Женщина в русских сказках. Красна девица, чудесная жена и Баба-Яга – архетипы женственности в русской народной традиции - Коллектив авторов

полного на то согласия, ну и, конечно, ведьму. А в том, что Маринка ведьма, нет никакого сомнения: мало того что герой, войдя к ней в терем просить прощения за «казус» со стрелой, долгое время просиживает у нее в гостях в состоянии какого-то беспамятства, так она еще и превращает его на прощание в «гнедого тура».

Просидели они летний день до вечера,

Оне друг-то с другом слова не промолвили. (…)

Этая Маринка Игнатьевна

Обвернула-то Добрынюшку гнеды́м туром,

Послала-то ко морю ко Турецкому:

– Подико-ты, Добрынюшка, ко морю ко Турецкому,

Где ходят там гуляют девять туров,

Поди-ко ты, Добрынюшка, деся́тыим туром.

Кстати, для обращения героя в дикое животное Маринка использует обряд, неоднократно описанный в русском фольклоре: она режет ножом следы Добрыни, который недавно ушел восвояси, читая при этом специальные заговоры.

Окончание былины известно в нескольких вариантах (многие версии сохранились отрывочно): обычно мать Добрыни, пригрозив Маринке различными карами, требует, чтобы она вернула сыну человеческий облик. Ведьма, превратившись в ласточку, догоняет героя, принявшего образ тура, и снова делает его человеком, предварительно взяв обещание жениться на ней. Но Добрыня, не считая нужным исполнить обещанное, разделывается с ведьмой. Здесь мы видим еще два характерных момента: во-первых, ведьма наделена даром превращаться в различных животных и птиц, а во-вторых, обещание, данное такой негоднице, как Маринка, даже положительный герой может не исполнять.

Сила ведьмы по преданиям была велика. Настроенная к человеку недружелюбно, она по природе своей стремилась принести ему вред. Могла отдаивать чужих коров, лишая семьи молока, наводила порчу на скот и урожай, обрекая крестьян на голод. Могла наслать болезнь или отвести от дома удачу.

Во время жатвы ведьма не выходила со всеми в поле. Вместо этого открывала днем двери в амбар и вешала на сусеки три сжатых серпом колоса, чтобы зерно из соседских закромов текло в ее запасы.

Только ведьмам и колдунам был ведом язык животных и растений. Так, ведьма могла получить в услужение ворона, кота или козу, свинью или волка. Травы рассказывали ей о своих болезнетворных и ядовитых свойствах. За лечением к ведьме в деревнях обращались, но и это не приносило им уважения и почета. Чаще всего от нее ждали проклятия или порчи, а не помощи.

Иногда промысел ведьмы приносил ей немалый доход. За неправедной помощью являлись в дом ведуньи и парни, и девки, и ревнивые жены, и обманутые мужья. Отвороты и присухи, наговоры на предметы, приворотные зелья, заговоренные вещи и угощения – за этим приходили к «чертовкам», но за это же их и судили.

Распознать ведьму было непросто. Как таковых особых, сразу видных примет у нее не имелось. Зато по народным поверьям за столетия набралось немало косвенных улик, которые позволяли вычислить «нечистую».

Говорили, что брови у них густые, сросшиеся, а в глаза они никогда человеку не глядят, опуская взор в землю или отводя в сторону. Правда, причиной этого был не стыд за злые дела, а то, что в глазах у ведьмы не было отражения того, что она видит, а если и было, то перевернутое вверх ногами. Опознать ведьму можно было по маленькому хвосту, темным пятнам во рту и на теле или по покрывающему ее густому волосу, который она прятала под одеждой.

Согласно сказаниям, ведьма не оставляет следов на снегу, а тень отбрасывает не одну, а две. Во время крестного хода идет она не со всей деревней, а навстречу – нечистый не пускает ее под иконы, и в церковь зайти злодейка не может. Если присмотреться к дыму, поднимающемуся над печной трубой ведьминого дома, увидишь, что он не стелется по ветру, а плывет против него. А если ведьма умирала и ее хоронили, то выкопанной земли не хватало на то, чтобы покрыть могилу.

Троицын день (день Святой Троицы, Духов день) – один из важнейших праздников восточных славян, отмечается на 50-й день после Пасхи, входит в Семицко-Троицкий праздничный комплекс. Троица была последним большим праздником весны и считалась ее символическими проводами, так как приходится на период вступления природы в пору ее расцвета.

Были и магические способы вычислить ведьму. Правда, это было очень непросто. Требовалось совпадение четырех условий – времени, места, предмета и действия:

1. Сакральное время – дни и ночи крупных праздников (Рождество, Пасха, Троица и т. д.), полнолуние, новолуние и прочие моменты, когда граница между Навью и Явью становилась проницаемой.

2. Сакральное место – храм, перекресток, распутье дорог, баня и т. д.

3. Чудесный предмет – подкова, деревянная ложка для рождественских блюд, ветка яблони или вишни и т. п.

4. Ритуальное действие – дать женщине чудесный предмет, коснуться веткой, произнести определенные слова.

Чудесный предмет – объект, использовавшийся в ритуале для того, чтобы обнаружить ведьму, вывести на чистую воду, заставив сбросить с себя личину добропорядочной женщины. Сам по себе предмет, как правило, не имел никаких необыкновенных свойств – это могла быть подкова или другой кусок железа (металл, закаленный в горне кузнеца, как и сам кузнец, представлялся наделенным большой светлой силой). Часто для поиска ведьмы срезали ветвь особого дерева, обыкновенно плодового, благодатного – яблони, вишни, черешни.

Во время ритуала ведьма должна была отреагировать на появление чудесного предмета так, чтобы ее поведение обличило ее: испугаться, отказаться взаимодействовать с предметом или, напротив, пожелать завладеть им, в то время как для обычного человека он не представлял никакого интереса и ценности.

Кроме того, одним из действенных методов считалось причинение ведьме нестерпимой боли битьем, кручением или огнем, которого она боится. Не обязательно было жечь ее саму – боль причиняло и сожжение ее одежды или обуви.

Охота на ведьм существовала не только в Европе. На Руси с подозреваемыми в ведьмовстве расправлялись не менее жестоко. Их сжигали живьем в срубах во время моровой язвы, топили со связанными руками и ногами, закапывали живыми в землю, вбивали в грудь осиновый кол. Ниже – сказочный сюжет, характерный для многих славянских земель. Он был использован Николаем Васильевичем Гоголем в повести «Вий». Правда, это литературное произведение признают компиляцией сразу нескольких фольклорных линий.

В некотором королевстве жил-был король; у этого короля была дочь волшебница. При королевском дворе проживал поп, а у попа был сынок десяти лет и каждый день ходил к одной старушке – грамоте учиться. Раз случилось ему поздно вечером идти с ученья; проходя мимо дворца, глянул он на одно окошечко. У того окошечка сидит королевна, убирается: сняла с себя голову, мылом намылила, чистой водой вымыла, волосы гребнем расчесала, заплела косу