Фантастика 2026-17 - Максим Мамаев

Я провел с ней несколько часов. Алёна плакала, жалась ко мне и рассказывала, какие ужасы творились с ней и её разумом во время преобразования. Если говорить коротко — она практически потеряла себя, и хоть как-то не пропасть ей помогала как раз наша связь душ. А затем, когда она пробудилась, активировались чары Императора Мертвых, создающие искусственную сущность — а так ничего не берется из пустоты, в пищей для создания нового разума была сама Алена, вернее её личность и разум. И она, собравшись с силами, в последний момент перехватила контроль на несколько секунд — и попросила, как смогла, помощи. Я это понял, как просьбу поделиться Силой Души — и, собственно, поделился.

И тем самым сделал лучшее, что мог — дал девушке силы обратить эту магию вспять, а затем выжечь каленым железом любые его остатки и то плетение в её ауре, которое отвечало за эти чары.

— Если хочешь, я принесу тебе новую, более мощную клятву, которая точно сможет меня удержать, — предложила она, когда успокоилась. — Я не собираюсь покидать тебя. Здесь, рядом с тобой, все мои друзья — Андрей, Петьки, старший и младший, Даша, Леся, Леша и ещё много кто, с кем мне хорошо. Здесь мой дом, и если для того, что бы здесь остаться, мне нужно будет принести какую-то жалкую клятву…

— Не нужно, — погладил я всё ещё находящуюся в моих объятиях девушку. — Я тебе доверяю. Ты помнишь, о чем я тебя просил?

— Присмотреть за нашими Родовыми Землями и в особенности за Николаевском в твоё отсутствие, — подняла она от моей рубахи лицо. — Я сделаю это. Ох… прости, я в очередной раз со своими истериками к тебе лезу. Рубаху вон испортила…

Её слезы были мощным некротическим ядом, и рубаху, непростую, между прочим, а зачарованную, они истрепали знатно — теперь только выкидывать. Девушка мягким движением вынырнула из моих объятий, оглядела себя и смущенно пробормотала:

— Ещё и голая, как дура, обжиматься полезла…

— Да бог с тобой, Алена, — успокоил её я. — И на рубаху плевать. Главное — ты, наконец, окончательно свободна от любых возможных попыток циньских некромантов вновь подчинить тебя. И свободна от любого возможного влияния Императора Мертвых! А уж как сил прибавилось — не описать.

— Да, сил действительно стало очень много, — согласилась девушка. Вместо иллюзорного платья её окружила сгустившаяся тьма, облегавшая её подобно шелку. Взглянув на стоящие неподалеку свои доспехи одежду, она покачала головой:

— Этот мне больше не подходит, слишком слаб. Аристарх, а у тебя сохранились трофейные доспехи, в которых Император Мертвых сражался?

— Да, — кивнул я. — Только там такая запутанная система чар, что мне понадобятся годы, что бы хотя бы отчасти разобраться в нем.

— Мне не понадобятся, — улыбнулась она. — Я прекрасно знаю, как они действуют и как ими управлять. И я клянусь тебе именем Великой Тьмы, что стала мне матерью, что буду верно служить тебе до самого конца или пока ты не пожелаешь изгнать меня, избавив от клятвы.

К моему изумлению Тьма мгновенно откликнулась, признавая её клятву. А ведь обычно столь абстрактным силам клятвы не приносят — они почти никогда не откликаются. Приходится призывать в свидетели Богов и приносить изрядные жертвоприношения… Насколько же изменилась и возвысилась природа девушки, что сама Тьма откликается по первому её слову? И почему меня в последнее время окружает столько темных, выбивающихся из рамок обыденности? Сперва Благословленный, теперь вот она…

— Это было вовсе необязательно, — сказал я. — Я ощущаю тебя по нашей связи и верю тебе.

— Эта связь двусторонняя, Аристарх, — лукаво улыбнулась она. — И я вижу, как много раз ты обжигался, доверяясь кому-то и не взяв гарантий выполнения обещанного… Естественно, ты не можешь мне полностью доверять после всего сегодня увиденного и всех моих изменений. Поэтому я принесла клятву — для меня она ничего не меняет, я ведь и так собираюсь остаться здесь. А тебе будет спокойнее — так чего б не принести? Ладно… Значит, кровосос может со своими шавками напасть на наш город? Я буду ждать этого с нетерпением!

Мы вернулись обратно в город — Алёна просто без особых усилий перенесла нас с помощью магии Тьмы — и я отдал ей доспехи и оружие её погибшего собрата, в котором прежде сидел сам Император Мертвых. Она положила маленькую ладошку на громаду прочнейшей зачарованной стали, и та, подобно жидкости, перетекла на неё, образовав несколько иной по форме и внешнему виду доспех, подстроившись под её габариты. На нагруднике, наплечниках и на развевающемся, взявшемся неизвестно откуда черном, сотканном будто из самой овеществленной Тьмы плаще красовался мой герб — семь молний, пронзающие круг. Каждая из молний была обозначена своим цветом и шли в порядке возрастания — от Синей до Черной. Последнюю её пришлось покрыть серебристой окантовкой, что бы она не затерялась на черноте плаща…

А затем настал черед исцеляться и приводить себя в порядок. Эликсир Полного Восстановления Сущности и Зеленые Молнии в огромном количестве — и через четыре часа страданий я был, наконец, полностью здоров. А затем я вдоволь выспался, пока готовили всё к прибытию на намечающийся бал у его высокопревосходительства Павла Александровича.

Застыв на носу Змея, я напрягся, сплетая тугим узлом могущественные чары. Пространство пошло рябью, задрожало, пытаясь противостоять моей магии, но затем всё же треснуло и обернулось огромным порталом, пылающим по краям фиолетовым пламенем.

— Ну что, судари и сударыни — вперед, навстречу судьбе! — широко улыбнулся я, оглядываясь на стоящих позади меня друзей.

Глава 13

«Змей» медленно, словно бы с опаской двинулся вперед, в марево портала — и я четко ощущал, как сильно нервничают члены экипажа. Высшая магия, портальный переход, была для них чем-то неизведанным… И, как и всё неизведанное, пугающим до одури. А ну как они туда сунутся, а портал схлопнется, оставив их неведомо где на верную гибель? Но деваться служивым было некуда, да и тот факт, что создатель портала, то бишь я, отправляется вместе с ними, немного успокаивал их и примирял с происходящим. Ведь если сам создавший эту фиговину чародей спокойно отправляется с ними, значит, он уверен,