнего не желавшего оставлять отца, бросились за угол. Атария и вправду сидела на корточках рядом со старым магом. Привалившись к стене, он пытался зажать рану на животе, но кровь так и лилась сквозь пальцы.

Не успели они приблизиться, как Атария подняла руку, веля остановиться.

– Аракеши… – прохрипел Хадавад. – Слишком быстры…

– Я готова, учитель. – Атария отбросила посох и убрала волосы за уши.

Хадавад улыбнулся, но тут же закашлялся, морщась от боли.

– За пять сотен лет… ты… лучшая ученица…

Атария улыбнулась сквозь слезы.

– Спорю, вы это говорите всем ученикам.

– Черная рука… падет… – Хадавад вытащил из-под рубашки алый камень. – Твоя жертва… приблизит ее конец.

Эшер не раз слышал о Черной руке, в основном – от Хадавада, но сам, в отличие от Фэйлен, никогда их не встречал. За что маги их так ненавидели, он понятия не имел. Разве что их занятия некромантией он одобрить никак не мог.

– Сделайте же это, – велела Атария.

Хадавад отнял руку от раны и принялся из последних сил нашептывать заклинание. Рубин в его ладонях засветился, красное сияние охватило их с Атарией и скрыло на мгновение. Эшер прикрыл глаза рукой, надеясь хоть что-то увидеть сквозь пальцы, но не успел присмотреться, как сияние померкло. Хадавад больше не