Порочный продюсер - Сандра Бушар

— Пока ты наказываешь только себя. — расслабленным широким языком провела дорожку по его гладким яичкам. От нетерпения мужчина вырывался, как дикий зверь в клетке, напротив которого много вкусного сочного мяса. Мне и самой это нравилось. Я заводилась гораздо сильнее, чем представляла. Меня с ума сводила, что огромный громила полностью в моей власти. — Вот, что бывает, Борюсик, когда сковываешь свои истинные желания…

Мягко обхватил его напряженные ягодицы, я позволила себе заглотить его член прямо в металлических оковах. Азарт свести Беренштейна с ума предавал мне сил!

Я целовала его, ласкала, испытывала на прочность… И настолько заигралась, что не заметила, как его руки напряглись до предела, а потом резким ударом сорвали-таки дверную ручку.

Испуганно упав на спину, я с колотящимся сердце наблюдала за тем, как он срывает с себя пояс верности без всякого ключа, будто это пластиковая игрушка. Рыча, как дикое животное. Буквально с пеной у рта и паром из ушей. Красный, с пульсирующими на висках венами, он наступал на меня… Не знаю, почему я испуганно пыталась отползти в сторону. Он поймал меня за ногу, притянул к себе. А потом упал сверху, вклинился между ног и… Вошел в меня своим огромным каменным членом на полную длину.

— Этого ты хотела?! — кричал он, вбиваясь в меня снова и снова. Вырывая истошные крики. Удар за ударом… Мое тело покидало не просто комнату, но и этот мир. — Чертова шлюха! С ума решила меня свести??

Хлопок за хлопком обрушивался на мое тело. Мое лоно приветливо растягивалось под его внушительными размерами. Каждое прикосновение задевало самые чувствительные места…

— Довольная?? — его руки сомкнулись на моей шее с безумием. Глаза покраснели. Мужские бедра врезались в меня со сверхзвуковой скоростью. — Хотела, чтобы бы я трахнул тебя?? Получай!

Удар за ударом…

Снова, снова и снова…

Наконец, я взрываюсь, а вскоре Он следует за мной. Я перекатываюсь на живот, без сил даже дышать.

— Нет уж, — он приподнимает мои бедра, заставляя встать раком. И входит. Снова в полной готовности свести нас обоих с ума. Под новым углом я ощущаю его иначе. Все так же остро и на грани. С губ срывается истошный стон и каждая клеточка моего тела напрягается, когда он наматывает мои волосы на свой кулак, потягивает мое лицо к своим губам и шепчет: — Так просто ты теперь не отделаешься!

Глава 14

Три месяца спустя…

Вспышки фотокамер сегодня казались особенно назойливыми и ослепляющими. Позируя битый час, я уже ощущала, как заклинило спину и свело ноги. Да и лицо с натянутой улыбкой уже давно парализовало.

— Рита, Герман, — выкрикнул один из репортеров. Парень, что прижимал меня к себе, едва слышно тяжело выдохнул. Даже любящий внимание Герман устал от показухи. — Вы вместе довольно давно. Задумываетесь ли вы о следующем этапе отношений?

Сцепив зубы, я отвернулась в сторону, дабы мои глаза не высказали репортерше все то, что я о ней думаю… Разве три месяца липовых отношений — много? Или… все же много?

В толпе меня поймал карий взгляд. Волчий, как всегда голодный и раздевающий. По телу прокатилась волна желания и будто появилось второе дыхание… Беренштейн… Три месяца дикого, животного секса. Безумного, дикого и совсем не нежного. Удивительно, но я правда ждала, что продюсер мне надоест. Только с каждым разом я хотела его все больше. И, видимо, он меня тоже… Потому что набрасывался на меня мужчина все чаще.

И этот взгляд сейчас… Коварный, полный конкретных планов. За бокалом шампанского спрятана ухмылка. Я прекрасно понимала, что именно ждет меня после интервью.

— Рита… — Герман многозначительно пнул меня в бок. Вернул в реальность настойчивым подмигиванием. — Отвечай!

— Оу… — нервно смахнув со лба пот, я отчаянно пыталась не представлять, что именно делали со мной пальцы Беренштейн в последний раз. — Со всем уважением, но я не считаю, что можно узнать человека за три месяца достаточно.

— Но, как говорят, если это любовь, все понятно сразу. От любимого ты хочешь детей. Закольцевать. И никогда не отпускать. Согласны? — навязывалась все та же репортерша.

Сцепив зубы, я снова подумала про Беренштейна. Что я поняла за три месяца секса с ним? Что я для него лишь объект желания. Точка.

— Что же, — кокетливо захохотала я, — сегодня мне исполнилось девятнадцать лет. Отличный праздник в кругу близких и любимых! А об остальном я подумаю на досуге. Идет? — и, не давая никому опомнится, со всей силы ущипнула Германа за кисть, шепнув на ухо: — Быстро бежим отсюда!

Сделав пару шагов за ширму, куда не пускают репортеров, Герман вдруг замер и повернулся ко мне:

— Стой. Мы кое-что забыли.

— Что опять? — в мой собственный день рождения я устала куда сильнее, чем в самые загруженные рабочие дни. Ноги ныли от неудобной обуви, тело болело от тесного брендового платья, а совершенно чужие мне люди среди гостей откровенно раздражали.

— Нужно порадовать публику. Иначе как мы продолжим попадать в новости? — резко притянув меня к себе, Герман накрыл мои губы своими. Фотографы тут же активизировались.

«Вот черт, — промелькнуло в моей голове. — Беренштейну это не понравится!» Борис согласился на липовые отношения только при условии, что не будет никаких физических контактов. Объяснял это тем, мол это не профессионально, но я знала, что все дело в ней — ревности.

На секунду внутри меня промелькнуло: «Может оттолкнуть Германа?» Ну а потом я встретилась взглядом с Ним. Злым, пышущим гневом. Стоило только представить, куда именно будет направлено этот запал, как низ живота сковало желанием…

«Смотри, Борюсик!» — шептал мой игривый взгляд, пока я жадно обнимала Германа, скользя руками по его мощному телу. «Смотри и думай, что на его месте мог быть ты!»

— Нам стоит притормозить… — шепнул мне покрасневший парень… Многозначительно указывая на то, что так явно вырисовывалось у него между ног. — Иначе фото будет совсем не для детей.

Двумя пальчиками вытерев помаду с губ, я пожала плечами и отшагнула в сторону. Шоу окончено.

— Как скажешь. Идем! Мне срочно нужно шампанское. — попыталась не глядя нащупать руку парня, но… Не нашла. «Куда он успел деться?» Напряженно повернулась и замерла в изумлении. Герман стоял на одном колене, а в руках его блестело чертовски дорогое колечко. — Что происходит?..

— Милая, — громко произнес Герман, явно работая на публику, — я люблю тебя. Ты выйдешь на меня замуж?

Шокированная, потерявшая дар речи, я неосознанно повернулась туда, где еще пару секунд назад красовался Беренштейн. Только сейчас