Магия S-T-I-K-S 5 - Стинго

— Нет. Они не наши и не ваши. Они аборигены этого мира. И если мы не прекратим ненужную полемику, они нами поужинают! — припечатал я, жалея, что не приложил всех парализацией сразу. Возможно, тогда мы избежали бы этой бессмысленной перепалки и перешли сразу к делу.

— Этого мира?! — скептически подняв холеную бровь, выделил блондин главный нюанс, намекая что я нёсу полную чушь.

— Что за игры? Вы бредите? Или под наркотой?! — с угрозой осыпал меня вопросами и обвинениями явно привыкший к повиновению, мажорчик. В его голосе звучала непоколебимая уверенность человека, который привык, что мир вертится вокруг него. Но он еще был не в курсе, что этот мир уже давно перестал подчиняться его правилам.

Опять это блядское словечко…

До тварей оставалось всего метров 50-60, и уже было видно по их гипертрофированной мускулатуре, что к нам пожаловали два матёрых лотерейщика. Они успели пройти начальные стадии преобразования, и до топтунов им оставалось… аккурат эта турбаза. Вернее, её беспечные обитатели.

Оба бодика, мгновенно выхватив своё оружие, направив его… на нас?!

— Отзовите своих бугаев, или я отдам приказ о вашей ликвидации, — зарычал блондин, чья недавняя пьяная наглость сменилась расчетливой трезвостью и властностью. Это вызвало во мне просто запредельное раздражение. Он, находясь в абсолютном неведении об истинной угрозе, осмеливался угрожать тем, кто мог бы ему помочь.

«Массовая парализация».

«Массовая парализация».

Активированные с двух рук, конструкты легли по плотно стоящей компании, в которой бодики выдвинулись слегка вперёд, прикрывая своими телами охраняемый объект. Все они рухнули на дорожное покрытие, застыв в нелепых позах, словно манекены.

— Валим лотеров так, чтобы эти потом смогли полюбоваться ими, — попросил я девочек. Моя команда была принята в «разработку», но Веста опередила всех.

Двумя точными выстрелами она отправила тварей в короткий полёт, заставив затихнуть метрах в двадцати от нас. Их упокоенные тела с глухим звуком пропахали дорожное покрытие, подняв тучу пыли.

— Спасибо, Веста, — поблагодарил я девушку, не став тиранить за очередное самоуправство. Она действовала инстинктивно, но эффективно.

Мои супруги лишь недобро зыркнули на рейдершу, но бузить не стали. Они знали, что время для выяснения отношений ещё придёт.

Я быстро обыскал обездвиженных бодиков и гоп-компанию, забирая у них всё имеющееся оружие. Затем, используя свой Дар, привёл в чувство их лидера — того самого блондина.

— Ну? Живой?! — спросил я его. В ответ я получил лишь злой, испепеляющий взгляд, сулящий мне кары земные и небесные, что фонили в его ментале бурлящим гейзером. Его ярость была осязаема.

— Прежде, чем ты начнёшь меня пугать, сходи и полюбуйся на «прилёгших» бугаёв, как ты их назвал, — опередил я готовую сорваться с его уст матерную тираду.

— А уже потом поговорим, если захочешь.

Как ни странно, он меня послушал. Возможно, моё ледяное спокойствие и уверенность в словах подействовали сильнее, чем его собственное бешенство.

Он, пошатываясь, обошёл наше авто и твёрдой, но всё ещё неуверенной походкой направился к двум поверженным тварям. По мере приближения его шаг становился всё меньше и меньше, а метрах в пяти от лотерейщиков он полностью замер, разглядывая жуткий оскал на их окровавленных мордах. Похоже он увидел в них смерть, чудовищную и нечеловеческую, которая только что предстала перед ним во всей своей отвратительной красе.

В сгущающихся вечерних сумерках мои жёны, словно по негласному приказу, небрежно подсветили фонариками дохлые туши, скрестив на них сразу два луча. Этот свет, выхватывающий из темноты окровавленные клыки и когти, лишь усиливал жуткое зрелище.

— Ну, как впечатления? — тихо подойдя к нему, спросил я. Блондин ощутимо вздрогнул, его тело было напряжено, как натянутая струна.

— Кто вы? — спросил он, его голос был глухим и поражённым. Ярость в его глазах сменилась шоком и растерянностью.

— Обычные рейдеры, что так же как и ты, в своё время угодили в этот мир, — вздохнул я, уже зная, что очередной лекции не избежать.

— Он, кстати, называется — Улей.

Моя «спарка» тем временем обозначила, что блондин — иммунен. И снова, взглянув в его лицо, меня повторно посетило дежавю, что я его уже где-то видел, ДО Варана. Это было странно, ведь я не помнил, чтобы мы пересекались в прошлом, а в Улье он выглядел как типичный новичок. Но ощущение было стойким.

— Улей? С чего такое название? — не отрывая взгляда от жутких «лотерейщиков», спросил молодой мужчина. Его любопытство, даже в такой ситуации, брало верх над страхом, будто он пытался ухватиться за что-то логичное в этом хаосе.

— Вариантов много, — ответил я, — но основной — это то, что перегружаемые кластеры имеют форму сот, из-за этого и название. Кислый туман был? — уточнил я. Мужчина кивнул, и я понял, что сейчас прозвучит тот самый вопрос, который задаёт абсолютно каждый разумный, попавший сюда, словно по негласному правилу.

— Назад, можно как-то попасть?! — в сгустившихся сумерках я лишь покачал головой. Он, к моему удивлению, это заметил, ощутив что моё молчание было громче любого ответа.

— Невозможно или не знаешь? — задал он наводящий вопрос, который заставил меня порядком задуматься. Ответа на него у меня не было, и это всегда было моим слабым местом.

— Считается, что возвращение обратно — невозможно, — ответил я, тщательно подбирая слова.

— А если и есть такая перспектива, то об этом большей части иммунных — неизвестно. — я прокрутил в голове образ Учителя. Возможно, он был в курсе подобного. Но если он знает способ покинуть Улей, то почему не воспользуется?

Не может, либо не хочет?!

Или его просто устраивает безграничная власть, которую он имеет здесь и сейчас?

Возможно, все эти события являются звеньями одной цепи: Улей, знахари, зомбирование сверхмощных бойцов, пекло в Пекле, спора-паразит, мириады пожираемых «ловушкой» душ, накопление гекатомбы энергии…

Мда.

Всё как я люблю! Море вопросов и ноль ответов! Это было моё вечное проклятие в этом мире.

«Налюбовавшись» на местных аборигенов, мужчина вернулся к бессознательным собутыльникам и охране, его взгляд был по-прежнему напряжённым.

— Что с моими людьми? Мертвы? — спросил он, и в его голосе слышалась неприкрытая тревога и закипающая ярость.

— Парализованы, не более, — ответил я, уже открывая рот, чтобы добавить про скорое восстановление.