Кто с кем дружит в природе, или Причуды симбиоза - Василий Владимирович Климов

Как мы знаем, птицы, грызуны и копытные питаются телами, листьями растений, их семенами и плодами. Таких животных называют травоядными, а птиц – семеноядными. Но они не только поедают траву или листья, а стимулируют растения к их активному росту. При этом, поедая плоды вместе с семенами, они разносят их на огромные расстояния, расселяя таким образом данный вид. Так поступают многие грызуны, олени, слоны, жирафы, носороги и т. д. Более того, есть такие растения, семена которых вообще не прорастают, если не прошли через пищеварительную систему крупного животного. Оказывается, их прочную оболочку должны разрушить кислоты пищеварительного тракта животного! Вот так знакомые нам всем звери и птицы участвуют, оказывается, в сложных экологических построениях.

Симбиоз в тундре

Тундра – снежные дали без края,

Серебристый песцовый мех.

Без меня проживешь ты, знаю,

Без тропинок моих и вех.

У тебя их – тропинок – без меры,

Словно косы сплелись на снегу.

Только я вот без тундры, наверное,

Вдалеке прожить не смогу.

А. Пичков

В нашей Евразии и в Северной Америке, за границей распространения лесов, начинается тундра. Это огромные безлесные пространства суши, схваченные вечным оледенением. И тянется она до самых арктических морей и вечных льдов. Поскольку даже летом оттаивает ото льда лишь верхний слой почвы и тундра превращается в болото, это очень суровые условия для жизни растений. Поэтому там почти ничего не растёт и она очень бедна растительностью. А важнейшие её растения – олений лишайник («олений мох» или ягель) Otadonia и мхи. Всего в тундре произрастает 112 видов лишайников. Растёт ягель очень медленно – 3–5 миллиметров в год. Для восстановления пастбища после перевыпаса оленей может потребоваться несколько десятилетий.

Коль есть растения, то всегда найдутся те, кто их поедает. И таких растительноядных тундровых обитателей всего три группы – это птицы, северный олень (в Америке это карибу) и лемминги – такие маленькие, пушистые, короткохвостые мышевидные грызуны. Эти животные, в свою очередь, служат пищей волкам, песцам и человеку. Всю долгую зиму и всё короткое лето песцы и полярные совы питаются в основном леммингами и родственными им грызунами. А люди и волки ловят оленей. Таким образом, за сотни лет на Севере образовался сложный симбиоз, находящийся в постоянном неустойчивом равновесии.

Поскольку в этих сложных условиях пищевые цепи сравнительно коротки, любое существенное изменение численности организмов какого-либо из трёх трофических уровней сильно отражается на других уровнях, так как возможность перейти на другую пищу практически отсутствует. В этом кроется одна из причин того, что некоторые группы арктических организмов подвержены резким колебаниям численности – от сверхизобилия до почти полного исчезновения. Бывают моменты перевыпаса, когда олени стравливают на своих пастбищах весь ягель, у них начинается голод и падёж. А бывает, что заморозки не дают возможности леммингам полноценно питаться и они начинают мигрировать или на них нападает мор, тогда все, кто ими питается, вынуждены уходить тоже.

На Аляске человек неосторожно вызвал резкие колебания численности организмов, завезя домашнего северного оленя из Лапландии. В отличие от местных карибу, северный олень сам не мигрирует. В Лапландии оленей перегоняют с места на место, чтобы избежать перевыпаса, но индейцы и эскимосы Аляски не имеют навыков пастьбы, поскольку дикие карибу сами переходят с одного пастбища на другое. В результате северные олени истощили многие пастбища, сократив запасы пищи и для карибу. Естественно, что всё это привело к катастрофе. Вот наглядный пример того, что случается, когда ломается хорошо отлаженная система.

Сторожевые башни

Сегодня, я вижу, особенно грустен твой взгляд

И руки особенно тонки, колени обняв.

Послушай: далёко, далёко, на озере Чад

Изысканный бродит жираф.

Ему грациозная стройность и нега дана,

И шкуру его украшает волшебный узор,

С которым равняться осмелится только луна,

Дробясь и качаясь на влаге широких озёр.

Вдали он подобен цветным парусам корабля,

И бег его плавен, как радостный птичий полёт.

Я знаю, что много чудесного видит земля,

Когда на закате он прячется в мраморный грот.

Николай Гумилев

Часто бывая в саваннах Восточной Африки, я наблюдаю картину, в которой отдельные группы антилоп и зебр стараются держаться на пастбищах рядом со страусами или жирафами. Особенно часто это можно увидеть в конце сезона дождей, когда саванновые травы вымахали в «полный рост» и стоят стеной. Почему это так? А дело в том, что страусы, а тем более жирафы, возвышаются над землёй на 3–5 метров! В то время как все саванновые травоядные не поднимаются выше полутора метров над землёй. И вот, все хищники, пользуясь высокой травой, норовят всегда подкрасться поближе к стадам, чтобы напасть на телёнка, жеребёнка или молодую антилопу. А тут стоит посреди саванны «сторожевая башня», которая всё видит и слышит далеко окрест. Естественно, что при приближении опасности все эти жирафы и страусы сигнализируют всей округе: «Внимание! Внимание! Опасность близка»! Таким образом, в саванне сложился своеобразный симбиоз между всеми травоядными и их охранителями.

Вороны и волки

В чёрном небе чёрный ворон,

В белом поле белый волк,

Птица кружится дозором,

Ветер, стихнув, приумолк.

Не находит, кто не ищет,

Сузил глаз, повёл зрачком,

Стиснул зубы белый хищник,

Дыбом шерсть перед прыжком.

Белый снег от крови тает,

Выживает кто сильней,

Рвёт добычу волчья стая,

Ворон кружится над ней.

Андрей Субботин

На всех континентах, во всех странах никто не любит серых волков, они считаются крайне опасными для людей и скота. Поэтому на территории Северной Америки они были полностью уничтожены в 70-х годах XX века. Все мирные травоядные без пресса хищников начали активно размножаться, и тут же начались эпидемии, а за ними и падёж. Учёные решили волков вернуть, и понемногу их популяции стали восстанавливаться. Их повторное появление в Йеллоустонском парке, населенном оленями, благотворно повлияло на местную