Женская лирика - Елена Генриховна Гуро

class="v">Срывала тихо, рукою зрячей,

Свивая скорбно венок-молитву, венок-могилу,

Вплетая тесно с стеблями лилий

Свою свободу, своё незнание.

Ты не знала кому – гость незнаемый,

Не ждала никого – гость нежданный

Пришёл ввечеру, когда в венке полевом

Села ты за холмом,

Рукой заслонясь от пламени неба.

Тянулась вдаль задумчивым оком.

И кто-то тихо тебя коснулся,

Плеча коснулся.

И, обернувшись, ты увидала…

Не давно ль он стоял здесь невидимый?

Не звучала ли речь неслышная?

Милостиво в очи вечерние тебе глянул,

Скорбь умиленную в сердце пролил —

«Путь к тебе знаю я ныне,

Я приду опять…»

Так ли было о вечере алом, когда ничего

        не случилось

И беззаботной толпой люди из храма текли?

«Вот на каменный пол я, как встарь, становлюсь…»

Вот на каменный пол я, как встарь, становлюсь.

Я не знаю, кому и о чём я молюсь.

Силой жадной мольбы, и тоски, и огня

Растворятся все грани меж «я» и не-«я».

Если небо во мне – отворись! Отворись!

Если пламя во тьме – загорись! Загорись!

Чую близость небесных и радостных встреч.

Этот миг, этот свет как избыть? Как наречь?

«Здесь за холмами, под сенью крестною…»

Здесь за холмами, под сенью крестною,

Воздвигаю я свой шатёр.

Ратовать стану лишь с мглой небесною,

Отлучась от равнин и гор.

В склепе дубравном печаль истомная

Уж сотлела в земле давно,

Выросли там кипарисы тёмные,

Зашептали, что всё прошло.

Радость свою, это Божье знаменье,

Свету-Солнцу хочу отдать,

Искру вернуть огневому пламени,

Ей там легче, светлей сгорать.

Снова душа – колыбель священная

Принимает весь мир в себя,

Тихо качает земное, пленное…

(Слышу, радость горит моя.)

Небо прозрачно, и сердце чистое,

Эту милость нельзя наречь —

Где-то дубравно что-то лучистое…

И не будет уж больше встреч.

Закат

Костёр багряный на небе бледном

Зарделся пышным снопом средь мглы,

Вздымая клочья седого дыма,

Роняя искры на грудь земли.

Всё разгораясь в пустыне неба,

Огнепалящий призыв он шлёт,

Кого-то кличет из тёмной дали,

Кому-то вести он подаёт.

И кто-то верный, и кто-то дальний

Спешит по миру в ответ ему,

Струит дыханье, и гнёт деревья,

И шепчет: Вижу! Гаси! Гряду!

«Завершились мои скитания…»

Завершились мои скитания,

Не надо дальше идти,

Снимаю белые ткани я —

Износились они в пути.

Надо мной тишина бескрайная

Наклоняет утешный лик,

Зацветает улыбка тайная,

Озаряя грядущий миг…

Всю дорогу искала вечное,

Опьяняюсь духом полян.

Я любила так многое встречное

И несла в руке талисман.

Чрез лесные тропы сквозистые

Он довёл до этой страны,

Чьи-то души, нежные, чистые,

За меня возносят мольбы.

И не надо больше искания,

Только ждать, горя об одном:

Где-то ткутся мои одеяния,

Облекут меня в них потом.

Озаренье святое, безгласное

Утолило печаль и страх,

И лежу я нагая, ясная

На протянутых Им руках.

Женщинам

Не грезится больше, не спится,

Ничто не радует взоры.

Владычица стала черницей,

И сняты с неё уборы.

Тревогою сердце сжато.

Рассыпалось всё на свете.

Не стало ни мужа, ни брата,

Остались только дети.

Их больше, чем было прежде,

Собой мы их заслоняли,

В изношенной, тесной одежде

Милей ещё, чем бывали.

Им нужно, чтоб их любили,

И нужно, чтоб их одели…

О, если б они свершили

Всё то, что мы не сумели!

Так сладко за них молиться:

Помилуй, храни их Боже!

Ах, снова мы в них царицы

Богаче ещё и моложе.

Женщинам

Вы сгиньте, обманы,

Укройте, туманы,

Храните глубокую дрёму.

Вяч. Иванов

Посв. В. Г.

Женщина там на горе сидела.

Ворожила над травами сонными…

Ты не слыхала? Что шелестело?

Травы ли, ветром склонённые…

То струилось ли море колоса?

Или женские вились волосы?

Ты не видала?

Что-то шептала… руду унимала?

Или сердце своё горючее?

Или в землю стучалась дремучую?

Что-то она заговаривала —

Зелье, быть может, заваривала?

И курился пар – и калился жар —

И роса пряла… и весна плыла…

Ты не слыхала?

Ветер, наверно, знает,

Что она там шептала,

Ветер слова качает —

Я их слыхала.

«Мимо, мимо идите!

Рвите неверные нити!

Ах, уплывите, обманы!

Ах, обоймите, туманы!

Вырыта здесь на холме

Без вести могила, —

Саван весенний мне

Время уж свило…

Ах, растекусь я рекою отсюда,

Буду лелеять, носить облака…

Ах, не нужно зелёного чуда —

Небу я буду верна…

Мимо, мимо идите,

Вечные, тонкие нити —

Солнце меня не обманет,

Сердце меня не затянет…»

Ветер развеял слова…

Хочет молчать тишина.

Это настала весна.

Весеннее

Подвига просит сердце весеннее —

Взять трудное на себя и нести,

Хочется истаять самозабвеннее,

В муке родной изойти.

Снова открылись горы жемчужные,

Покорная серебристая даль,

Всё, что манило, стало – ненужное,

Радостна только печаль.

На богомолье в мир я рождённая,

Не надо мне ничего для себя.

Вон голубая, мглой озарённая

Вьётся всё та же стезя.

Елена Гуро