Тайны наследства первых в роду - Евгения Владимировна Потапова

— Вот так. Этот решил не подсматривать и не мешать ей, чухнул, когда ее бить в отключке начали. Только тогда прилетел и вытряхнул душу из этого, - хмыкнула бабка Неля.

— Как она?

— Жива, в больнице, в реанимации.

— У нас?

— А шут его знает. Надо днем глянуть. Я же не навигатор, для меня всё одно, появляюсь там, где надо, а на адреса не смотрю, — пожала плечами Неля.

— А то бы я к ней сходила, - задумчиво сказала Тина.

— Вот только Вика бы тебя не узнала. Тина чернявая, а ты рыжая, — хмыкнул Аббадон.

— Мне кажется, она поняла бы, кто это, — задумчиво сказала Тина. — Всё, валите, а то она просыпается, пошла ее убаюкивать, а то опять орать начнет, всех перебудит.

Аббадон с грохотом полез в тумбочку, утащив при этом с собой пакет с печеньем.

— Вот ты толстый троглодит, — проворчала Неля. — Оставил бы девчонке вкусняшки.

— Они не вкусные, какие-то соленые, — сказал кот. — Я спасаю ее от них.

— Вот ты даешь. Эх. Скучно что-то. Может Тимоху проведать? — задумчиво почесала за ухом Неля. — Фу ты, от тебя дурных манер набралась.

Она пихнула кота.

— Ну не задней же ногой чешешься, значит, пока все нормально, — хмыкнул он.

— Ну да, ну да.

— Не надо Тимохе мешать, пошли лучше по соседям пошарахаемся, может, чего вкусного у кого умыкнем, — предложил Аббадон.

— А вдруг он чего набедокурит, — нахмурилась Неля.

— Тогда тебя сигнализацией сразу туда вытянет, — беззаботно ответил кот. — Идем, я у соседей видел трехлитровую банку сгущенки.

— Ты уверен, что это сгущенка была?

— Я ее уже открывал. Вкусная, как при Советах.

— Эх, и чего мне ничего нельзя есть, — вздохнула старушка. — Давай лучше ночных дебоширов поищем. Как говорится, у меня свои лакомства.

— Да в соседнем доме мужик с прошлого года пьет и никак не просохнет, — задумчиво сказал Аббадон, жуя очередную печеньку.

— Идем к нему?

— Не знаю, у него жрать нечего, только пельмени слипшиеся в морозилке.

— Он один что ли живет?

— Да.

— Тогда так не интересно, — вздохнула Неля. — Тогда просто пошли гулять по соседям.

— Идем, может, чего нормального найдем, а не эти печеньки, — согласился Аббадон. — Надо посмотреть, почему зеркальный портал сломался, а то по шкафам с едой лазить неудобно, вещи пачкаются.

Они вошли в шкаф в коридоре и пропали.

Глава 68 Приемный день

Утром Валентина первым делом взяла в руки телефон, чтобы позвонить Тимофею и узнать, как у него всё прошло.

— Не звони, — рядом появилась бабка Неля. — Он полночи работал, теперь спит. Не беспокой его.

— Тогда напишу сообщение, как проснется, так сам перезвонит или ответит, — сказала Валя. — Хотелось бы узнать про ритуал.

— Всё нормально, не спрашивай.

— Почему?

— Потому что о таком не спрашивают, может не получиться.

— Сглазить боитесь?

— И такое может быть, — кивнула баба Неля. — К Тине пойдешь?

— Пойду.

— Еды ей нормальной принеси, а то у нее в тумбочке одни яблоки остались, — промурчал Аббадон, который занимал половину дивана. — Ты когда нормальную кровать себе закажешь? Ютимся на диване с тобой вдвоем, а иногда и втроем.

— Квартира большая, ты можешь спать где угодно. Хочешь, я тебе отдельную комнату сделаю? — спросила Валя.

— Зачем? Мне и с тобой нравится валяться.

Аббадон принялся вылизываться.

— Ясно, — хмыкнула она, вставая с постели.

Валя отправилась на кухню завтракать и собирать передачку для Тины и Вики. Она написала сообщение подруге, но та пока не ответила. Валентина решила, что передача лишней не будет. Положила в пакет, кроме еды, полотенце, кружку с ложкой и туалетную бумагу. Еще сунула новый хэбэшный халат и ночную рубашку из бабушкиных запасов. Сварила куриного бульона и налила его в баночку.

Только вот что нести Тине, Валя не знала, мало ли, с какими проблемами там девочка, вдруг аллергия какая вылезет на продукты.

— Аббадон, а что ей мама приносила в передачке? — спросила она кота.

— Да какие-то невкусные печенья и яблоки, еще суп. Какой суп, она не сказала.

— Что за печенья?

— Не знаю, пресные какие-то, я такие не люблю, - фыркнул он.

— Ага, не любит он, вон весь коридор в крошках. Домой их приволок доедать, — вмешалась бабка Неля. — Возьми ей водички, потом спросишь, что ей можно, а что нельзя.

— Хорошо.

Валя собралась и поехала по больницам. Решила сначала зайти к Вике, узнать, как она там. Пока ехала в автобусе, ей пришло сообщение от подруги.

— Валек, меня переводят в палату. Привези мне каких-нибудь шмоток и еды и бумагу. Я Витьке написала, но он с утра сдает зачеты.

— Я уже еду к тебе и везу то, что нужно.

— Тут можно зайти в палату, так что поднимайся ко мне. Я всё равно не в состоянии спуститься.

— Хорошо.

Виктория прислала ей номер палаты и этаж. Валя оставила вещи в гардеробе и направилась к подруге. Вика лежала на кровати бледная, как мел, только яркие синяки выделялись на ее лице.

— Как хорошо, что ты пришла, — обрадовалась она Вале, — Чего ты там мне принесла? Валек, я всё возмещу.

— Ты смеешься? Ничего не надо. Халат с ночной рубашкой из бабушкиных закромов, всё новое, у меня рука не поднялась выкинуть. Часть отвезла своей бабульке, а часть так и лежит в шкафах. Так что бери и не думай ни о чем.

— Как замечательно, а то мне выдали драную больничную рубашку, а халат не дали. Я хоть в свое переоденусь. Есть охота. Ты же мне еду принесла?

— Конечно, — кивнула Валя, — Бульон с курочкой.

— Ты же моя хорошая, моя спасительница.

— Своей охране скажи спасибо, это он о тебе позаботился.

— Ага, если бы вы не приехали, может, опять бы выпала в забытье и не очухалась больше никогда. Доктор сказал, что вы вовремя приехали, там какое-то сильнодействующее вещество было, от которого мозги спекаются. А так прокапали меня, и вроде