Мирай - Марина Зимняя

Взрослые не пытаются со мной говорить, всем видом демонстрируют обиду, которую я нанесла им своим неуважительным поведением. Уверена, что завтра все изменится. Возможно, они все еще надеются, что он от меня откажется и с позором отправит домой, потому и не тратят на меня свою энергию. А может, им действительно все равно, и я напридумывала лишнего?

Мы молча позавтракали на кухне, отдельно от мужчин. Мужчинам Рада накрыла в столовой. Странные они. Позволяют сыну такие вольности и при этом продолжают блюсти примитивные бытовые правила. А может, они просто привыкли?

Рада не теряет надежды со мной подружиться. Мы вместе убираем со стола. Мать и бабушка перешли в гостиную, смотрят телевизор изредка перекидываясь короткими фразами. Точно такие же ток-шоу смотрит мами. В этом вопросе старшие женщины, абсолютно идентичны.

— Сможешь сделать холодный чай? — кивает в сторону гостиной. — После завтрака они всегда просят... Запоминай, — улыбается. — Лучше сделать его немного заранее.

— Расскажи, как его делать? — Мне приятно, что Рада перешла в общении со мной на русский. Вероятно, поняла, что таким образом со мной гораздо легче построить диалог.

— Завари черный чай. Нарежь половинку зеленого яблока на ломтики опусти их в стаканы и залей заваркой. Разбавь холодной кипяченой водой. В один стакан две ложки сахара, во второй четыре. Мами любит сладкое. Тебе лучше ей угодить.

— А мужчины не пьют чай?

— Мужчины уехали.

— Все? — вопрос выходит слегка резковатым. Пытаюсь разглядеть реакцию Рады, но она не показывает никаких эмоций.

— Ну да... - дадо обычно возвращается раньше всех, после обеда никуда больше не уезжает. А Джейко и Паво, приезжают по-разному. Паво иногда не приезжает по несколько дней, он… — обрывает себя. — С того момента как ты здесь, он каждую ночь ночует дома, — будто бы пытается его оправдать.

— А чем они занимаются?

Рада пожимает плечами.

— Я особо не интересуюсь, это не женское дело, — отводит взгляд.

— Почему? Неужели тебе не интересно? Мой отец, например, держит пункт приемки и переработки черного металла, — пытаюсь разговорить ее.

В моей голове кружат нехорошие подозрения. Уж слишком сильно они богаты. В этом доме все слишком вычурно. Моя семья живет на порядок скромнее. Остается только верить в то, что отец не отдал бы меня в семью с грязной подноготной. Особенно если учесть то, что мне ни раз говорила мами. Она утверждала, что моя мама умерла от передозировки… Мне даже страшно думать о таком. Я не верила ей, но по мере взросления ни раз анализировала ту информацию, которой обладала. Моя мать умерла молодой и здоровой. Почему и от чего, для меня так и осталось загадкой. Я не верила бабке. А отца спросить так ни разу и не решилась...

— У Джейко гостиница в прибрежной зоне, Паво занимается тем же самым, у него несколько турбаз — стрельнув в меня взглядом произносит она. — Ты видела свое свадебное платье? — переводит тему разговора.

— Которое?

— Последнее, — усмехается.

— Нет.

— Не хочешь посмотреть?

— А ты не боишься мне его показывать? — улыбаюсь ей.

— Ты не станешь, ничего с ним делать. Не думаю, что ты настолько сумасшедшая.

— Что-нибудь к чаю? — указываю глазами на поднос, в надежде на то, что Рада отвернется за сладостями. — Там все есть, неси, — бросает взгляд на дверь. И распахнув шкафчик начинает составлять в него чистые тарелки.

Крошечные таблетки прячутся между тонких ломтиков яблок. Я не смогла их толком размешать. Несу поднос очень медленно и уже не надеюсь, что они растворятся. Рада все время наблюдала за мной. Мне удалось бросить их только в тот момент, когда она отвернулась. Я же не наврежу им? Раде подбрасывать снотворное боюсь. Она беременна, а еще у нее маленький сынишка. Я не могу так с ней поступить. Нужно отвлечь ее внимание… Но как? Оставляю поднос на столике перед женщинами. Они смотрят сквозь меня, не утруждая себя благодарностью. А если они не захотят пить чай, который приготовила я?

Попятившись назад ухожу.

— Рада! — заглядываю на кухню. — Покажи мне платье! — с трудом рисую улыбку на своем лице.

— Ооо, я боюсь, что мне за это достанется! — смеется.

— Я обещаю, что не буду его портить! Просто мне любопытно.

— Ну смотри… — качает головой. — Паво, наверное, совсем умом тронулся, — шепчет. — Оно страшно дорогое. Не знаю, чем он руководствовался, но каждое новое платье, привезенное в этот дом было красивее и дороже предыдущего.

Рада мне симпатична. Она довольно приятная и совсем неглупая. Мне кажется мы могли бы с ней подружиться, если бы встретились при иных обстоятельствах. Проходим сквозь гостиную. Вижу, как мать Паво подносит к губам стакан и отпивает. Мое сердце замирает. Бабушка следует ее примеру.

— Рада, нужно привести в порядок общую ванную, — не поворачиваясь к нам произносит бабушка. Завтра будут гости.

— Хорошо, мами, — слегка нахмурившись произносит она. — Вчера в доме было полно женщин, а убирать как всегда мне одной, — бормочет под нос недовольно. — Скоро это будет твоя обязанность, — произносит громче. Порядок в доме, это твоя основная обязанность. К кухне мами никого не подпускает. Готовит сама. Так что не все так плохо. Справишься, — улыбается и толкает дверь комнаты, но она оказывается заперта.

— Странно, — он никогда не замыкал ее.

— Вероятно он не разделяет твоего мнения по поводу того, что я не стану его портить, — посмеиваюсь я.

— Значит увидишь его завтра, — улыбается Рада.

— Показывай ванную. Я приберусь. Куда тебе… — киваю на ее округлившийся животик.

— Правда?

— Конечно. Это ведь теперь моя обязанность, — развожу руками.

Вот здесь я и развернусь. Довольная Рада оставляет меня в огромной ванной комнате и быстро удаляется на кухню. Наверное, боится что я передумаю. Замечательно… Отодвигаю в сторону панель прикрывающую разводку из труб и шлангов. Только бы она не убилась, пока будет пытаться остановить воду. Извлекаю из кармана ключ, подаренный мне много лет назад одним соседским мальчишкой.

До того, как отец подарил мне Мирай у меня была другая страсть. Я обожала ковыряться в технике и не редко помогала чинить соседский мотороллер. А побитый и помятый Москвич, который отец не успел отправить на разборку и переработку был самым лучшим конструктором в моей жизни. Я ковырялась в нем две недели и мне даже удалось его завести. Когда его все-таки забрали я горько плакала и просила отца привезти для меня еще что-нибудь похожее. Отец подарил мне Мирай и я забылась.

Скручиваю с кранов флажки, на это уходит минут двацать. Надеюсь в гостиной уже сонное царство. Наверное, по две таблетки — мало, для того