Фантастика 2026-152 - Николай Дмитриевич Соболев

Теперь можно было рассмотреть пришлецов более подробно. Одеты они были хорошо, но явно не для леса. То ли лесной одежды у них просто не было, то ли просто мерзли без теплых пуховиков. Оружие было незнакомое. У вылезшего на причал хохла – помповый дробовик, у тех, что остались в лодке - что-то посерьезнее, может даже, нарезное.

Бородулин выдержал паузу, давая гостям осмотреться. Минуты через две решил, что достаточно.

- Пришли говорить – говорите, нет – валите нахрен на ридну нэньку.

- Какой ты шустрый! – опять ответил хохол. Нет, чтобы в дом пригласить, накормить-напоить, в бане выпарить. Где ж твое хваленое москальское гостеприимство?

- Незваный гость хуже татарина. Я незнакомых людей в дом не зову.

- Так давай познакомимся.

Хохол пошел было вперед, протягивая руку. Андрей вновь вскинул винтовку:

- Стой где стоишь! Говори: кто такие, откуда пришли, что надо.

Пришлый остановился, но теперь он был всего в пятнадцати метрах.

- Так вот охотились мы и попали непонятно куда. Людей ищем, дорогу.

Хохол сбавил тон, но позади него в лодке началось шевеление. Один из оставшихся в ней людей привязал лодку к чугунной утке на дебаркадере, другой положил винтовку на край причала и напрягся, явно готовясь к прыжку.

- Охотники вы, как же! А скажи-ка ты мне, какого числа сезон на утку открывается? Хорош врать, говори начистоту!

- Ладно, ладно.

Хохол примирительно выставил перед собой левую ладонь, поскольку правая сжимала приклад дробовика, и сделал еще пару шагов, загородив собою лодку. В эту же секунду еще один из гостей перекатом метнулся из лодки на причал. Заметив движение, Бородулин пальнул от бедра в сторону пришельцев. На причале раздался короткий вскрик: видимо, кому-то прилетело. Кому, он не увидел, потому что тут же отшатнулся за угол. И очень вовремя: грохнули сразу три выстрела. Одна из пуль смачно чавкнула, впившись в зауголок у самой головы. Чуть промедлил бы – и все, привет. Андрей наугад пальнул из дробовика еще раз, выставив ствол из-за угла. Тут же он отскочил на два шага назад и, схватив ППШ, присел. Почти сразу из-за угла выкатился тот самый шустрик. Наверное, из какого-нибудь спецназа, уж больно он быстро да ловко перемещался, но автоматная очередь в упор его остановила. Сверху грохнул винтовочный выстрел. За углом раздался стон и следом звук падения тела. Андрей, ободренный огневой поддержкой, дал короткую очередь вдоль стены и рискнул выглянуть. Старший налетчик лежал на дебаркадере и явно не подавал признаков жизни. Бойкий переговорщик отсутствовал. Видимо, сбежал за угол.

- Хохол вокруг дома рванул! Крикнула сверху Изольда.

- Добавь своему в голову! – крикнул Бородулин, проконтролировал своего шустрика и, стараясь двигаться бесшумно, отошел к задней стороне дома. Еще один выстрел Изольды. Это значит, главарь гарантированно готов. Было тихо. Понятно, если пришелец рискнет бежать в лес, его сверху подстрелит Изольда. Значит, он где-то здесь. Но как понять, где? Придется напрячь мозги, чтобы их не вышибло картечью. Зеркала нет, ствол высовывать – можно оружия лишиться… Под ногой перекатился камень. А что, это идея! Присев, он на долю секунды выставил руку у самой земли и кистевым движением метнул камень за угол вдоль стены. Послышался удар во что-то мягкое. Не раздумывая дольше, Андрей полоснул очередью вслед за камнем и, услышав крик, выскочил за угол. Переговорщик лежал на боку, зажимая обеими руками рану на животе. Сквозь пальцы на жухлую траву сочилась кровь. Такие раны и в условиях стационара лечатся тяжело. А здесь, почти без медицинской помощи – гарантированный труп.

Бородулин толкнул налетчика носком ботинка.

- Рассказывай теперь, кто такие, откуда пришли, что было нужно. Честно все скажешь – врача приведу.

На лице раненого гримаса боли вдруг сменилась выражением смертельной ненависти.

- Иди к черту, москаль! Всех, всех вас порешим, суки!

- Что, героям сала? Ну как знаешь, - пожал плечами Бородулин. И совершенно хладнокровно, сам удивляясь этому своему спокойствию, выстрелил бандеровцу в голову.

- Изольда, ты покойников не боишься? – крикнул он, подходя к двери дома. Девушка вышла на веранду, оглядела поле битвы, поморщилась.

- Раньше за мной такого не водилось.

- Тогда, будь добра, обыщи этих троих, вдруг что ценное найдется. Тот, которого пристрелила – твой законный трофей, с него что понравится, можешь себе брать. А я съезжу к пароходу, успокою народ. Появятся поляки – объясни им ситуацию, пусть хоронят трупы. Одежда уходит тем, кто будет закапывать.

Неожиданно девушка отстранилась, прищурившись, оглядела Бородулина с ног до головы.

- А ты крут, начальник, - произнесла она с уважением в голосе. И чуть слышно, с ноткой мечтательности, добавила:

- Жаль, что ты не согласился.

Глава 30

Бородулин сидел на табурете, ощущая себя провинившимся школьником, а собравшиеся вокруг мужики ему строго выговаривали, корили и ставили на вид, разбирая очевидные и неочевидные ошибки, а он вяло отбивался. Конечно, он не должен был соваться в перестрелку, должен был взять с собой больше людей, а в идеале вообще поселиться в операторской, отлучаясь только на обед и по естественным надобностям. Действительно, получилось не очень хорошо, но где взять столько народу, чтобы сразу все успеть! Да и людей, в принципе умеющих обращаться с оружием, сущий мизер от общего числа населения крепости. Приехали-то из Озерного еще далеко не все, а угроза – она была прямо тут, непосредственная и внезапная. Да, был риск, была серьезная опасность. Но ведь кончилось все хорошо! Теперь у них есть целая, без единой дырочки, дюралька с мотором, ремингтоновская помпа, два карабина: чешского производства клон «маузера-98» и дореволюционный австрийский «манлихер», а еще чешский пистолет CZ-1938 и куча всякого мелкого барахла. Правда, информации так никакой и не получили. Единственная зацепка: Папасатырос с чувством глубокого удовлетворения опознал ту троицу, которая заявилась в греческий поселок. Ну и стало окончательно ясно, что замашки у албанцев вполне себе бандитские. Сам Бородулин уже сделал для себя выводы из последней заварушки, но, тем не менее, огребал от подчиненных по полной. Особо усердствовал Михайленко:

- Андрей Владимирович, вы могли оставить на пароходе сержанта с пулеметом. Против троих человек в лодке этого бы хватило. И черт с ними с трофеями, люди дороже.

- Согласен, Станислав Наумович. Но выйти на переговоры все равно бы пришлось.

- Да.