С тобой - Тори Майрон

– Я не гипнотизировала.

– Да что ты говоришь? Я своими глазами видела, как ты больше пяти минут беспрерывно пялилась на него. Вот и результат: почти без пальца осталась.

– Не преувеличивай. Это всего лишь порез.

– На этот раз просто порез, а в следующий всё может быть куда хуже. Что с тобой происходит в последнее время? От трубки своей ни на шаг не отходишь. Ты что, ждёшь важный звонок по работе или всё дело в каком-то мужчине, о котором я не знаю? – предполагает Мариса и игриво улыбается.

– Всё дело в работе, – быстро заверяю я и, между прочим, не вру.

Только работа эта никак не связана со съёмками. Я как дура жду нового звонка от Пола, хотя обещала себе, что не буду заниматься такими глупостями. Но, как всегда, сказать куда легче, чем выполнить.

Что бы я ни делала, чем бы ни занималась в течение дня, я постоянно думаю о Дэвенпорте. Чувствую на себе его запах, который, кажется, ни один гель для душа неспособен смыть с моей кожи. Осязаю его в боли в мышцах, вызванной нашими изнурительными секс-заходами, к которым мне потребовалось время привыкнуть. Прокручиваю в памяти наши с ним жаркие встречи. И вижу перед собой его лицо. Даже, когда провожу время с сыном… Особенно, когда провожу время с сыном.

Со дня рождения Джей-Джея я приучила себя думать, будто он сын Пола. Знаю, это глупо. Но внушать себе тот факт, что у моего сына есть потрясающий отец, пусть он и не рядом, было в разы легче, чем жить со знанием, что отец Джереми – левый незнакомец, имя и лицо которого мне неизвестны.

Я ведь даже не в курсе, позаимствовал ли Джей-Джей от отца хоть какие-нибудь черты лица. Лично я и Мариса видим в Джереми исключительно мою маленькую копию в мальчишеском варианте. Те же тёмные глазки, тот же оттенок кожи и волос, тот же носик и губы. А если посмотреть на мои детские фотографии, то вообще невозможно отличить меня от Джереми. И это удивительно. Насколько я слышала, зачастую дети больше похожи на своих отцов. Но это не наш случай. Видимо, гены Суарес ух какие сильные. И я безумно рада этому. Меньшее, чего мне хотелось, – видеть в своём сыне безразличного мне незнакомца. Будь Джей-Джей рыжим с веснушками на лице или блондином с молочной кожей, вряд ли я смогла бы воображать, что он сын Пола. А так я воображаю без проблем. Правда, в последние несколько недель это не помогает мне ощутить себя чуточку счастливее, а наоборот, с головой погружает в мысли о Дэвенпорте.

А мне нельзя о нём думать вне наших интимных встреч. Нельзя! И ждать как верная собака его звонка – тоже, но именно этим я и занимаюсь вот уже больше недели. Ровно столько Пол не звонил мне и, ясное дело, не соизволил прислать хотя бы одно сообщение с причиной, почему он не может со мной встретиться.

До этого он приказывал мне ехать на квартиру чуть ли не через день, а теперь снова затишье. Почему? Где он? Чем он занят? Куда-то уехал по работе? Или удовлетворяет свою потребность в сексе с другой женщиной? Целует её? Обнимает? Водит в ресторан и на прогулки? А не только трахает по вечерам, как меня? Чёрт!

Мне категорически запрещается думать об этом. И уж тем более – представлять Пола в компании другой женщины. Однако, чем дольше я его не вижу, тем чётче мой мозг рисует кадры, в которых Дэвенпорт трахается с какой-нибудь красоткой. И это пробуждает во мне ревнивую ведьму, готовую рвать и метать всё на своём пути или позвонить Полу самой, чтобы высказать ему пару ласковых.

Какими силами я до сих пор сдерживаюсь от этого неуместного порыва? Не знаю. Наверное, мой малыш помогает мне сохранять благоразумие и помнить, в чём именно заключается образ нашей с Полом связи. Ну, и, конечно же, постоянное присутствие Марисы рядом. У неё на глазах звонить Полу и требовать объяснений – не лучшая затея. Я не посвятила порядочную, добродушную женщину в то, каким именно способом я добыла деньги на операцию, и не планирую это делать. Пусть она и дальше остаётся в неведении.

– Давай сюда свой палец, – просит Мариса, и я повинуюсь.

Она промывает порез перекисью водорода и заклеивает рану пластырем.

– Спасибо.

– Не за что. Будь осторожней.

– Буду, не волнуйся, – отвечаю и подскакиваю вслед за своим сердцем, когда в кухне раздаётся звон мобильного телефона.

Неужели он?

– Господи, где пожар?! – пугается Мариса, когда я резко срываюсь с места и хватаю айфон со столешницы.

Быстрый взгляд на экран – и моё сердцебиение вмиг замедляется.

Это не Пол. Это снова не он. А незнакомый номер.

Дьявол!

Разочарование неприятно сдавливает грудь, а злость на саму себя за своё поведение и реакции побуждает меня ответить на вызов и несдержанно рявкнуть:

– Алло!

На том конце провода на несколько секунд повисает молчание, а затем в трубке раздаётся приятный женский голос:

– Простите, если звоню не вовремя. Это фотограф Кортни Дэвенпорт?

– Да, я.

– Прекрасно. Вы можете говорить?

– Да.

– Спасибо. Я не займу у вас много времени. Вам звонит менеджер блоггера FitFoodDi. Возможно, слышали о такой?

– Простите, но нет. Я не слишком активный пользователь соцсетей, – заставляю себя смягчить голос, предполагая, что это звонят по работе. И оказываюсь права.

Вежливая менеджер сообщает, что ей понравились мои работы, выставленные на моей рабочей странице, и предлагает мне провести фотосессию своей начальницы. И не фитнес съёмку, как я предполагаю вначале, а фотосессию беременной.

Ранее я фотографировала беременяшек. Не часто, но бывало. В этот же раз я намереваюсь отказаться, так как не собиралась отвлекаться на фотосессии до тех пор, пока Джереми стопроцентно не восстановится. Однако, когда менеджер предлагает мне весьма крупную сумму за двухчасовую съёмку, я, недолго подумав, решаю согласиться. Деньги лишними никогда не бывают. К тому же немного разбавить свои однообразные будни коммуникацией с новыми людьми мне тоже не помешает.

Мы договариваемся о съёмках через три дня в полдень. Я специально выбираю это время, чтобы моё отсутствие почти полностью совпадало с дневным сном Джереми. Так оно и получается.

Перед тем как в субботу поехать в фотостудию, я кормлю сына обедом и передаю его Марисе, чтобы та уложила монстра спать. Думаю, я как раз вернусь домой, когда он проснётся. Идеально. Сегодня, в принципе, какой-то необычайно идеальный день.

Я выспалась, Джереми совсем