"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

Что ж, тогда это будет весело! — сказал я, и на мне появился серый комбинезон с берцами. В руках плазменный пистолет, а за спиной рюкзак с усилителем. — Начнем охоту!

Глава 12

Предсознание

В чем сложность манипуляций с сознанием? А то, что оно состоит из нескольких уровней. Все оказалось куда проще и одновременно сложнее, чем принято думать в классической психологии. Наверняка, ученые прошлого века, продали бы душу, чтобы заиметь такую помощницу, как у меня. Именно благодаря ей я узнал, что есть три уровня психики: предсознание, подсознание и бессознательное. Вообще сейчас не хочется вдаваться в эти научные бредни, но сейчас мы находились на самом первом.

— Н-да… И как нам тут ориентироваться? — вздохнул я, оглядываясь в пустоте предсознания.

— Секунду, — Лора исчезла, и пространство вокруг стало немного светлеть, как если бы кто-то начал медленно добавлять яркости лампочке. И так, пока черное не сменилось белым.

Затем появилось маленькое искрящееся кольцо. Оно постепенно увеличилось в размере, и из него вылезла Лора.

— Ну что, погнали! — задорно махнула она рукой. — Кажется, у нас куча дел.

Пройдя через «портальное» кольцо, мы с Лорой оказались на поле с протекающей поперек речкой. На берегу сидела девочка в белом платье. За ней появились столы с едой, торт, куча народу и детей в праздничных колпаках. Над тортом стояла арка с огромными буквами: «Свете пять лет!».

— Тот же уровень, не переживай, — пояснила Лора.

— Эй, Света, ты чего тут сидишь? Пошли! — подбежал к ней черноволосый мальчик. — Там торт режут!

Мы с Лорой находились в отдалении от праздника и решили подойти поближе.

— Нас не увидят. Все же это воспоминания. Как видео, только с артефактами, — пояснила она. — Но это касается здорового мозга. С проклятьем я пока не понимаю…

В полной уверенности, что мы невидимые, мы пошли через толпу к маленькой Свете, которую продолжал донимать черноволосый мальчик.

— О! Надо же, семья Кузнецовых пожаловала! — раздался приятный женский голос сзади.

Мы с Лорой замерли от неожиданности. Хотя оставалось ощущение, что это не к нам, но все же обернулись.

Перед нами стояла почти не изменившаяся Кутузова Марфа Андреевна. Только одета чуть попроще, да и выглядела она не как строгая учительница, а как женщина-ромашка. Улыбается.

— З-здравствуйте, Марфа… Андреевна, — я аккуратно взял ее протянутую руку и поцеловал.

— Витя, ну что ты, в самом деле? К чему такой официоз? — хихикнула она и посмотрела на Лору. — Мариночка, а где же ваш сынок, Миша?

Лора немного зависла, но оглядевшись, все же выкрутилась.

— Заболел, сидит дома, простите. Решили не заражать других ребят…

— Ой, тогда вам лучше к Михаилу Павловичу. Он у нас хорошо лечит все подряд… Ну вы знаете, — она наклонилась и подмигнула.

Мимо нас пробежала маленькая Света в компании черноволосого паренька, и я узнал в нем Фанерова Женю.

Присмотревшись к детям, я стал улавливать в них черты ребят из института. А большинство взрослых или преподаватели, или, скорее всего, близкими Светы.

Вон два мальчика, похожие на Диму Бердышева и Арнольда, бегали за воздушным змеем, которого запустила неизвестная мне девочка. У стола крутилась маленькая Маша. За ней ходил по пятам ее отец.

Нахимов сидел за столом, а рядом с ним девушка, похожая на взрослую Свету, но с другими глазами пепельно-серыми волосами.

— Мама Светы? — прошептала Лора.

— Это ты меня спрашиваешь? — удивился я. — Объясни, почему тут половина ребят из института и преподаватели?

— Сейчас она старается видеть то, что ей больше приятно, чтобы отвлечься от ощущения, что ее пожирают изнутри, — пояснила Лора. — Сам же знаешь, во снах можно делать все, что угодно. Но только в своих.

— Это то и пугает, — вздохнул я, следуя за девочкой.

Пока все выглядело безобидно… И как бы это сказать — по-простому. Не могут аристократы отмечать ТАК день рождение. Зная и Кутузова, и Нахимова, это должно быть что-то грандиозное, а не простая вечеринка на поляне.

— Это представление Светы о лучшем празднике, — пояснила Лора. — Не воспринимай все, что ты видишь, за чистую монету. Это ее сознание, и оно довольно запутанно.

Все дети собрались чуть поодаль от столиков взрослых, и завели хоровод. Интересно и то, что к некоторым были привязаны воздушные змеи, которые, практически не подчинялись законам физики, и кружили словно орлы над добычей. Мы подошли ближе.

— Заметила? — шепнул я Лоре. — Воздушные змеи только у незнакомых детей.

— Да… И что-то мне это не нравится.

Сейчас до меня дошло, что пропали вообще все звуки. Ветер, шум травы, даже толпа за спиной. Мы находились с Лорой как будто в вакууме. Только чуть-чуть шуршали воздушные змеи.

И тут дети запели:

Раз, два, три, четыре, пять.

Надо вам быстрей бежать.

Шесть, семь. восемь, девять, десять.

Он вас хочет всех зарезать.

Интересная считалочка, ничего не скажешь. Хотя вряд ли именно ее распевали на реальном дне рождения.

— Надо сваливать… — шепнула Лора.

Хоровод детей остановился. Знакомые под странный смех разбежались в стороны, а дети с воздушными змеями повернулись к нам.

— Кто сказал, что вы можете уйти с праздника? — хором проговорили дети, вышагивая ровной шеренгой к нам.

Воздушные змеи над их головами замерли и повернулись в нашу сторону.

— А где моя одежда? — удивился я, поняв, что комбинезон, в котором я заходил в кольцо, пропал, и сейчас на мне обычный костюм.

Глупый вопрос. Сам себя за него потом отругаю.

Что-то мне подсказывало, надо бить по этим воздушным змеям.

— Лора, оружие, — я протянул руку, и она вложила мне настоящий пулемет.

Без лишних разговоров я нажал на спусковой крючок, и турель раскрутилась, выпуская бесчисленное количество пуль.

Как только первый змей оторвался от ребенка, остальные пришли в движение.

Дети начали неестественно двигаться, выгибаясь словно у них не было костей.

— Это оно? — крикнул я, стараясь разглядеть хоть что-то похожее на чудище.

— Ага! — ответило оружие. Лора решила не мелочиться, и сама стала пулеметом.

Я начал заливать огнем это бесформенное нечто, которое уже не было похоже ни на детей, ни на воздушные змеи. Оно больше напоминало неудачные пластилиновые поделки, которые решили соединить в одну форму.

Ну и еще эта