Женщины Великой Отечественной войны - Нина Константиновна Петрова

ВКП(б). Бригадир бригады № 5 этого колхоза Якшиев Джума живет с двумя женами, одной из которых 17 лет. Бригадир бригады № 6 Курбанов, имея жену и пять детей, привел в дом вторую жену – девятнадцатилетнюю комсомолку. Бригадиры бригад № 8 – Султанов и № 9 Хамраев имеют по две жены. У зав. складом колхоза Адильева тоже две жены, у первой шестеро детей.

Такие же примеры можно привести по Таджикистану, и по Туркмении. У некоторых председателей колхозов и бригадиров число жен доходит до трех-четырех.

Случаи многоженства участились в связи с тем, что Указ Президиума Верховного Совете Союза ССР от 8 июля 1944 г. не был достаточно разъяснен населению, а в ряде случаев и неправильно истолкован.

В Кара-Калинском районе Ашхабадской области Указ многие поняли так: «Если раньше полагалось иметь одну жену, то теперь необходимо иметь 2-х – одну постоянную, другую так называемую одинокую мать. Одинокой матери деньги платит государство. Это необходимо сейчас, так как Красной Армии нужны бойцы».

Примерно так же этот закон был истолкован во многих районах Таджикистана и Узбекистана. В то же время в ряде мест возродился старый обычай: родившая без мужа женщина должна умереть сама, искупив смертью свой позор, или убить своего ребенка.

В результате имеется много фактов детоубийства, абортов, самоубийства женщин. Только по одной Ташкентской области зарегистрировано в 1945 году 16 случаев убийств матерями детей раннего возраста. В Туркменской ССР за последнее время получил распространение такой дикий способ аборта: женщине, достигшей беременности до 5–6 месяцев, накладывается на живот подушка, затем по этой подушке бьют чем-либо тяжелым.

Известно немало случаев выдачи замуж несовершеннолетних. Председатель Мархаматского сельпо Андижанской области (Узбекистан) Обидов, имея жену и 3-х детей, женился на 13-летней Мамаджановой. Учитель Кашка-Дарьинской области Исамов Раджаб женился на 13-летней девочке. 70-летний старик Джурабаба (Якобалский район Кашка-Дарьинской обл.) имея старуху жену, женился на несовершеннолетней девочке.

В Туркменской ССР ожила старая поговорка: «Если в девочку бросил шапку и девочка не упала, значит, на ней можно жениться».

Участились случаи выдачи замуж с калымом, то есть фактической продажи девушек.

Немало случаев принуждения женщин к сожительству со стороны председателей колхозов и бригадиров, злоупотребляющих своим положением.

Женщины, находясь в материальной зависимости от мужчин, вынуждены ради детей мириться с таким положением и даже скрывать эти факты.

Отношение к женщине, как к рабыне, собственности мужчины, находит свое крайнее выражение в многочисленных случаях насилия, жестокого избиения и убийств женщин.

Только по Кашка-Дарьинской области за 1945 год (по октябрь месяц) в областной прокуратуре рассмотрено 13 случаев насилия, из них 6 случаев изнасилования малолетних девочек в возрасте 7—12 лет. Так, три колхозника Кассанского района изнасиловали 7-летнюю девочку. В Камашинском районе четыре колхозника во главе с директором школы Халбибаевым Аманом изнасиловали колхозницу Милиеву. Привлечен к судебной ответственности за изнасилование сын председателя Совнаркома Таджикской ССР Курбанов, студент и комсомолец.

Тракторист 2-й Ката-Курганской МТС Самаркандской области Бабаназаров, член пленума РК КП(б) Уз., заподозрив свою жену в измене, убил ее и ее мать. Колхозник Мукумов (колхоз «Кахрамен» Узунского района Cуpxaн-Дарьинской области) не желая платить алименты своей бывшей жене, убил ее и двух своих детей.

Несмотря на многочисленные факты жестокого обращения и надругательства над женщинами, сами женщины очень редко прибегают к помощи суда, прокуратуры, советских и партийных органов. Объясняется это тем, что женщины не находят здесь энергичной защиты и поддержки, а виновники в большинстве случаев остаются безнаказанными. Органы прокуратуры и суда рассматривают подобного рода дела, как обычные явления будничной жизни. По уголовным кодексам этих республик наказания за многоженство, насилия, избиения значительно слабее, чем по кодексу РСФСР. Так, по кодексу Узбекской ССР выдача замуж несовершеннолетней карается лишением свободы на 1 год, наказание за многоженство – до 1 года лишения свободы или штраф в 500 руб., за изнасилование – лишение свободы до 5 лет.

Молодая девушка из колхоза им. Ворошилова Марыйской области Туркменской ССР Биби-Бегинчева покончила жизнь самоубийством – сожгла себя. Местная партийная организация, разбирая это дело, приняла такое решение: «Считать самосожжение Биби добровольным, бeз вины других колхозников, и никого не судить». Проверкой ЦК КП(б) Туркмении было установлено, что председатель колхоза Айназаров принудил Бегинчеву к сожительству. Когда девушка забеременела, Айназаров потребовал, чтобы она ушла из родного кишлака. Уйти девушке было некуда, и она, отчаявшись, покончила жизнь самоубийством. Однако за это преступление Айназаров был приговорен лишь к трем годам лишения свободы условно и до сих пор продолжает работать председателем колхоза.

В Таджикской ССР в 1945 году имел место такой факт: военрук ремесленного училища Сероштан (г. Курган-Тюбе) изнасиловал ученицу. Областной суд приговорил его к 4-м годам тюремного заключения. Тогда Сероштан женился на опозоренной девушке и подал кассацию в Верховный суд республики, который оправдал его.

Многие женщины, чувствуя себя затравленными и оставаясь без защиты, встают на путь пассивного сопротивления – самоубийства, принявшего в Туркменской ССР (у текинцев) дикую форму самосожжения.

В Марыйской области Туркмении за 1944—45 гг. зарегистрировано 64 случая самосожжения женщин. В колхозе им. Ворошилова 13-летнюю пионерку Сурханову родители хотели отдать замуж за старика. Узнав об этом, девочка облилась керосином и сожгла себя в печке. Покончила жизнь самоубийством путем самосожжения учительница аула Кара-Яб Сагарчагинского района Сарыева Дуркабат. Причина – систематические избиения и издевательства со стороны мужа. Сожгла себя колхозница Джамарова (колхоз «Интернационал» Байрам-Алийского района). Установлено, что муж погибшей и его брат зверски избивали ее.

В Каахкинском районе Ашхабадской области зa три месяца 1945 г. сожгли себя 11 женщин.

Случаи самоубийства женщин из-за жестокого обращения в семье известны также по Узбекистану и Таджикистану. В Рометенском районе Бухарской обл., Узбекской ССР колхозник Садыков частыми избиениями довел свою жену до самоубийства. По той же причине в Гиждуванском районе Бухарской обл. повесилась колхозница Халилова.

Многие партийные, советские и комсомольские организации республики Средней Азии не ведут решительной борьбы с пережитками феодально-байского отношения к женщине. Партийные организации реагируют обычно только на отдельные, наиболее вопиющие факты и, даже разбирая их, не вскрывают корни этих явлений, не дают им принципиальной оценки, не создают вокруг них широкого общественного мнения.

Тревожно, что реакционные обычаи получают распространение в среде молодежи; немало комсомолок согласилось быть вторыми или третьими женами.

Особенно нетерпимым является то, что среди лиц, попирающих права женщин, преступно нарушающих советские законы, есть коммунисты и даже партийные, советские и комсомольские работники.

Зам. редактора Бухарской областной газеты «Бухара-Хапыта» имеет двух жен, причем старшая жена его – Рахимова работает инструктором обкома партии по работе среди женщин. В беседе с работником ЦК ВЛКСМ Рахимова умоляла, чтобы об этом разговоре не узнал ее муж. Имеют по две жены зам. председателя Каркульского райисполкома этой же области Рахимов, председатель Кзыл-Типинского райисполкома, депутат Верховного Совета Узбекской ССР Фарманов.

Председатель колхоза им. Ленина Каракадинского района (Ашхабадская область) Арнипесов сожительствовал с комсомолкой, женой фронтовика Анной Джамак Мамедпуровой. Мамедпурова под давлением Арнипесова задушила новорожденного младенца. Секретарь парторганизации этого же колхоза Сохотов сожительствовал с женой фронтовика Бейке Годжар, у нее в 1943 г. родился ребенок, который был уничтожен с помощью медработника Корниенко. Следы преступления удалось скрыть.

Депутат Верховного Совета Туркменской ССР колхозница колхоза «Коммунизм» Мухамедова Айна Гозель написала в ЦК КП(б) заявление об антипартийном поведении секретаря Векиль-Базарского райкома партии Бердыева. ЦК КП(б) переслал это заявление на разбор самому Бердыеву. Бердыев, конечно, себя не наказал, но сделал все, чтобы отравить жизнь Мухамедовой. Он потребовал, чтобы больная Мухамедова отправилась на полевые paботы, а в случае отказа грозил отнять у нее партийный билет, стал распускать о ней различные компрометирующие слухи. Мухамедова заявила, если травля не прекратится, она сожжет себя.

В том же колхозе женщин мобилизовали на работу в шелкопрядную артель и 9 месяцев не платят им ни копейки денег. Женщины истощены и оборваны. В августе 1945 г. здесь сожгли себя две колхозницы.

Какая женщина может пойти за советом к секретарю Шахристанского РК