Еретичка, ставшая святой: Две жизни Жанны д’Арк - Ольга Игоревна Тогоева

невозможна, поскольку ее оригинал не сохранился: впервые текст был опубликован в 1661 г. Дени Годфруа, который не уточнил, какой именно рукописью он пользовался[1990]. Данное обстоятельство не позволяет судить о том, на каких иных источниках основывался анонимный автор хроники[1991]. Единственное, что не вызывает никаких сомнений: данное сочинение, как и окончательная версия «Дневника осады», было создано уже после процесса по реабилитации Жанны[1992].

Столь же сложной представляется датировка еще одного источника по истории французской героини, созданного в Орлеане, – «Хроники 8 мая», в подробностях описывающей возникновение традиции отмечать ежегодно дату снятия английской осады с города. Сохранилась она всего в двух манускриптах: уже упоминавшихся выше Ms. 891 из Библиотеки Ватикана, который содержит также текст «Дневника осады Орлеана» и датируется самым концом XV в., и Fr. F. IV. 86 из РНБ, представляющем практически полную копию ватиканской рукописи, но созданном, по всей видимости, уже в середине XVI в. Однако нам неизвестно, являлись ли эти манускрипты (или один из них) оригиналами, или же они основывались на каком-то более раннем прототипе[1993]. Ж. Кишра полагал, что автором «Хроники» стал очевидец событий, описавший установление праздника 8 мая по памяти[1994]. Р. Буше де Моландон высказывал предположение, что данный текст дополнял рассказ «Дневника осады» и, таким образом, был создан позднее этого последнего[1995].

Кроме явных отсылок к сочинению Пьера Судана, «Хроника 8 мая» демонстрирует текстологическую близость с еще одним произведением, созданным во второй половине XV – начале XVI в. в Орлеане, – с «Мистерией об осаде Орлеана», единственная рукопись которой хранится ныне в Библиотеке Ватикана (Reg. Lat. 1022). Исследователи всегда расходились во мнениях относительно времени создания данного кодекса. С точки зрения его первых издателей Ф. Гессара и Э. де Сертена, рукопись следовало датировать не позднее 1470 г.[1996] Ж. Кишра, ссылаясь на почерк (готический курсив), относил ее к началу XVI в.[1997] О. Вале де Виривиль, основываясь на анализе водяных знаков, указывал на конец XV – начало XVI в. Того же мнения придерживалась и автор «академического» издания «Мистерии» Вики Хэмблин[1998]. Повторное исследование различных типов водяных знаков в рукописи, предпринятое мной в Библиотеке Ватикана, позволяет датировать ее еще более точно – периодом с 1516 по 1520 г.[1999]

Это, однако, не означает, что сама «Мистерия» была создана лишь в начале XVI в. Напротив, расходные городские книги указывают, что первоначальный текст существовал уже в 30-е гг. XV в.: согласно этим записям, в 1435 и 1439 гг. на праздник 8 мая в Орлеане ставилась «некая мистерия», центральным эпизодом которой – как и в «Мистерии об осаде Орлеана» – была сцена взятия крепости Турель, имевшего место 7 мая 1429 г.[2000] Упоминание в тексте Жиля де Ре в качестве одного из действующих лиц также свидетельствует о том, что какой-то вариант данного произведения существовал до 1440 г., когда бретонский барон был обвинен в занятиях колдовством и многочисленных убийствах и казнен, а его имя – вычеркнуто из истории. Наконец, в тексте фигурировал Жан Бастард Орлеанский – сводный брат Карла, герцога Орлеанского, получивший титул графа Дюнуа только 14 июля 1439 г.

Вместе с тем именно как граф Дюнуа (сир Дюнуа, монсеньор Дюнуа) Жан выступал в предпосланном основной части мистерии весьма обширном прологе, действие которого заканчивалось прибытием англичан под стены Орлеана и началом осады. Упоминание нового титула Бастарда Орлеанского указывает, что пролог был написан позднее основного текста – возможно, уже во второй половине XV в.[2001] О том же свидетельствуют и явные заимствования из «Хроники 8 мая»[2002].

Иными словами, разрозненные части «Мистерии», существовавшие в Орлеане с середины 30-х гг. XV в., возможно, достаточно долгое время оставались в виде отдельных тетрадей (livrets), которые лишь в начале XVI в. были сведены в единый текст и переписаны, судя по почерку, одним и тем же человеком. Нам известно лишь, что данный кодекс – как и Ms. 891, включавший в себя «Хронику 8 мая» и «Дневник осады Орлеана», – практически до конца XVI в. хранился в библиотеке аббатства Флери (Сен-Бенуа-сюр-Луар), недалеко от Орлеана. В 1587 г. (по другим данным – в 1562 г.[2003]) монастырь подвергся разграблению со стороны местных протестантов, и книги спас Пьер Даниэль, магистрат Флери, у которого они оставались вплоть до его смерти в 1612 г. До 1656–1657 гг. часть коллекции находилась во владении уже упоминавшегося выше Поля Пето, уроженца Орлеана и советника Парижского парламента. Именно его сын, Александр Пето (также советник Парижского парламента), продал некоторые книги и рукописи, касающиеся личности и деяний Жанны д’Арк, королеве Кристине Шведской[2004].

Единственным произведением, посвященным Деве и также происходящим из Орлеана, датировка которого не вызывает сомнений, является «Компиляция о миссии, победах и пленении Жанны Девы». Она была написана по заказу Людовика XII (1498–1515) и адмирала де Гравиля и представляла собой краткое изложение истории французской героини. Список, дошедший до нас в Ms. 518 из Библиотеки Орлеана и включающий также текст французской «минуты» допросов девушки в 1431 г., был создан около 1500 г.[2005]

Именно это сочинение завершало свод орлеанских текстов, посвященных Жанне д’Арк и появившихся в один и тот же небольшой промежуток времени – во второй половине XV – середине XVI в. Данное обстоятельство было всегда хорошо известно историкам, отмечавшим определенный рост интереса к личности Девы в Орлеане именно в этот период. Тем не менее до сих пор, насколько известно, данные тексты никогда не анализировались комплексно, т. е. не делалась попытка понять, с чем именно был связан подобный интерес к французской героине.

Главным отличительным свойством всех этих произведений было то, что все они были посвящены непосредственно Жанне д’Арк. Кроме того, все они создавались уже после процесса по ее реабилитации, что в большой степени определило особенности трактовки в них ее личности. Прежде всего, в отличие от прочих французских сочинений данного периода, для описания истории Девы здесь практически не использовался героический дискурс: вместо уподобления девушки разнообразным героиням Античности и разработки темы мужественной virago все свои силы орлеанские авторы приложили к решению проблемы возможной святости Жанны д’Арк.

Вот почему одним из центральных в их сочинениях стал сюжет о чудесном путешествии, предпринятом Девой из Вокулёра в Шинон на встречу с дофином. Первые упоминания этого события появились уже в письмах, отправленных из Франции различным иностранным государям весной–летом 1429 г. К ним относились прежде всего послание Персеваля де Буленвилье миланскому герцогу Филлипо Мария Висконти от 21 июня 1429 г., письмо Алена Шартье неизвестному государю, датируемое июлем 1429 г., и сообщение анонимного рыцаря-иоаннита, посланное главе его ордена в Иерусалим[2006]. Письма эти представляли собой пропагандистские сочинения, направленные на то, чтобы убедить симпатизирующих французскому дофину правителей в том, что странная