Фантастика 2026-92 - Роман Валерьевич Злотников

жесткой травой, что даже продавить ее было нелегко. К тому же Серый на посадке ударил лодку о незаметный камень, да так неудачно, что погнул штангу, на которой держался один из антигравитационных блинов.

Обследовав лодку, он мрачно оповестил:

— Штангу мы выправим, это несложно, но вот что делать с топливом? В глубину Водного мира, подальше от этих, — он мотнул в сторону переправы пауков, — мы уйдем, но до озера дойти не сможем.

— А сигнальные ракеты у тебя есть? — спросил Рост.

— Без них теперь никто не летает, — отозвался Изыльметьев. — Только от этого не легче, наших-то поблизости не видно.

— Ис’кт бу-дт, — уверенно отозвалась Мириам, и на этом дискуссии окончились.

Штангу они поправили лишь к вечеру, хотя и торопились изо всех сил, опасаясь, что пауки заметили, где антиграв плюхнулся на землю, и могут выслать команду, чтобы добить его экипаж. К счастью, комши не появились. Лодку удалось поднять и отойти от реки еще километров на сорок-пятьдесят, а потом Изыльметьев снова стал говорить о посадке.

— Дальше невозможно, нога отвалится. Если рухнем — костей не соберем, я на трех блинах летать не умею, это только Киму и Бахметьевой по плечу.

Выбрали небольшой островок на реке, но он так зарос невысоким камышом, что оценить его было трудно, и Изыльметьев стал опасаться, что под зеленью вода. Рост его успокоил, ему показалось, что тут вполне твердая почва. Так и вышло, сели они надежно, и ходить по островку можно было без опаски, не проваливаясь даже каблуками.

Вот только комаров оказалось очень много. А сидеть тут предстояло, вероятно, долго, потому что и ракет было не больше десятка, и летателей или других признаков того, что сюда хоть кто-нибудь заглянет, не наблюдалось. Для охоты у них имелось стрелковое оружие, однако охотиться было не на кого, поэтому принялись рыбачить. Одно было хорошо, вода вокруг них была хоть и темноватой на цвет, но вполне здоровой, отлично профильтрованной всей окружаю шей растительностью.

Они просидели на этом месте остаток дня, ночь, потом еще день… И Мириам стала падать духом. Глядя на нее, и Изыльметьев, словно заразившись, приуныл. Пришлось рассказывать им про «Медузу», благо эту историю Ростик только что докладывал начальству, только тогда это получилось для иллюстрации его мнений, а сейчас его рассказ словно бы объяснял их положение.

И лишь на третью ночь, когда они уже и подголадывать начали, потому что ни один из трех успешным рыболовом не оказался, в воздухе вдруг раздался гул большого крейсера. Первой услышала его Мириам, вскочила, выдернула из вещмешка Изыльметьева ракету и запулила ее по такой дурацкой траектории, что определить место их нахождения неизвестному пилоту было почти невозможно.

Рост отобрал у нее следующую ракету, которую она собиралась пальнуть вслед за первой, и прислушался. Звук крейсера куда-то уплыл, потом появился поблизости, и тогда Рост попробовал осветить их антиграв и возможную площадку по соседству, чтобы эта машина не оказалась в воде и чтобы их самих не раздавили при посадке.

Крейсер покрутился в темноте над ними еще немного, потом режим его работы сменился, он сбрасывал мощность котлов. Сел он, впрочем, далековато, чуть не в полукилометре от их машины, Мириам рванула было к спасителям, но Рост прикрикнул на нее:

— Назад! Заблудишься, потом ищи тебя… Запомни, экипаж всегда остается рядом с машиной и держится вместе.

И потому лишь через полчаса они услышали шелест раздвигаемой или сминаемой травы и хлюпанье влажной почвы под ногами. Рост на всякий случай за это время раз двадцать, наверное, выстрелил из своего пистолета вверх, но ответных выстрелов так и не дождался, видимо, ребята, которые за ними прилетели, считали, что поддержать их, потерпевших аварию, не нужно.

— Эгей! — закричал Изыльметьев, когда понял, что спасители уже близко.

Все прислушались. И Рост с удивительным чувством облегчения и радости услышал родной голос:

— Ну, не знаю, спасать ли вас, лопухов, или бросить на съедение комарам, так ведь и им, наверное, вы лакомством не показались?

Это был Ким. С ним, разумеется, вышагивало с полдюжины бакумуров, отлично ориентирующихся в темноте.

— Ким, — закричал Рост, — ты бы все-таки нас спас, а мы бы тебе спасибо сказали.

Ким вышел из темноты, чем-то неуловимым он казался похожим на тех же бакумуров, что топали с ним. И вдруг голос у него просел:

— Рост, Квадратный с Гулливером погибли. Говорят, что двары на опушке решили было пропустить пауков, но он что-то такое с ними сделал, что… Если бы не наш старшина, драки у леса не получилось бы. Но он при этом погиб.

Ким дошел до Роста и крохотного костерка, который давал больше дыма, чем света, постоял немного и стянул с головы шлем.

А Ростик и не знал, что ответить. Просто смотрел на старого друга, но радости от того, что их нашли, теперь у него не было.

— А ведь там погибло, наверное, тысяч пятьдесят пауков, — сказал он наконец.

— Наши считают, что более семидесяти тысяч, и то… — Ким махнул рукой, в которой был зажат его истертый полетный шлем, и отвернулся.

— Тела нашли? — спросил Ростик деревянными губами.

— На это и надежды нет. Двары утащили его к себе, как одного из вождей. — Он помолчал. — Квадратный словно растворился в лесу. — Снова помолчал. — Оба они… И теперь — навечно.

21

Пауки оказались очень смышлеными, даже слишком. Они ломились вперед так, словно на том конце пути у них находилось решение всех проблем — и нынешних, с человечеством, и будущих.

Они проходили уже третью реку, и непохоже, чтобы у них возникали трудности с древесиной — цепочка пауков, выстроенная от леса, в котором погиб Квадратный, действовала бесперебойно. Взамен отравленных или просто разбитых пушками плотов они регулярно, с неимоверным упорством поставляли новый материал, причем настолько обильно, что сплавлялись без затруднений. Рост обратил на это внимание, как и многие другие летчики и стрелки, занятые попыткой их сдержать, но толку от этого было чуть — это наблюдение так и не привело ни к какому совершенствованию тактики.

Крейсер Кима висел над паучьей армией уже почти месяц. Дрались отчаянно, вот только постоянно чего-то недоставало — или машин, или бомб, которые регулярно, но все-таки в недостаточном количестве поставлял Бабурин, или патронов для пушек, которыми почти два десятка крейсеров обстреливали пауков на переправах. Хотя следовало бы признать, что по-настоящему не хватало пилотов. Ведь были же где-то у Боловска крейсеры, или на кораблях под Одессой, и все же… Да, именно пилотов оказалось меньше,