Фантастика 2025-184 - Олег Александрович Волков

— Вы из «Клинков» что ли? — спросил я.

Родная ЧВК здесь, в Крыму? Нет, все возможно, на самом деле. Правда, тогда это означает, что высадку организовало правительство. Ведь «Клинки» работают именно на него, контракты у корпораций они не берут принципиально, если только через посредников из тех же госструктур.

— Нет, брат, я теперь не с «Клинками».

— Так бросай пушку, блин, поговорим, объяснишься, что вы тут вообще делаете.

— У нас приказ, всех, кого встретим — валить. Так что не обессудь.

Он высунулся и снова выстрелил. Вот и поговорили. Это, конечно, пища для размышлений, но так, с маковую крошку. Твою ж мать.

Пули просвистели мимо меня. Я выстрелил в ответ, а потом решился и все-таки выхватил еще одну гранату. Что-то подсказывает мне, что если я выживу, то еще успею пополнить боезапас. Так что экономить не стоит.

Хлопнуло, и я рванулся вперед, перескочил через валяющийся в коридоре труп, ворвался в комнату, и тут же поймал грудью пулю. Вдарило сильно, сбило с шага, я споткнулся и кубарем полетел на пол. Но упал правильно, успев сгруппироваться, перекатился.

И увидел, как из-за перевернутого дивана высунулся боец. В шлеме, тактических очках. Его я не узнал, но отреагировал практически мгновенно, и дал очередь прямо через диван.

Множественные огнестрельные ранение грудной клетки. Повреждения внутренних органов. Мгновенная смерть.

Вы убили неучтенного элемента. Получено 500 опыта.

Оттолкнувшись от пола, я рывком поднялся на ноги, подскочил к бойцу. Наклонился и снял с него шлем, и тут же отшатнулся.

Да, это был Татарин. Точнее, Большой Татарин, звали парня Ильгизар, и он служил в другом отряде «Горлорезов». Вот уж я не ожидал, что я тут встречусь со знакомыми. Тупой ублюдок, мог ведь жить да жить, раз уж опознался. Но нет, не стал.

Меня накрыла злость. Я перезарядил магазин, снял затвор с задержки и двинулся в сторону лестницы. Боец наверху оставался всего один, и его надо было взять живым. Обязательно. Нужно выяснить, что эти ублюдки вообще делают на острове.

Лестница вела прямо на крышу, без чердака, там был небольшой «грибок» с дверью. И на этот раз действовать нужно было аккуратно. Модулирующее поле еще не успело перезарядиться после генерации призрачных двойников, но его действия хватило бы секунд на тридцать. Поэтому я, недолго думая, активировал его и двинул наверх, пригнувшись.

Боец повернулся. Шаги услышал? Черт знает.

Секунду спустя он вскинул автомат. Он меня видит. День солнечный, распогодилось, а с хорошей оптикой человека под модулирующим полем заметить можно. Нужно было действовать.

Я успел выстрелить первым, в плечо. Бронебойные пули буквально оторвали ему правую руку, брызнули искры. Это был протез.

Огнестрельные ранения правой руки. Отделение протеза. Нарушение подвижности конечности.

И тут же дал еще две очереди, уже по ногам.

Огнестрельные ранения ног. Повреждения протезов. Нарушение подвижности конечности.

Я двинул к нему, отключая модулирующее поле. Парня я держал под прицелом, а он лежал на рубероиде, хватая ртом воздух. Похоже, что приложился при падении. Ну да, ему ведь все равно, что обе ноги подрубили.

— Я тебе не враг, — сказал я. — Мне нужно свалить с острова. Просто расскажи, что случилось, кто вы.

Боец левой рукой выхватил пистолет из кобуры. У него их было два. Амбидекстр что ли? Хотя это неудивительно, теперь ведь руки через деку работают, и пользоваться научиться обеими можно.

— Стой, сука, стой! — крикнул я, но парень вдруг приставил пистолет к голове и нажал на спуск.

Грохнуло, и он опрокинул на рубероид крыши, заливая ее кровью. Все, гости с большой земли кончились. И не осталось никого, кто прояснил бы, что тут вообще происходит.

***

Я спустился вниз, выбрался через тот же самый пролом. Меня встретили остальные, они уже успели перебраться через мост. Единственным раненым оказался Джек — пуля прошла впритирку с боком, и рвач как раз оказывал ему помощь. Хорошо хоть не пришлось уговаривать.

— Твою ж мать, Хантер, — выдохнула Леся, увидев меня. — Ты выглядишь так, будто тебя автобус переехал.

Я дотронулся пальцами до раны на голове. Она все еще была липкой, но кровь остановилось. Обработать надо. Закончу с собакой, и рвач мной займется.

— Живой, и на том спасибо.

Остальные, правда, моего настроя не разделяли. Шугар так вообще трясло от адреналина. Она выглядела все хуже.

— И все-таки кто они? — чуть ли не стуча зубами, спросила она.

— Без понятия, — ответил я. — Но они не местные. Тяжелое вооружение, экзоскелеты, броневик — это явно не участники шоу и не бандиты.

— Значит, либо военные, либо кто-то из частников, — кивнул Горин на ближайший труп. — Частники.

— Причем, русские, — проговорил я. — Я знал одного из них.

Все замерли.

— Что? — нахмурился Нано.

— Парень, служил со мной в «Клинках».

Леся присвистнула.

— Ты хочешь сказать, что сюда высадили вашу ЧВК?

— Нет. Он сказал, что уже не с «Клинками».

Повисло молчание. Все понимали, что это значит.

— У нас проблемы, — подвел итог Горин.

— У нас они давно, — ответил я. — Но теперь стало еще хуже.

— Что теперь? — спросила Рина, обводя взглядом заваленное телами пространство.

— Нано, посмотри броневик, может быть, получится обойти защиту и завести его. Я пока пополню боезапас, на них хорошая экипировка. Вы тоже себе возьмите что-нибудь, — я ухмыльнулся. — Только немного.

Отклика моя шутка не нашла.

Глава 15

Здесь было много зелени: березы, осины, но особенно часто встречались тополя. И поэтому практически все дороги оказались буквально усеяны тополиным пухом. Почему их так много? Специально сажали наверное.

Ветер лениво гнал пух вдоль пустых фасадов. Кое-где окна были выбиты. Пару раз нам встречались обгоревшие дома, а местами они вообще были обрушены. Наверное, следы прилета НАТОвских дронов или бомб. А ведь город бомбили, были способы запускать авиационные бомбы издалека, не входя в радиус действия нашего ПВО. Город давно умер. Здесь не было живых. Только руины. Только эхо давно прошедшей войны.

«Гепард» катился по асфальту, потрескавшемуся от времени и невысокой травы, проросшей сквозь покрытие. Массивные колеса без труда преодолевали мелкие завалы хрустели битым стеклом. В кабине пахло маслом и металлом. Мы не стали включать кондиционер, поэтому в машине было достаточно жарко. Но