Ученик - Кирилл Сергеевич Довыдовский

Н-да, не сильно понятно, если честно.

— Они разумны? — спросил я. — Красочные?

Тут Ефим посмотрел с такой немного горькой усмешкой.

— Ответ на этот вопрос, — сказал он, — ищут уже тысячу лет. И до сих пор, как мне кажется, даже не приблизились к разгадке. Есть множество доводов и за одно, и за другое. И лично я знаю только одно…

Он вдруг замолчал, прислушиваясь к лесу. Прошло секунд десять…

Да блин! Во что за таинственные паузы, а?

— Что ты знаешь? — не вытерпел я. — Ефим!

Только тогда он перевел взгляд на меня.

— Что, когда небо красит в цвет, клювом лучше не щелкать, — сказал он. — Либо сразу беги, либо доставай винтовку из чулана. Там каждая секунда на счету… — он вздохнул и быстро сказал. — Ладно, пойдем. Нам дальше еще.

Мы прошли мимо еще нескольких мест, где Бекелевские пытались устраивать стоянки. Это было видно и по дырам в земле и по валяющимся в кустах обломкам конструкций.

Потом забрались чуть выше по склону. И оттуда я сразу заметил необычный блеск…

— Ефим! — указал я туда.

— Да, это оно, — кивнул он.

Мы подошли ближе к островку скал, выступающих из земли посреди склона. И вблизи видно стало еще лучше. На камне проступали ярко-зеленые чуть мерцающие прожилки.

— Это…

— Окрашенный металл, — кивнул Ефим. — Я тут последний раз года полтора назад был, наверное. Тогда жилок меньше было. Пойдем дальше.

Всего через минут пять мы набрели на еще один подобный островок.

— Это новый, — заметил Слуга, хмуро разглядывая зеленоватые полоски на камне. — И вот видишь сколы?.. Пробы брали.

Ну и за следующий полчаса стало ясно, что практически вся эта гора представляет из себя скопление во таких вот выходящих на поверхность жил.

— А степень окраски? — спросил я.

— От двадцати процентов, — ответил Ефим. — Средняя была двадцать один с половиной, когда проверяли тринадцать лет назад.

— Тринадцать…

То есть, почти сразу после моего рождения. А значит…

— Стоп, а о каких вообще запасах идет речь⁈

— Разумеется, Мишка, — ответил Ефим. — Окрашенный Металл себя не так, как обычный ведет. Жилы могут двигаться, сами выходить на поверхность в очень короткие сроки. Сначала-то понятно не было, но когда изыскание произвели… Скажем так. Большие запасы. Больше чем на Генезисе минимум в два раза.

И вот тут я впервые понял масштаб того, о чем шла речь.

Генезис — звездная система, принадлежавшая императору. И на одноименной планете единственной в исследованном космосе добывали Окрашенный Металл со степенью Окраски в пятнадцать процентов.

И именно из этого металла чеканили единственную в своем роде Императорскую Монету. Ну или если более просто — патнадцатипроцентовик. И если десятипроцентовик стоил дороже пятипроцентовика раз в десять. То пятнадцатипроцентовик уже раз в двадцать пять…

А еще Генезис был системой, на которую постоянно нападали Красочные. При том, что он находился в глубине имперских территорий. И это был совершенно не свойственно для Красочных. Обычно во время Нашествий они вели себя очень скрупулезно. Шли от системы к системе. И в какой-то степени это даже помогало во время обороны. Позволяло держать большую часть сил в окраинных мирах.

Планеты, на которых добывали Окрашенный Металл, в этом плане были исключением. И в первую очередь Генезис.

Но это, разумеется, все равно окупалось.

Речь шла даже не о миллионных. О миллиардных прибылях.

А тут еще и двадцатипроцентный металл…

— Собственная Монета, — проговорил я сам себе.

— Да, — кивнул Ефим. — Во только если начать добычу, то с огромной вероятностью…

— Лира станет мишенью… Семерка!

Последнее я выдохнул, когда у меня в голове все вдруг окончательно сложилось.

Из-за этого дед с отцом и решили все-таки зачищать ее от Красочных. Лира и так-то была фронтиром. А если бы началась добыча, то Красочные с Семерки полезли бы прямо к нам. И…

— Император тоже знает⁈ — выдохнул я.

Но вот тут Ефим все-таки покачал головой в ответ.

— Вряд ли. Тогда бы нас тут уже не было, — сказал он. — А вот Бекелев… Бекелев явно знает. Вот только на что он надеется — неясно. Сожрут его в случае чего самого первого.

Глава 39

В чаще

Пусть ситуация прояснилась, проще она от этого не стала.

С одной стороны — наличие невероятного источника богатства. Возможность для рода Звездных не просто возродиться. А занять даже более высокое место, чем было раньше.

И с другой стороны — лакомый кусок, за который может развернуться такая битва, какой Лира еще не видела.

Означало ли это, что я вообще рассматривал вариант, чтобы отступиться? И, к примеру, отправиться куда в другую систему?

Разумеется, нет!

Бекелев, Служба Доставки… Да и сам император рано или поздно! Без меня Лиру просто разорвут на части!

Позволить это?

Еще чего! Это мой народ! И я буду его защищать!

Ну а про Металл и говорить глупо. Он тем более принадлежит Звездным весь до последней прожилки! И пусть только попробуют его забрать!

Да, придется, конечно, голову поломать. И повертеться между молотом и наковальней. Но в итоге я получу ресурсы, с помощью которых смогу возродить гвардию, возродить флот…

И не просто возродить, а сделать их куда могущественней!

Настолько, что уже никто не осмелится соваться к нам. Ну а потом… император получит свое. И он, и остальные, кто навредил Звездным. Это уже будет без участия флота. Смысл устраивать войну со всей Звездной Империей? Нет, я поступлю куда умнее. Зачатки плана у меня уже есть. Да, все это будет не быстро, но я никуда и не тороплюсь.

Флот мне понадобится для другого.

Во-первых, как символ возрождения Звездных. Дубинка, благодаря которой с родом станут считаться все.

Во-вторых, Семерка. Очистить ее. Завершить дело отца и деда. И может быть не только Семерку, но и другие захваченные Красочными планеты… Если вспомнить то, о чем говорил директор Аркума, столкновение с ними в любом случае неизбежно. Ну а для Звездных это будет не только возрождение репутации, но и источник новых ресурсов и влияния!

Все эти мысли пролетели в голове за секунду. В общем-то, план у меня уже был сформирован. Просто сейчас он принимал кое-какие корректировки.

Что скажешь, Старик?

А что ты сам чувствуешь? — отозвался он. Я чувствовал, что он внимательно следил за моими рассуждениями. — Ты стал куда лучше понимать свой Путь.

Вот да. Если прислушаться к ощущениям, то…

Красочные?

Дорога еще не приняла свой вид окончательно,