Фантастика 2026-116 - Андрей Андреевич Красников

— без разницы, главное — возможность поесть по-человечески, вымыться, выспаться, а после — вспомнить, что жизнь состоит не только из удовлетворения этих простейших потребностей, но еще и из множества приятных мелочей. Таких, например, как вино, танцы и прекрасные девушки.

Особенно — девушки.

Милые застенчивые барышни, уверенные в своем очаровании красотки, раскованные чаровницы-актрисы, такие разные, но с любой из них словно крылья вырастают. Все же совсем разное это дело — чувствовать себя мужчиной в кровавой схватке или в жарких объятиях.

Эта зима обещала быть не такой, как прошлые. Сложной, интересной и даже, пожалуй, захватывающей. Не то чтобы раньше Нико не заключал пари на внимание прелестных барышень, но первая же встреча с младшей виконтессой фор Циррент показала, что легко он победу не добудет. Быстрый штурм вполне очевидно не принесет ничего, кроме насмешек, а насмешек над собой Никодес фор Виттенц крайне не любил. Осада же… Залог успешной осады — правильная тактика, и как раз тактику Нико подобрать не мог. Ему не помешал бы шпион в стане врага, но такового не было и не предвиделось. От мысли расспросить словно невзначай тетушку Дастина ди Ланцэ Нико отказался почти с ужасом, представив, насколько быстро и в каких пикантных деталях та сообщит о его интересе всем своим родственницам и приятельницам.

В театр Нико отправился, чтобы отвлечься. Известно же, стоит выкинуть из головы не дающуюся задачу и переключиться на что-нибудь другое, как решение придет само. А где еще переключиться с одной девицы на другую, как не в театре? Здесь вам и барышни в зале, и артисточки, и строй цветочниц у входа…

К тому, что среди прочих барышень в зале обнаружится Джегейль фор Циррент, Нико оказался не готов. Хотя, если подумать, с чего б ей там не быть? «Буду считать, что повезло: на стрелка и зверь бежит», — сказал себе Никодес фор Виттенц. К счастью, он явился, когда спектакль уже начался, и мог, пристроившись в отдалении, незаметно понаблюдать за объектом своего интереса.

В отличие от большинства дам в зале, Джегейль больше интересовалась спектаклем, чем осмотром публики. Впрочем, неудивительно: театр девушке наверняка в новинку, а из присутствующих зрителей она почти никого не знает, что ей за интерес их осматривать? Время от времени она склонялась к своей тетке и что-то шептала ей на ухо. Нико попытался подобраться ближе, но на него шикнули:

— Не заслоняйте, юноша!

«Все равно ее шепот здесь не услышать», — утешил себя Нико, прислонившись к стене поодаль. Пожалуй, стоило сосредоточиться на представлении, а в антракте подойти, засвидетельствовать почтение старшей виконтессе и спросить у младшей, как ей нравится спектакль. А там слово за слово…

Едва вникнув в сюжет, Нико решил, что ему крайне повезло — спектакль был как на заказ, для разговора с барышней на выданье лучше и не придумаешь. Скромный, но благородный отец, потерянная и чудесно найденная дочь, старый сосед с молодым наследником, планы отцов соединить детей узами брака, тайный соперник с одной стороны и тайная соперница с другой. Правда, на взгляд Нико, скромница-дочка по всем статьям, кроме приданого, проигрывала роковой красотке, и ее кавалер невольно показывал это: с назначенной отцом невестой он вел себя до приторности куртуазно, а злодейка-соперница вызывала в нем искреннюю страсть, которую он хотел бы скрыть, да не всегда получалось. Так что, если переложить сюжет на правду жизни, парень женится на приданом, по-быстрому сделает наследника и спокойно закрутит роман на стороне. Вот только барышням такого лучше не говорить, это вдребезги разбивает их романтические мечтания. Спроси любую в этом зале, каждая ведь уверена, что герой по-настоящему влюблен в скромницу-соседку, а та, другая, обманом вскружила ему голову.

А роковая красотка и впрямь недурна. Нужно будет найти случай познакомиться поближе…

Роковая красотка слилась в страстном поцелуе с героем, хитро подгадав, чтобы поцелуй увидела скромница, и на этом объявили антракт. Нико посторонился, пропуская мимо кружок сплетниц, и ловко вывернулся перед старшей виконтессой фор Циррент.

— Ох, прошу простить, я был неловок. Ах, что за встреча. Счастлив приветствовать, — склониться перед старшей, перевести взгляд на младшую. — Право, моя неловкость сегодня играет на меня. Рад видеть вас снова, виконтесса.

Первая мысль, вспыхнувшая в голове у Жени при виде Нико фор Виттенца, была простой и ясной: «Подстава!»

Правда, покосившись на тетушку, Женя усомнилась: та смотрела на молодого человека с веселым, но совершенно не наигранным удивлением, как будто желая сказать: «Вот так встреча!»

Женя подавила тяжелый вздох: она, конечно, шла в театр отвлечься и развлечься, но занимательные беседы с пытающимися ее охмурить господами офицерами предпочла бы отложить на другой день.

— Я полагала, что боевой офицер не бывает неловок, особенно если он воевал в горах. Вряд ли паркет коварней горных троп, господин фор Виттенц.

Потупился виновато:

— Зато ваш упрек, виконтесса, ранит сильнее вражеских пуль.

— Слышите, тетушка, я, оказывается, ужасней вражеских стрелков, — Женя ехидно ухмыльнулась, — да вы умеете польстить девушке, господин фор Виттенц.

Бравый офицер отчетливо покраснел. «Ну-ну, продолжай в том же духе, и я решу, что тетушка не зря обещала мне веселье», — злобно подумала Женя. Вот к чему, спрашивается, якобы случайное столкновение, натужные комплименты? Просто подойти и поздороваться, как человеку, религия не позволяет? Обязательно нужно показать девушке, что держишь ее за круглую дуру?

— Знаете, господин фор Виттенц, вы сейчас очень напоминаете героя этого спектакля, — Женя указала глазами на «сцену», где как раз меняли декорации.

— И я готова поспорить, что это не комплимент, — чуть слышно прошелестела тетушка.

— Это констатация факта, дорогая тетя, — мило улыбнулась Женя.

— Молодой человек, окажите любезность, принесите мне стакан воды, — тетушка, святая женщина, одной просьбой спасла обоих — бравого горного стрелка от затянувшегося ступора, а Женю от острого желания сказать еще какую-нибудь гадость. Правда, едва Никодес фор Виттенц скрылся в толпе, выяснилось, что заботилась тетушка Гелли только о собственном любопытстве. С улыбкой усевшись и указав Жене на место с собой рядом, она спросила: — Но признайся, деточка, это все же не был комплимент!

— Конечно, нет, — фыркнула Женя. — Сомневаюсь, правда, что господин фор Виттенц это понял. По-моему, стандартная логика господ офицеров исключает саму возможность того, что их ухаживания могут не понравиться даме.

— Ты сегодня злая, — тетушка тихонько рассмеялась. — Тебе не нравится спектакль?

Женя пожала плечами:

— Почему, он познавательный. И даже с интригой. То есть, я пытаюсь надеяться, что эта бледная романтичная моль окажется не такой круглой дурой, как ее показывают, и дело все же не