Фантастика 2026-47 - Алексей Анатольевич Евтушенко

Минуты или две скачки, и мы остановились возле крестьянской телеги. Мужик грубо стащил меня с лошади и толкнул вперёд. Крестьянин уже опустил борт, открывая узкую щель двойного дна.

С грязной руганью меня в четыре руки засунули в эту щель. Сопротивляться двум бугаям было бессмысленно, но пышные юбки долго не поддавались, но и они уступили грубой силе. Похитивший меня мужик расположился рядом. Борт поднялся, закрывая второе дно. В шею упёрлось холодное лезвие.

- Лежи тихо! Пикнешь - прирежу!

От мужика несло потом, пивным перегаром и гнилыми зубами. Я завозилась, пытаясь отстраниться от источника вони. Нож сразу же прижался плотнее.

- Я что сказал?

Пришлось замереть и смириться, стараясь дышать ртом и, вообще, через раз. Телега пришла в движение. Колёса нещадно скрипели, скрывая возможные звуки из второго дна. Все камни и неровности на дороги сразу отзывались в теле. Через какое-то время телега остановилась. Нож незамедлительно вернулся к шее, требуя не чудить.

- Кто-нибудь догонял? Кого-нибудь встречал?

Требовательный голос де Графа глухо донёсся через поклажу телеги и доски дна.

- Нет, господин, никого не было, - крестьянин отвечал подобострастно, но уверенно. Так, что даже я ему поверила.

- Вот, везу овощи в город продать, господин, - продолжал лебезить он.

- Проверь, - короткий приказ. На телеге закопошились, перебирая мешки. Крестьянин не соврал, и ничего подозрительней репы или что там у него, не вёз. Ещё бы! К похищению основательно подготовились, чтобы проколоться на такой ерунде. Ещё несколько неразборчивых команд, и стук копыт удалился. Мужик рядом со мной облегчённо выдохнул и ослабил давление на нож.

В тесном тёмном и душном пространстве я быстро потеряла счёт времени. И, когда телега прибыла на место назначения, даже примерно не предполагала. как далеко находимся от места нападения. Похитители не стали возиться с вытаскиванием платья из узкого ящика второго дна и просто сняли несколько досок сверху. Не дав времени оглядеться, не церемонясь, затолкали в одноэтажный бревенчатый домик. Внутри на грубых полатях сидело пятеро. Кто-то обрабатывал свежие раны, кто-то, уже перевязанный, точил и правил оружие. Мужик, что ехал со мной в телеге, обвёл их хмурым взглядом.

- Это всё?

- Да, командир, - ответил один из серьёзно раненых. - Остальные там остались. Этот пёс больше десятка положил!

- Значит, наша доля стала больше, - нервно хохотнул другой, сидящий на полатях напротив.

- Отставить! - рявкнул командир и повернулся к юркому парнишке. Кажется, он тут единственный, если не считать самого похитителя, кто не получил ранений. - Шило! Бегом к заказчику, скажи, что товар у нас. А вы, - он снова обвёл взглядом остальных, - чтобы без шуточек. И головой отвечаете!

Командир толкнул меня вглубь домика, на дальнюю свободную лежанку, покрытую шкурами. Я забралась на неё и, забившись в угол, обхватила колени руками. Командир ещё раз одарил всех суровым взглядом, обещающим кару любому, кто ослушается, и вышел.

- И вот ради этого столько хороших людей полегло? - один из разбойников неприязненно посмотрел на меня. И, пусть он говорил про своих товарищей, мне на ум пришли погибшие гвардейцы, ни в чём не повинный кучер и Эрик. Он, давая мне шанс уйти, только зря погиб. Хотелось реветь в голос, но я настойчиво и привычно загоняла эмоции внутрь. незачем посторонним знать и видеть, что у меня на душе. Так легче всем. Вернее, спокойнее.

- Все знали, на что шли, когда соглашались на эту работу, - меланхолично ответил другой, с силой проводя правилом по клинку. Раздался противный скрежет.

- Хватит этот огрызок терзать! - не выдержал резкого звука его сосед. - Брось его, потом нормальный меч купишь. Сможешь позволить.

- Вот, когда заплатят, тогда и куплю, - всё также меланхолично ответил разбойник, продолжая терзать чужие уши. - А пока оружие всегда должно быть готово.

А с оружием и обмундированием у них проблемы. Хоть вооружены все, но качество явно не лучшее. Неудивительно, что потеряли столько людей, сражаясь, по факту всего с двумя - два гвардейца погибли в самом начале, ничего не успев сделать. Одеты разбойники тоже кто во что горазд, основной защитой используя стёганые куртки. У некоторых кроме неё и штанов больше ничего не было.

- Если вам нужны деньги, - я воспользовалась подходящим моментом и паузой в разговоре, - то предлагаю втрое больше.

- А что не сразу вдесятеро? - насмешливо спросили из другого угла.

- Не думаю, что вам предложили больше трёхсот на всех.

- На тысячу, значит, намекаешь. А есть ли у тебя столько? Или ждать попросишь, пока цацки не продашь?

- Найдётся и без продажи, - я уверенно ответила. Примерно столько сейчас находится в казне. Империя, называется. Свободных денег едва хватит на пару-тройку месяцев оплаты отряду наёмников. У эрлов месячный доход и то больше!

- Слышь, Лютый, - подал голос один из раненых, что лежал на полатях. - Мож, правда, того. Ну, отпустить? Лишняя сотня не помешает.

- А ну, молчать! - рявкнул Лютый. - Вы наёмники или сброд подзаборный? Взялись за дело - выполняйте! Кто ещё с вами свяжется, если вас перекупить можно?

- А ты, - он повернулся и направил меч на меня, - заткнись. Ещё одно слово про деньги, кляп в рот засуну!

Ворча на несправедливость, похитители демонстративно вернулись к прерванным на время разговора занятиям. Я молча сидела в своём углу и, видимо, задремала, так как когда снова осознанно посмотрела на разбойников, они уже азартно играли в кости. Во времени я окончательно потерялась.

В избушку уверенно зашёл высокий маор в сопровождении двух вооружённых людей. С первого взгляда видно, что эти люди - более опытные бойцы, чем мои похитители.

Вслед за ними вошёл командир наёмников и указал рукой на меня, будто до этого девушку в бальном платье среди грязных мужиков можно было не заметить. Маор кивнул, по-хозяйски прошёл мимо почтительно замерших наёмников и, не церемонясь, взял меня за подбородок. Второй рукой поднёс к лицу яркую лампу и долго всматривался куда-то сквозь меня расфокусированным взглядом. Я в это время рассматривала его лицо, всё равно держал крепко, и ни на что другое смотреть не могла. Узкие раскосые глаза казались почти чёрными. Плоское лицо с носом-пуговкой пересекал шрам. Не совсем свежий, но и не старый. Причёска, как таковая отсутствовала, волосы просто подстрижены до средней длины, закрывая уши и распадаясь по пробору.

- Она, - налюбовавшись,