Фиктивный брак, или "Спасибо за покупку!" - Ирма Давыдова

class="p1">Едва дождавшись, когда дверцы распахнутся на родном девятнадцатом этаже, тут же втягиваю в себя воздух. Кажется, пахнет яблоками и какими-то специями. Или не яблоки? Открываю дверь заранее подготовленными ключами, и меня моментально погружает в блаженные запахи, а рот наполняется слюной сам по себе. Мои наверняка уже сидят за столом, а я так бестолково пропустил полчаса пиршества…

Щёлкаю выключателем и громко кричу «я дома». Тапочки дожидаются меня, как и всегда стоя в сторонке от сапожек матери и подбитых ботинок отца, и я привычно ныряю в домашнюю обувь.

— Ой, Лёшенька пришёл!

Мама выглядывает в коридор первой, за нею следом семенит отец. Тут же получаю поцелуй в обе щеки и едва успеваю скинуть спортивную сумку на пол.

— Немного задержался. Пробки, — придумываю оправдание на ходу.

— Ну да, праздники же скоро, — кивает отец, но смотрит уж слишком придирчиво. Ох, зря я всё-таки пошёл на поводу у Эли… — Вы, кстати, почему ёлку ещё не доукрашали?

— Ну за это у нас Соня ответственная, — тут же отмахиваюсь, и до меня наконец доходит, что жена так и не появилась меня встретить. Ну и где мой бессменный компаньон по вранью, с которой мы всегда работаем в тандеме? — Сонь, я пришёл!

Говорю весьма громко, хотя и без того понятно, что мой приход она пропустить не могла. Но то, что Зиновьевой нет, почему-то напрягает.

Прохожу в гостиную, сам плохо понимая, отчего же меня одолевают плохие предчувствия. Но они точно есть, и кажется хуже было только когда мы едва не профукали контракт с азиатами.

Секунда, вторая, и вот София показывается на пороге кухни. Она в привычных домашних штанах и футболке, поверх которой накинут фартук, а волосы собраны в низкий пучок. Мы встречаемся с женой взглядами, и она почти сразу же приваливается к дверному косяку, сложив руки на груди.

— Соня? — спрашиваю, сам не понимая что, и удивляюсь неуверенности в голосе. — Всё нормально?

— Ну здравствуй, дорогой.

Последнее слово София особо выделяет голосом, и в тот же миг меня обдаёт презрением.

Это… Это вообще что такое?!

День 76. Алексей. Продолжаем

Такой я Соню ещё не видел. Она была не сердита и не зла. Я даже слова подобрать не могу, чтобы описать её эмоции, но от одного взгляда помощницы хотелось извиняться даже сам не понимаю за какие прегрешения.

— Ужин на столе, только тебя и ждём, — хмыкает моя фиктивная супруга и скрывается на кухне.

— Спасибо.

Говорю я уже в пустоту, и это мне категорически не нравится. Зиновьева, что за фокусы? Мы так не договаривались.

Но ещё непривычнее был вид родителей, которые прошли мимо меня на кухню, отводя взгляд. У них тут что, сговор?

На кухне было как всегда светло, уютно и приятно пахло пирогами. С приходом Софии мою берлогу стало решительно не узнать: появились текстильные шторки, прихватки, всяческие подушечки. Освещение превратилось в тёплое, почти солнечное, и, разумеется, нескончаемые потоки цветов в горшках, которые украшены то крохотными фигурками, то всякими там картонными бабочками. Хозяйка в фартуке и со сдобой в руках смотрелась в этом пространстве весьма органично, но сейчас излучала собой отнюдь не радушие.

На стол передо мной фактически шваркнула тарелка с пирогами — мясной и ягодный, прямо вместе и наваленный один поверх другого.

— Я испекла тот, который с черникой, — заботливо пояснила мать, глядя на меня с загадочной улыбкой. — Для зрения полезно. А Сонечка вот сделала с уткой, грибами и черносливом. Пальчики оближешь, попробуй обязательно!

На этом, кажется, общение со мной закончилось, потому что хотя мы и сидели за одним столом, но упорно не покидало ощущение, будто находимся в разных квартирах. Или это просто потому, что тарелка с едой стояла только у меня, а остальные уже находились в разгаре игры в монополию? Нет, в принципе-то мне отвечали на вопросы, и отец даже сам уточнил один из рабочих моментов, но на этом всё. У них — весёлая игра и обсуждение предстоящих праздников, а у меня — слоёные пироги. Вкусные, конечно, аж до умопомрачения, но как-то всё равно не то.

— Дорогая, а можно мне чаю? — примерно десять минут спустя делаю ещё одну попытку влиться в это общество. Понятно, что в игру меня уже не примут, но хотя бы просто поболтать-то с мной можно? — Пироги получились великолепные, кстати.

Соня, которая до этого словно бы забыла о моём существовании, бросает на меня сердитый взгляд, но всё же поднимается. В заварнике чай уже был, какой-то ягодный, и мне наливают его полную кружку. А потом эту же самую кружку ставят на стол с таким грохотом, что непонятно, как он не расплескался весь до капли.

Поднимаю взгляд на Зиновьеву, но та уже уселась и взяла в руки кубики. Обвожу взглядом остальных — мать снова отворачивается, зато отец смотрит очень и очень внимательно. И ехидно, я бы сказал. Чёрт, Соня, ты что вообще творишь? Мы же так всю легенду разрушим на корню, притом тогда, когда нам наконец начали верить! И всё из-за чего?

А действительно, с какой это радости моя фиктивная жена ведёт себя подобным образом? Что-то тут, как говорят бухгалтера, дебет с кредитом не сходятся.

— Милая, — я наконец опомнился, кто тут вообще-то хозяин, а кто — наёмный работник по контракту. — А помоги-ка мне найти документы на новый проект. Они точно должны быть в ящике в гостиной.

Супруга моя поднимается из-за стола с видом, будто идёт меня как минимум пороть. Я же, пробормотав родителям «мы на минутку», топаю за ней след в след.

В гостевой у нас действительно хранятся документы, которые стоит пересмотреть дома. К комоду с ними и топает Соня, и лишь когда углубляется в бумажки в ящике, беру её за локоть и очень сердитым шёпотом интересуюсь:

— Зиновьева, ты что за цирк устроила?

Недовольный мой взгляд сталкивается с её грозным, а локоть она и вовсе выдёргивает из моих рук.

— Какие документы тебе нужны?

— Причём тут документы? — продолжаю на той же громкости. — Ты почему ведёшь себя подобным образом? Что за режим капризной принцессы?

Теперь София и вовсе не отвечает, а просто продолжает копаться в бумажках.

— Ну что не так-то? — не сдаюсь я. В ответ, разумеется, опять тишина. — Ты что, на что-то разозлилась, что ли? Ну так давай это обсудим потом, без моих родителей.

Ещё один суровый взгляд, а пальчики продолжают перебирать одну стопку бумаги за другой.

— Это потому, что я задержался,