Фантастика 2026-17 - Максим Мамаев

уж идиотами ни Демонические Боги, ни их слуги не были, и на такой глупости выдавать себя не спешили… Другое дело, если оскорбляющий всё знает и смеется тебе в лицо — вот тогда почему-то подобное спускать не рекомендовалось категорически.

Придавленный моей Силой Души и вполне себе стандартными чарами удержания демонолог зло скалился и рычал, но наброситься не решался. Он бы, в принципе, смог бы — я сковывал лишь его возможность ускользнуть отсюда с помощью каких-нибудь хитрых чар да намеренно пытал саму его душу, но свободу действий ничем иным не ограничивал. Слишком хлопотно — проще лично, своей магией в случае чего защитить любого из присутствующих, рискни эта тварь напасть не на меня, а на других. Немного самоуверенно, но я не мог рисковать…

Представьте себе моё изумление, как не далее чем сегодня утром я увидел маскирующееся под слабого Мастера чучело с испещренной отметками служения Демону-Богу душой, спокойно вышагивающее по моему замку! От подобной наглости я опешил настолько, что даже не сработал привычный инстинкт — сперва ударь, потом разбирайся. Когда эта падаль мне низко, угодливо поклонилась и как ни в чем ни бывало ушлепала по своим делам, я своим глазам не поверил…

А потом решил, что дергаться и предпринимать поспешные действия не следует. Если демонологи, связанные с Инферно, были в первую очередь опасны как воины, то их коллеги, служащие Демоническим Богам из Темных Пантеонов славились своими способностями к маскировке и побегу. В бою они, как правило, серединка на половинку, ничего особенного обычно из себя не представляют, если только не служат какой-либо особо воинственной твари, но вот если надо спрятаться или удрать — им равных почти нет. Даже Маги Пространства в этом плане им частенько уступают, что уж о прочих говорить…

Тварь погубил тот факт, что обладая силами за пределами доступного смертным, собственным Зерном Судьбы, проросшим в высшую силу, в Семь Молний, я обладал рядом иных преимуществ, помимо способности бить несколько больнее своих менее могущественных коллег по цеху. Например, более глубоким восприятием и способностью видеть многое из того, что большинству других магов недоступно… От меня сложно было скрыть столь загрязненную душу, и обычная маскировка, что работала против рядовых и не очень волшебников этого мира, против меня совершенно не годилась. Будь это чучело родом из моего мира, и оно либо не рискнуло попадаться мне на глаза, либо обладало бы достаточными навыками, что бы сокрыть свою суть… Но здесь действительно в некотором роде край непуганных идиотов — этот тип банально не подозревал о том, что подобное возможно. За что сейчас и расплачивался…

И я решил сделать всё с толком, с чувством, с расстановкой. Посвящать в происходящее никого, кроме Петра и двух моих рыцарей смерти я не стал — не то, что бы я совсем не доверял остальным, но из тех, кому я мог доверять со стопроцентной гарантией, здесь было лишь пятеро. Петр и Алтынай вместе с Петей младшим связаны со мной такими клятвами и ритуалами, что о предательстве с их стороны и речи быть не могло — а если я и ошибался в этом вопросе, то против меня действовал некто столь могущественный, что и рыпаться нет смысла. Раз уж сумел обойти столь сложные ритуалы и древние чары…

С рыцарями смерти была аналогичная история, а вот все остальные — уже другое дело… Алтынай и Пете младшему я ничего говорить не стал по другой причине — одна слишком долго здесь пробыла и могла невольно себя выдать — при всем моем уважении к лицедейским талантам мары-метаморфа, до демонологов-шпионов ей было как до Луны пешком. А уж о Пете и говорить нечего… С другой же стороны — помощь Смолова мне была нужна, а рыцари смерти выступали как подстраховка. У них по лицу и поведению эмоций не прочтешь, да и в ауре они у них проявляются иначе, чем у живых… Не говоря уж о том, что эта парочка банально не волновалась — что им какой-то вшивый демонолог? Они только прибыли с войны, где их тысячи… Не говоря уж о миллионах демонов.

— Как тебе наш маленький спектакль, тварь? — с насмешкой поинтересовался я. — Убедительно наш уважаемый главный Старейшина устроил тут скандал и спровоцировал меня на применение Магии Души?

— Так вот зачем это было, — усмехнулся демонолог, всё увереннее преодолевая боль. — Что ж, спектакль вышел славный — не ожидал, что эта тупоголовая мара на подобную игру способна… Хотя нет, чего это я — наверняка эта идиотка не в курсе происходящего, верно? Ты уж извини, Алтынай, но ты всегда казалась мне слишком безмозглой, что бы ожидать от тебя подвоха. Ты даже не заметила, что я твоего любовничка-оборотня подменил на демона… Как тебе, кстати, спать три месяца с инкубом? Аррузигар говорил, что ты детишек с ним планировала… Ей-ей, дура набитая — мало того, что задницу низшему инкубу подставляла, так ещё и в храмах свечки ставила о том, что бы потомство завести! Вот умора!

— Ах ты! — вскочила мара.

— Сядь, Алтынай, — велел я. — Он тебя провоцирует, надеется, что ты сорвешься и нападешь. Если ты его сейчас убьёшь, сдохнет только телесная оболочка, а сам урод ускользнет.

— Да-да, садись обратно, покорная шавка, — расхохотался утвердившийся на коленях демонолог. — Аррузигар тоже говорил, что ты любишь, когда тобой командуют. Такая вся послушная су…

Разъяренная, красная от стыда и злости девушка издала яростное, гортанное рычание и вскинула руку, на которой мгновенно набухла здоровенная, в полметра диаметром сине-фиолетовая шаровая молния. Не дожидаясь моего приказа, сбоку от мары мгновенно появилась Алена и перехватила кисть девушки. Закованные в черный, холодный металл пальцы сомкнулись на коже Алтынай, и волна магии Смерти вихрем закрутилась вокруг обеих. Секунда — и шаровая молния оказалась окутана зеленоватым сиянием, что сдавило, не позволило сорваться боевому заклятию, заставляя детонировать внутри. Ни единой капли атакующей магии не вышло наружу, не потревожив покоя моих тонких чар.

— Алтынай, выйди, — велел я. — Не можешь держать себя в руках — уходи, не мешай мне.

— Да, господин, — рыкнула девушка. — Я пойду к себе.

Если отпустить её сейчас, девушка может наворотить делов, понял я. Поэтому, вздохнув, попросил:

— Хотя знаешь, лучше останься. Только держи себя в руках…

— Да-да, слушайся хозяина, тупая су…

— А ты захлопни пасть, — перевел я взгляд на