Становление Патриарха - Сергей Александрович Малышонок

— О!.. Ну… — послушно смутилась красотка. — Это не имеет отношения к вопросу! — быстро оправилась она, вновь переходя в наступление.

— Но ведь я уже ответил: ты очень красива и мне нравишься.

— Докажи! — излучая очень сладкую и играющую на нервах смесь из мандража, страха, стыда, желания и Бездна пойми чего ещё, потребовала Эндаэль, потянувшись ко мне.

— О, хе-хе, — всё-таки не удержалась Линвэль, — смотри, Айви, кажется, кто-то хочет превратить наше трио в квартет! — явно забывшая о подругах волшебница, услышав голос лучницы, чуть на месте не подпрыгнула. И явно протрезвела, если не полностью, то точно существенно.

— Ой…

— Пф, как будто это не было очевидно и раньше, — с выражением умудрённого жизнью взрослого, что взирает на мелкие неурядицы малыша, пожала плечами плутовка. Вот только, вопреки интонации, тут же спрятала моську в кружке за очередным глотком. Да и смущением от неё «пахло» достаточно сильным.

— Йа-а-а… — запаниковала золотая эльфийка.

— Ну а что? Фобос — парень симпатичный, всё понятно… — продолжала веселиться Линвэль. — К тому же сильный, героический, благородный… А что он умеет делать в постели? М-м-м! Такого ещё пойди найди! Да и помним мы, как ты на него пялилась, когда он без сознания голышом лежал!

— Это… просто… я… я ничего… — окончательно запаниковала мисс Наэлграта.

— Не плакай-не плакай! — лунная эльфийка подскочила к ней со спины и, положив голову ей на плечо, игриво скользнула ладошками по бокам вперёд и вверх. — Смотри, какое у тебя есть «ничего»! Очень-очень ничего, увесистое такое, Фобосу понравится! — и принялась поигрывать с грудью волшебницы, приподнимая и стискивая ту. Несмотря на то, что на Энди была рубашка, причём плотная, а под ней и нижнее бельё, зрелище получилось очень… интригующим, да, интригующим. Как и интимный шёпот одной красотки в ушко другой, совмещённый с игривым покусыванием означенного ушка: — Я не шучу — он у нас обожает такие вещи, и ты ему давно нравишься…

— И вот после этого «коварный злодей» здесь я… — считаю должным напомнить о своём существовании, заодно вставая с места и двигаясь к прекрасным эльфийкам.

— Разумеется, — «нанесла предательский удар в спину» Айвел, — иначе ты бы сейчас не наслаждался таким видом, — «обличительная речь» не помешала ей аккуратно перенести уснувшую фею подальше от места, что, очевидно, в ближайшее время станет оплотом разврата.

Так что, пока полуэльфийка размещала пьяную фейку, я подобрался ближе к златокудрой красавице и, поймав её испуганный и до крайности смущённый взгляд, нагнулся и поцеловал чародейку.

Первые секунды Энди продолжала паниковать, не зная, что и как делать, но «провокации» от Лин вместе с лёгким прикусыванием её сладких губ уже в моём исполнении делали своё дело, и девушка постепенно переплавляла испуг и смущение в возбуждение. Ну и пыталась ответить на мой поцелуй, да ещё и при этом обнять, что очень быстро привело к покиданию стула.

Вскоре по телу вставшей солнечной эльфийки шарили не только руки Лин, но и мои, время от времени переплетаясь с пальчиками последней. Тот факт, что знания о поцелуях у Эндаэль если и есть, то только теоретические, стал очевиден сразу, и моя «эльфийская комбинация» явно вводила её в предобморочное состояние, но та неловкость, которую она изливала в эмоциях, с лихвой компенсировала отсутствие умений у её язычка и погружала меня в глубины незамутнённого удовольствия… Всё более пикантного по мере того, как я нащупывал и ослаблял завязочки её облачения, приближаясь к возможности огладить запретные области уже без всяких преград.

Тем временем Айви уложила фамильяра подруги и теперь жаждала присоединиться к начинающемуся веселью, что вылилось в появление уже на моём теле шаловливых ладошек, чьи ловкие пальчики активно принялись избавлять меня от ремня и расшнуровывать уже мою рубашку.

— Ух… я… я не верю… — учащённо дыша, пробормотала Энди, когда я отпустил её губки на свободу, чтобы та как раз могла вздохнуть.

— Тогда я должен тебя убедить, да? — шепчу в её ушко и, опустившись ниже, начинаю покрывать изящную шейку поцелуями, попутно стягивая с девушки одежду.

— У… у-ух… — когда мои губы коснулись бархатистой кожи, она вздрогнула, вот только вместо испуга оттого, что некий вампир протягивает клыки к её шейке, я ощутил сладкую дрожь предвкушения, а уровень возбуждения волшебницы резко подскочил.

Внимательно вслушиваясь в чувства нашей невинной жертвы, я чутко подстраивался под все её реакции, уверенно двигаясь в самом верном и беспроигрышном направлении с точки зрения доставления девушке удовольствия. В какой-то момент Айвел умудрилась меня полностью раздеть, прижавшись сзади и вовсю стимулируя моё мужское естество нежными ладошками. Сам я сместился на место Лин за спиной Эндаэль, медленно выписывая губами и языком узоры на её спинке, в то время как подушечки моих пальцев невесомо порхали по коже солнечной эльфийки, то подразнивая вершинки её аккуратных холмиков, то лаская плоский животик, а то и забираясь в самое сокровенное местечко, с каждый разом всё глубже и настойчивее исследуя его секреты. Линвэль же, сбросив одежду, нашла себя в коварных провокациях по отношению ко всем остальным, то пристраиваясь к Айвел, чтобы помочь растереть изнывающие от желание нижние губки, то переключаясь на меня в помощь низкорослой подруге, а то и присаживаясь перед Энди, чтобы провокационно начать чмокать ту в опасной близости от самого нежного участка, но не переходя грань и каждый раз в самый последний момент переключаясь то на коленочку золотой эльфийки, то на пупок, а то и к острому ушку поднимаясь, не забыв пощекотать ноготками мягкую аппетитную попку волшебницы.

Бедная книжная девочка попискивала, шептала что-то панически-бессвязное, тяжело дышала и закусывала губки, всё больше и больше погружаясь в омут неконтролируемой похоти, толком даже не осознав, что я говорю, когда я предложил перебраться в кровать.

И хотя Айви с Лин контролировали себя куда лучше и идею восприняли с большим энтузиазмом, «перебирание» заняло довольно много времени — нельзя ведь так просто взять и перебраться, когда тебе просто жизненно необходимо огладить попку прекрасной лучницы, вновь поцеловать губки не менее прекрасной чародейки или взвесить в руке небольшие, но очень гармоничные холмики плутовки, совершенно не уступающей в прекрасности своим подругам? Так что это был долгий и трудный путь. Очень трудный. Но награда того стоила. Распалённая волшебница была уложена на перину, а Айвел и Линвэль подперли подругу с боков, будто бы не давая сбежать, но на деле только ещё сильнее распаляя меня воистину горячим зрелищем. А уж как запылала щёчками Энди, когда эти хулиганки развели её ножки, каждая придерживая со своей стороны и каждая же «протянув руку помощи» к источающей предвкушающий нектар щёлочке…

— Ничего не бойся, — шепнул я ей, нависнув сверху. И, коротко поцеловав розовые губки, спустился лицом ниже, погружаясь между двух прелестных близняшек, что действительно были и крупнее, и увесистее, чем у Лин.

— Мх-х-х… —