Логово гадюк - К. А. Найт

Это поможет уберечь мою семью. Я знал, что эта жизнь может убить нас всех, когда вступал в нее, я с радостью принял ее, но теперь, когда Роксана здесь, я думаю, правильное ли решение я принял. Она была бы так же счастлива жить в дерьмовой квартире и работать в баре каждую ночь, ей не нужны деньги или власть.

Только мы.

Словно я вызвал ее своими темными, бурными мыслями, я замечаю мою девочку в отражении в окне. Повернувшись, я встречаюсь с ней взглядом. Она стоит в дверном проеме, на ней только одна из наших рубашек.

— Отправляйся спать, милая, уже поздно, — говорю я ей, но мой голос дрожит, и я отворачиваюсь, руки снова дрожат. Почему она так на меня влияет?

Раньше я никогда так не волновался. Никогда не сомневался в каждом своем решении, думая, согласится ли она с тем, что оно правильное. Черт, я даже продолжаю перебирать в памяти свое прошлое и все, что я сделал, ворошу всех демонов, которые там прячутся, размышляя, будет ли ей противен мужчина, с которым она делит постель, если она узнает обо мне все.

— Пойдем со мной, — пробормотала она.

— Не сегодня, любимая.

Я слышу ее вздох, прежде чем Роксана руками обхватывает меня сзади.

— Ты не должен страдать в одиночестве, Рай. Я здесь, твои братья здесь. Я знаю, какой груз ты несешь, пытаясь спасти всех нас, но это не твоя работа, понимаешь? Мне не нужно, чтобы ты меня спасал. Мне нужно, чтобы ты был со мной, чтобы ты опирался на меня, чтобы я могла опираться на тебя. Ты не обязан всегда быть идеальным, холодным и расчетливым. Это нормально ― ломаться время от времени, но не делай этого в одиночку.

Я не отвечаю, и она пинает мой стул и впивается в мое лицо, ее собственное теперь искажено гневом.

— Блядь, поговори со мной, Райдер. Не отгораживайся от меня. Не будь таким мудаком, или, клянусь, ты меня потеряешь. Ты хочешь защитить нас? Отлично, хочешь погрязнуть в жалости к себе? Отлично, но не смей отгораживаться от меня, ни сейчас, ни когда-либо.

С ревом я встаю и мгновенно оказываюсь перед ее лицом, моя рука на ее шее.

— Нет? Ты бы предпочла, чтобы я выместил это на тебе? Ударил тебя? Сделал тебе больно? Потому что именно это и произойдет, если ты будешь продолжать давить, Роксана. Я ― это он, в конце концов.

Я отталкиваю ее с отвращением, не на нее, а на себя, зная, что если я этого не сделаю, то могу причинить ей боль. Кровь папаши-мудака течет в моих венах, и именно в такие дни, как этот, он обычно срывал злость на моей маме.

Я тоже это чувствую.

Потребность забыть, причинить кому-то боль, чтобы чувствовать себя сильнее, менее неуправляемым. Контролировать ее и ее действия, чтобы все эти… эти чертовы эмоции и потрясения снова ушли. Я такой же монстр, как и он.

И это мой самый большой страх, что я причиню ей боль, потому что я люблю ее.

А моя любовь? Она сопровождается шипами.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ДЕВЯТАЯ

РОКСИ

— Хочешь причинить мне боль? Отлично, причини, если это поможет. Я могу вынести её, — огрызаюсь я, устав от этого дерьма. Когда мне кажется, что я уже близко, он снова отстраняется, предлагая мне только те части себя, которые хочет, скрывая остальные. С меня хватит.

Рай упирается руками в окно, его голова прижимается к стеклу.

— Убирайся, — приказывает он.

— Нет, — спокойно отвечаю я, скрещивая руки. — Нет, пока ты не разберешься со всем этим дерьмом. Ты боишься причинить мне боль? Из-за твоего отца? Верно? Или, может быть, ты просто винишь себя за все, что произошло?

Я фыркнула, когда он вздрогнул.

— Я знаю тебя, Райдер, возможно, лучше, чем ты думаешь. Ты будешь перечислять каждую чертову деталь, винить себя, думать, что ты мог бы предотвратить это, но, детка? Иногда дерьмо просто случается, и знаешь что? Я не виню тебя, и твоих братьев тоже. Благодаря тебе мы живы и вместе. Дерьмо случается, Райдер, ты должен справиться с ним и двигаться дальше. Если ты застрянешь в прошлом, ты никогда не освободишься от его призраков.

Он замолкает на мгновение, и я думаю, что завела его слишком далеко, но когда его голос раздается, он еле слышен и испуганный.

— Это моя работа ― защищать вас всех.

Опустив руки, я наклоняюсь и прижимаюсь головой к его спине, обхватывая руками его дрожащее тело.

— И да, и нет. Это наша работа ― защищать друг друга. Мы все знали, во что ввязываемся, Райдер. Эта жизнь нелегка. Если бы это было так, все бы этим занимались, но перестань пытаться взвалить весь груз забот на себя. Гадюке Вайперу нужен баланс, тебе нужны твои братья и я.

Он поворачивается, и меня отбрасывает назад. Его глаза дикие, рот разинут в рычании, тело дрожит, а кулаки сжаты. Он выглядит великолепно и чертовски устрашающе.

— А если я не смогу? Что если я позволю вам всем помочь мне? Что если я выпущу все наружу и стану таким же, как он? — кричит он.

— Как твой отец? — спрашиваю я.

Он смотрит в сторону, скрежеща челюстями.

— Он был ублюдком, Роксана, настоящим гребаным ублюдком. Он обидел мою мать, меня и Кензо.

Райдер качает головой, кажется, что он сдувается, наблюдая за мной.

— А если я причиню тебе боль?

— Тогда я убью тебя.

Я смеюсь, а он смотрит на меня.

— Рай, ты не можешь причинить мне боль, пока я тебе не позволю. Прости, но я не твоя мать, я боец. Я пережила своего отца, я пережила Ди и Гарретта, я могу пережить и твоих демонов. Я никогда не позволю тебе причинить мне больше боли, чем я того желаю, и другим тоже. Ты так боишься быть им, что мешаешь себе быть собой.

Он сглатывает, его глаза ищут мои.

— Я убил его.

Я моргаю от этого.

— Хорошо.

Он смеется, самодовольный звук.

— Тебя это даже не удивляет.

— Что ты убил человека, который ранил твою мать и брата? — Я фыркнула. — Нет, Райдер, я не удивлена. Я жалею, что ты не сделал этого раньше.

Он усмехается, но вскоре сдувается, и садится обратно, его тело при этом налито свинцом, как будто он устал.

— Кензо пытался, — признается он,