Опустошение. Автобиография гитариста Lamb of God Марка Мортона - Марк Мортон

а потом всю оставшуюся жизнь пытаются с лихвой это компенсировать, желая сделать все для того, чтобы публика их заметила. Как и ожидалось, Брайан был готов оказаться в центре внимания. Пел он куда лучше, чем Райан, и не так мультяшно, но все равно было над чем работать. Он кричал, пытаясь попасть в тональность, нежели просто петь. Но, даже если бы Брайан стал нашим вокалистом, кто хочет видеть группу с фронтменом-барабанщиком? Невозможно руководить шоу, находясь где-то в глубине сцены. Фил Коллинз и Стивен Тайлер начинали с барабанов в группах Genesis и Aerosmith, но им хватило ума забросить барабаны и взять в руки микрофонную стойку. Они нашли того, кто будет играть на барабанах вместо них. Брайан был хорошим барабанщиком. Гораздо ценнее для нашей группы было то, что он держал ритм, а не кричал в микрофон.

Что же касается меня, я не хотел становиться вокалистом. Меня ужасало уже то, что я выступаю перед публикой. Я бы все равно этого не сделал. Голос у меня совершенно не запоминающийся; максимум, на что я способен – это спеть бэк-вокал, и даже это, одновременно играя на гитаре, делаю с трудом. Так что троих попробовали, остался один.

Из всех нас басист Ланс обладал лучшими качествами потенциального фронтмена. Выглядел он хорошо, был харизматичным и с отличным чувством юмора – кем-то средним между Бо Дьюком из сериала «Придурки из Хазарда» и Джеффом Спиколи из фильма «Веселые времена в школе Риджмонт». Ланс всегда круто одевался и был популярен среди девчонок. У него даже была «Камаро[10]»! Но все, кто попробовал свои силы – и спасибо, что даже сам Ланс – знали, что не имеют абсолютно никакого слуха. Нужно было искать вокалиста за пределами группы.

Мы прослушали нескольких друзей, которые приходили к нам на репетицию и тусовались, но они оказались еще хуже. Одно дело – представить себя вокалистом рок-группы: широкая стойка, длинные волосы развеваются на ветру, вытягиваешь руки, когда берешь высокие ноты и исполняешь мелодии. И совершенно другое – выйти и спеть. Мы наблюдали, как несколько наших друзей-воображал, строящих из себя рок-звезд, в итоге лажали и сдавались. Один за другим они вставали за микрофон лишь для того, чтобы сразу же сникнуть, как только слышали свои атональные завывания, раздававшиеся из раздолбанных порталов. После этого провального эксперимента остался еще один кандидат.

Крис Марроу был в нашей школе новичком. Он переехал из соседнего города Ньюпорт-Ньюс. Крис был настоящей пятнадцатилетней рок-звездой. Выглядел и одевался как Ники Сикс из Mötley Crüe, только с ярко-блондинистыми волосами. Каждая девушка в школе хотела, чтобы он обратил на нее внимание, а парни хотели с ним либо дружить, либо побить его.

Школа Лафайета была маленькой, и единомышленники держались вместе. Криса потянуло к нашему кругу общения металхэдов, панков, скейтеров и маргиналов. Познакомившись с Крисом, я сразу же стал работать над тем, чтобы он пришел к нам в группу.

– Мы играем круто! Если ты станешь нашим фронтменом, мы будем лучшей группой в городе! – сказал я ему. Я в это верил. И не важно, что в лучшем случае в городе было от силы четыре группы.

– Чувак, я басист, – ответил Крис. – Я не уверен, что вообще умею петь.

– Да это даже не важно. Разберешься. Будет круто!

Крис был непоколебим. Он хотел сколотить группу, где смог бы именно играть на басу. В этом была проблема. Меньше всего нам нужна была группа-конкурент с лучшей школьной рок-звездой в составе.

Я продолжал его донимать. Как-то раз за обеденным столом мы с Райаном показывали наше последнее музыкальное достижение: мой четырехдорожечный магнитофон, который я использовал для записи репетиций нашей группы. Я даже научился устанавливать микрофоны, чтобы передать хорошее качество аудиозаписей. Я понятия не имел, что занимаюсь простейшей версией звукорежиссуры. Просто хотел послушать собственную группу.

Axis недавно выучили песню Cinderella «Somebody Save Me», третий сингл с их дебютного альбома, Night Songs, который был тогда популярен. Кто-то принес в школу за наш столик небольшой кассетный плеер Panasonic, и все мы слушали музыку. Стараясь не показывать виду и чрезмерной радости, я предложил заценить запись нашей самой последней репетиции. Мы с Райаном с гордостью наблюдали, как наши друзья слушали мою запись впечатляюще исполненной инструментальной версии.

– Cinderella? Кто принес? – спросил Крис, сидя от нас в нескольких стульях, лишь наполовину обратив внимание.

– Это не Cinderella! Это мы! Это Axis! – похвастался я, резко улыбнувшись Райану, который уже ухмылялся мне.

– Это ваша группа на кассете?

– Да, черт возьми! Нам только вокалиста не хватает!

Крис сдался:

– Ладно, ладно! Я попробую. Черт, вы, парни, отлично звучите!

Он был прав. Звучали мы действительно круто. Нам не хватало только фронтмена, и мы были уверены, что Крис – тот, кто нам подходит. Он показал себя на неделе и был тут же принят в группу.

Несмотря на его неопределенность, Крис был весьма классным певцом. В среднем диапазоне у него был мощный и хриплый рык, напоминавший Яна Эстбери из группы The Cult. Он мог брать высокие ноты и неплохо понимал, что такое высота и контроль. Диапазон у него был немного ограничен: иногда на верхнем регистре он начинал пищать и срываться. Но в таких случаях мы просто закрывали на это глаза. Он прикладывал большие усилия и серьезно относился к своей роли вокалиста Axis. Как только он присоединился к нашей группе, все его сомнения и нерешительность рассеялись. Крис был так же предан своему делу, как и мы. Но он еще и выглядел круто, будто из музыкального клипа. У него была взъерошенная длинная шевелюра, топики с самыми классными группами, рваные джинсы и небрежные белые высокие кроссовки Reebok.

Нам было до него далеко, поэтому пришлось поработать над образом, когда мы готовились к нашему первому большому шоу в «Стоквуд». Предстояла битва местных групп, и мы планировали быть среди участников. Но для начала нас должны были выбрать. «Стоквуд» проходил в старшей школе Брутон в соседнем округе Йорк. Его уникальность заключалась в том, что участие мог принять человек абсолютно любого возраста. Большинством участников были рок- и метал-группы со всего региона, очень здорово разнясь в возрасте. Десятиклассники в своих первых группах проходили прослушивание вместе с опытными выходными гаражными группами, состоящими из мамочек и папочек, которым было за 30 и 40 лет. Местные музыканты-любители воспринимали «Стоквуд» всерьез, и победа в конкурсе была за честь. Победитель, избранный судебной коллегией, устанавливался исходя из звучания, исполнения и реакции публики.