Искушая любовь - Сара Адам

Однако, когда мужская рука перемещается чуть ниже на ягодицу, слегка приподнимает и заставляет прижаться сильнее к его затвердевшему паху, меня словно окатывают ушатом ледяной воды.

— Нет!.. — игнорируя внутренний протест, отстраняюсь, отталкивая мужчину. — Я. Сказала. Нет!

Запаниковав из-за возбуждения Джона, я осознаю весь масштаб произошедшей катастрофы. Боже, что я снова наделала? Внизу меня ждёт Алекс. Мой милый, заботливый и любимый Алекс!

— Отпусти! — собравшись с силами, я, наконец, отпихиваю от себя мафиози.

Отступив на шаг назад, Джон демонстративно вытирает влагу с нижней губы большим пальцем, а после коротким движением облизывает его, не прерывая зрительного контакта.

Обняв себя руками, пытаюсь унять неприятную дрожь, пробирающую до костей. Убежать бы и спрятаться, лишь бы не чувствовать на себе его взгляд, пропитанный презрением.

— Добрый вечер, у вас всё в порядке? — неожиданно над нашими головами из динамиков звучит спокойный деловой голос с лёгким акцентом.

— Да, всё… — мямлю, едва подбирая слова, но Джон, отвернувшись, нажимает кнопку с нарисованным телефончиком и сухо бросает в динамик:

— Всё под контролем.

— Вас освободить? — уточняет тот же мужчина, уже настороженнее. — Есть какая-то проблема?

— Не нужно, — тон Грея обрывает дальнейшие вопросы. Он отпускает кнопку, и в кабине снова становится тихо.

Проводя ладонью по панели, Джон находит нужную клавишу и нажимает её с таким спокойствием, можно подумать, ничего не произошло. Металл скрежещет, и кабина послушно трогается, начиная плавно сползать вниз, а я еле заметно выдыхаю, поняв, что не дышала всё это время.

По спине пробегает неприятный холодок. Остановить лифт, напасть на меня с поцелуем и сказать «всё под контролем»… Что у него вообще в голове творится?

Задать этот вопрос не решаюсь, снова замерев, потому что Джон оборачивается

— Ну так что, идём знакомиться? — хищный проблеск в его глазах не сулит ничего хорошего. — Не терпится узнать поближе неудачника, который не в состоянии обеспечить своей женщине защиту.

— О чём ты?

Смысл этих слов дойдёт до меня гораздо позже, когда появится время обдумать их и понять посыл.

— Думаю вот, как он дожил до такого возраста в целости и сохранности со своими благородными принципами?

Джон изменился, и сейчас это читается невооружённым взглядом. Он стал одним из тех, каким был мой отец и сейчас брат. Тем, кому не составит труда причинить вред своему врагу.

Но Джон и Алекс не враги. Вроде... По крайней мере второй из них понятия не имеет о грядущей трагедии.

— Не смей к нему приближаться. И ко мне тоже, — поняв недвусмысленный намёк, ведусь на мерзкие правила игры.

— Боишься за него?

— Я не поняла, ты сейчас угрожаешь? — опустив руки, вытираю вспотевшие от волнения ладошки о брюки.

— Пока нет, но всё зависит от твоего поведения, — выдаёт, как будто говорит о погоде.

— От какого ещё поведения? — взревев, я делаю шаг вперёд, хотя в голове нет плана для дальнейших действий. Что я смогу ему сделать?

— Для начала наберёшь блондинчику и скажешь, чтобы уматывал. Потом я отвезу тебя домой, и ты, как послушная девочка, пригласишь меня в гости.

— Там, наверху, осталась твоя девушка, ты что, больной? У меня своя жизнь, у тебя своя. Наши пути давно разошлись! — сжимая кулаки до боли, меня тянет наброситься на него и расцарапать наглое лицо.

— Сегодня ты, завтра она. Какая разница? — безразлично произносит этот урод, а я, всё-таки не выдержав, замахиваюсь.

Оглушительный звук пощёчины разрезает пространство. Во взгляде Грея на миг вспыхивает ярость холодная и беспощадная. Тут-то мне и становится по-настоящему страшно. Схватив мою кисть, Джон дёргает с силой на себя, и в этот момент как раз раскрываются створки лифта, оповещая о прибытии.

Сглотнув вязкий ком в горле, я вырываюсь и, стараясь не смотреть на удивлённые лица людей, стоящих в лобби, вылетаю наружу. Правда, далеко уйти не получается здоровенной лапищей Грей тормозит, схватив за плечо.

— Ещё раз прикоснёшься ко мне и я всё расскажу Артёму! — шиплю, как загнанный в ловушку зверёк. — Скажу, что ты принудил меня к интиму и не оставляешь в покое.

— Братом решила напугать? — наглая усмешка озаряет лицо мафиози. — Думаешь, боюсь его?

— Ты будешь опозорен и потеряешь друга в его лице, — цежу с огромным удовольствием сквозь зубы. — Вряд ли тебе захочется Князевых во враги. Ты же знаешь, что Артём сделает с тем, кто причинил мне вред?

Произнося это, выдаю то, что спрятано в глубине души. Я никогда не признаюсь об этом вслух, но всегда знаю: стоит вылететь одному слову из моего рта Тёма уничтожит всех вокруг.

Возможно, именно поэтому и молчу столько лет. Не хочу, чтобы из-за меня на руках брата появилось ещё несколько смертей.

— Уверена, что потянешь со мной войну? — с особым удовольствием говорит Джон, будто уверен, что я собираюсь с ним враждовать.

— Ты мне безразличен, и воевать я не собираюсь, — произношу, не понимая, кого пытаюсь обмануть. Его или себя? — Просто смирись с этим и живи дальше.

Напоследок мне хочется пафосно бросить: «Больше не смей появляться в моей жизни», но не могу. Он и не появлялся, наша встреча случайна.

Отступив, я разворачиваюсь и шагаю прочь, наблюдая в отражении витражных окон, как Грей следит за моей удаляющейся фигурой.

— Так будет лучше для всех, — успокаиваю себя шёпотом, но на глаза всё равно наворачиваются горькие слёзы.

Глава 7

Джон

Тогда у меня не было ничего, но было всё.

Сейчас у меня есть всё, но нет ничего.

Рывком сажусь на кровати, осмотрев обстановку вокруг. В висках колошматит не по-детски, что аж приходится сжать башку руками.

Очередной сон снова вышибает из колеи, заставляя пережить тот пиздец, будто всё происходит наяву. Каждую ночь, сука, каждую ночь проживаю один и тот же момент жизни, что произошёл десять лет назад: как медленной смертью умирает самый дорогой человек.

Моя покойная жена. Эмили воплощение тепла и чистоты, ангел, способный согреть даже такого ублюдка, как я.

До конца своего жалкого существования буду винить себя за то, что не сумел уберечь её. Эм заплатила жизнью за мои грехи, став жертвой нашего