И меня вылечат! Сексоголики для булочки - Бетти Алая

— Добрый день, — хрипло произношу. — Проходите, пожалуйста.

В кабинете мужчины усаживаются напротив. Я чувствую их взгляды на себе, будто физическое прикосновение. Представляются. Энергичный — Елисей Рогов. Суровый и молчаливый — Булат Анкезов.

— Итак, — начинаю, открывая блокнот и стараясь сосредоточиться на листе бумаги, а не на их волнующем присутствии. — Расскажите, что у вас случилось?

Мужчины переглядываются. Начинает Елисей. Голос у него бархатный, с приятной хрипотцой.

— Доктор, наша ситуация… не совсем типичная. Мы вместе пережили одно очень тяжелое событие. Полгода назад, — он кивает в сторону Булата. — Машина, в которой мы ехали, подверглась нападению. Еле выбрались оттуда.

Булат, молчавший до этого, глухо добавляет:

— Выжили только потому, что действовали как одно целое. Чувствовали друг друга без слов. Доверяли абсолютно.

— После возвращения к нормальной жизни начались проблемы, — продолжает Елисей. — Кошмары, панические атаки, состояние постоянной тревоги. Обычные терапевты разводили руками. А потом начались проблемы с девушками…

Я перестаю писать и смотрю на них, ожидая продолжения. Булат делает паузу, подбирая слова.

— Расслабиться, снять напряжение мы можем только втроем. С одной женщиной. Одновременно. По одному просто не получается.

Откладываю ручку. В голове лихорадочно прокручиваю возможные диагнозы.

— Это звучит как… сложная форма созависимой гиперсексуальности на фоне посттравматического стрессового расстройства. Крайне редкий случай. Вы уверены, что индивидуальная терапия…

— Не работает, — отрезает Булат, и в его голосе слышится усталость от многократных попыток. — Мы пробовали. По отдельности никак. Пустота, паника. Только когда мы вместе… и с ней… возникает то самое чувство. Полная синхронизация. Когда за спиной надежный партнер, который прикроет. И только тогда психика наконец-то «выключается», дает отдых.

— Для нас это не просто секс, доктор, — мягко, но убедительно говорит Елисей. — Это единственный известный нам способ выжить в мирной жизни. Единственное лекарство. И мы постоянно ищем ту самую женщину… которая примет нас и выдержит наши… аппетиты…

Я слушаю, и внутри все сжимается от противоречивых чувств. С одной стороны, это гениально и ужасно: их психика создала собственный извращенный, но эффективный механизм выживания. С другой — ясно, что это компульсивное, разрушительное для личной жизни поведение.

— Я понимаю сложность вашей ситуации, — говорю максимально уверенно и профессионально. — Мой метод работы — это глубокий анализ проблемы, беседы, поиск корней травмы, постепенная выработка новых здоровых нейронных связей. Это долгая и кропотливая работа.

Елисей усмехается, но в его усмешке нет злобы, скорее горькая ирония.

— Доктор, мы уже прошли пятерых специалистов. Все они говорили примерно то же самое. А наша нервная система по-прежнему сходит с ума. Вы эксперт по человеческому желанию. Может, стоит попробовать язык тела и практический опыт, а не только слова? Мы могли бы… продемонстрировать суть проблемы.

Сердце замирает.

Боже правый! Они предлагают мне заняться с ними сексом! Я их врач! Это абсолютно недопустимо! Нарушение всех мыслимых этических норм! Я не могу, не имею права!

— Это исключено, — качаю головой, чувствуя, как жар поднимается к щекам. — Вы мои пациенты. Врачебная этика исключает любые личные контакты. Я не могу переступать эту черту.

— Этика не лечит, — тихо говорит Булат. Его серые глаза смотрят на меня прямо, заставляя съежиться от этого пронзительного взгляда. — Иногда она лишь прикрывает страх. Страх признать, что традиционные методы бессильны.

Елисей встает и делает медленный круг вокруг моего кресла. Его движения плавные, уверенные.

— Вы боитесь. Не нас. Себя. Потому что чувствуете то же, что и мы. Эту… химию, — он останавливается рядом со мной. От него пахнет древесным парфюмом с нотками амбры. — Вы красивая, умная женщина, Руслана. А мы два мужчины, которые видят в вас не только доктора в строгом костюме. Мы видим женщину. Красивую и сексуальную. Готовую к экспериментам.

Слова Артема звенят в ушах: «Фригидная. Бревно. Толстая». Сжимаю руки в кулаки, ногти впиваются в ладони.

— Это неприемлемо, — говорю, но голос предательски срывается, выдавая внутреннее сомнение.

В этот момент поднимается Булат. Он подходит ко мне с другой стороны. Два мощных тела, два полюса: горячая магнетическая энергия Елисея и холодная неумолимая сила Булата зажимают меня в тиски. Не физически, а психологически.

— Мы не причиним вам вреда, — его низкий голос кажется таким же твердым, как он сам. — Мы просим о помощи. Единственным способом, который для нас работает. Мы устали от боли.

Елисей мягко кладет руку на мое запястье. Его прикосновение обжигает даже через ткань пиджака.

— Доверьтесь нам, Руслана. Хотя бы на минуту. Доверьтесь тому, что вы чувствуете, а не тому, что вам диктуют правила. Вы же хотите доказать себе, что вы живая? Желанная?

Нет, нет, нет! Я врач! Я не могу! Это конец моей карьере, мой профессиональный крах! Прекрати! Останови их! Скажи «нет»!

Но вместо гнева и отторжения я нахожу внутри только оглушительную пустоту и щемящее, давно забытое чувство: желание чувствовать себя женщиной. Натиск мужчин не агрессивен, он… убедителен.

Они не ломают мою защиту грубой силой, а плавно, неумолимо растворяют ее.

— Я… не могу… — шепчу, и это уже не отказ, а мольба, признание собственного бессилия перед этой лавиной чувств.

Как я дошла до такого?!

— Можете, — уверенно и мягко говорит Елисей. Его пальцы слегка сжимают мое запястье. — Просто разрешите себе. Хотя бы на сегодня. Забудьте, что вы доктор. Будьте просто женщиной.

Булат наклоняется чуть ближе. Его дыхание касается моей щеки.

— Перестань бороться. Дай нам помочь тебе так же, как ты можешь помочь нам.

Что-то во мне с треском обрывается.

Стена из страха, правил и обид, которую я так тщательно выстраивала все эти годы, рушится под напором их уверенности и моего собственного тайного отчаянного желания почувствовать себя живой.

Закрываю глаза.

— Хорошо, — выдыхаю я почти беззвучно, отводя взгляд в сторону. Не в силах смотреть им в глаза. — Ладно… я…

Это не согласие на их условия. Еще нет. Это лишь крошечная трещина в моей броне. Первый шаг к пропасти.

Но в глубине души я уже знаю: это только начало. И я, кажется, готова сделать следующий шаг.

Глава 3

Руслана

Сердце колотится, как безумное, отдаваясь глухим стуком в висках. Я сижу в кресле, словно на эшафоте, а эти двое… эти двое… мои палачи и спасители одновременно.

Елисей, не сводя с меня глаз цвета морской волны, опускается на колени передо мной. Его руки, сильные и теплые, ложатся на икры поверх колготок. Вздрагиваю, словно от удара током.

Пальцы мужчины скользят выше, подол строгой юбки медленно поднимается, обнажая бедра. Его большие ладони сжимают мою кожу,